Концепция "Трех обезьян" для попаданки

Часть 11.

      В лаборатории мне, наконец, исполнилось девять лет. Трудно праздновать, когда ты живешь в лабораториях, где тебя постоянно мучают, не оставляя ни на мгновение, но я все равно порадовался самому факту моего рождения. Ведь жизнь — это по-своему чудо. Когда-то давным давно я смотрел видео, название которого было что-то типа «что было бы, если бы тебя не существовало на свете». Ну, или как-то так… Так вот, там было сказано, что сложение твоих генов, в результате которых ты и появился, это всего лишь одна… миллионная? миллиардная? триллионная? В общем, была очень малая вероятность, что ты появишься на свет, но ты появился.

      Так что меня действительно можно считать чудом (и не важно, в той жизни или этой).

      Я — чудо, и все тут!

      Даже несмотря на то, что мой характер немного вредный, я все равно чудо!

      Я радовался не столько своему дню рождения и тому, что стал на год взрослее (хотя это тоже), а тому, что приблизился к тому моменту, когда наконец-то окажусь на свободе. Призраки спели мне несколько поздравительных песен, поднимая настроение, а Вишенка подарил торт и еще какие-то артефакты, которые я еще не разбирал. Мне в лаборатории не до этого, и я разберу их потом, когда окажусь на свободе и буду в безопасности. Хотя мне кажется, что эти артефакты далеко не самые простые, и я просто не понимаю, зачем именно Вишенка дарит мне это, учитывая в каком именно мире мы находимся (Это не Гарри Поттер, честное слово!), но я не могу отказаться, потому что это было бы невежливо.

      Да и подарки мне понравились, потому что они были действительно красивыми. Правда, я так и не понял, зачем именно мне подарили погремушку со звездочками и месяцем. Зато записная книжка в старинной обложке со стертым на обложке текстом мне понравилась. Особенно желтоватые чистые страницы.

      Если я правильно подсчитал, Дазаю на данный момент около… двенадцати с половиной? Не знаю, но мне очень хочется узнать, как именно он изменился. Не знаю почему, но я действительно слишком сильно хочу с ним встретиться. Я по своей семье тут не так скучаю, как по Осаму. Он был таким милым ребенком… Такая прелесть. Хочу с ним встретиться.

      Иногда я думаю, что моя жизнь в этом мире не очень хороша. Не ужасна, конечно, но тем не менее. Поначалу она была очень хорошей, и я действительно — слышите? — действительно был счастлив. У меня была любящая семья, и я старался не вспоминать про ту, которую покинул по собственной глупости, проиграв гравитации (не зря мне всегда говорила мама, что сначала надо думать, а потом уже делать). Но я просто не могу лить слезы по уже пролитому молоку. Разумеется, я все еще безумно скучаю и не могу не винить себя в том, какие именно страдания они испытали по моей вине, но я довольно быстро все отпустил.

      Возможно, эти лаборатории — мое наказание за то, как я всегда слишком быстро все забываю, особенно плохое?

      За то, что я так быстро отпустил своих родных, даже не задумавшись над тем, что они по мне действительно горевали?

      Знаете, если так подумать, я ведь всегда привык обходиться малым. Не знаю, виновато ли в этом мой склад характера или все-таки воспитание, но я никогда не хотел получить больше, чем у меня уже есть. Возможно, в этом частично было виновато время, когда я рос — это были жестокие девяностые, проведенные в русской глубинке. Нет, тогда было уже много товаров, которые можно было купить, но… Довольно сложно достать какие-либо хорошие и модные вещи школьным учителям, которыми были мои родители. Единственная более-менее хорошая и дорогая вещь — моя фарфоровая кукла, которую я разбил. Да и мои постоянные «подвиги» в семье денег не прибавляли, а лишь уменьшали их.

      Выживали в мое детство мы огородами, а еще друзьями, братьями-сестрами и бабушками-дедушками (отцами-матерями) моих родителей. Честно говоря я не помню, чтобы мы особенно сильно нуждались в чем-то, но и очень богатыми нас нельзя было назвать. Скажем так, мы были среднестатистической семьей, которая периодически находилась на грани бедности, когда я в очередной раз что-то отчебучивал.

      В общем, я привык обходиться малым и всего добиваться своим трудом. Я даже в университет поступил на бюджет. Опустим, сколько именно я пахал, чтобы хорошо сдать экзамены и в школе, и в университете, но своего я добился. Да и университет окончил вполне неплохо, потому что учеба мне действительно нравилась и была интересна, а не чисто интересовал красный диплом (я до сих пор в нем особой пользы не вижу).

      Впрочем, я отвлекся. Я хотел сказать, что в прошлой жизни меня родители, брат и некоторые люди, с которыми я более-менее крепко общался, всегда в шутку называли матерью Терезой. Потому, что я очень заботился обо всех, кто нуждался в моей помощи. Я просто не представлял, что можно как-то иначе, ведь моя забота об окружающих и была моей жизнью. Именно поэтому я и выбрал профессию социального работника, а потом глупо умер. Меня обнадеживает и очень радует, что я спас детскую жизнь, но моя смерть и страдания, которые из-за меня получили родные, заставляет думать, что я не настолько хороший, и не особенно преуспел в своем принципе «не совершать зла».

      Вроде бы спас ту девочку, но одновременно заставил своих родных и близких, которые меня любили, страдать. Мда… С этим нужно будет быть поосторожнее, чтобы не сделать окружающим еще хуже.

      Так вот, моя жизнь в этом мире, которая поначалу была очень хорошей и, даже, счастливой, сейчас не очень хороша. Она больше похожа на ад, потому что лаборатории…

      Но я все равно люблю ее и хочу жить.

      Не важно, как сильно плохо и больно мне, но я все равно с оптимизмом смотрю в будущее. Это не может длиться вечно, и я знаю, что скоро точно окажусь на свободе и тогда смогу найти свою семью, а еще Дазая. Почему-то именно Осаму является ключевой частью этого плана, потому что именно с ним я хочу встретиться больше всего на свете. Я знаю, что это будет лишь после того, как во мне окажется Арахабаки, и поэтому я терпеливо жду.