Концы в воду

Глава 11

Следом за удивительным насекомым показалась серебряная ручка зеркала, которую я поспешила ухватить, пока этот волшебный мониторчик не упал. Мало ли, вдруг хрупкое? Портал закрылся, отсекая поток сухого горячего воздуха с едва уловимым привкусом серы.

Светящаяся в ночи бабочка кокетливо присела мне на руку, медленно раскрывая и складывая крылышки.

– Ну, мы пошли тогда, – снова появился в своей голограмме демон.

– Подождите, а инструкции?

– Алуся расскажет, – отмахнулся Вилан и его объёмное изображение рассыпалось множеством фиолетовых звёздочек, постепенно истаявших в темноте.

– Ой, девочка… – задержалась ненадолго ангелица. – Не увлекайся слежкой. Оставь мужчинам право на загадочность, чтобы не разочароваться слишком быстро.

Голос Олли чуть дрогнул, выдавая тщательно скрываемые эмоции. И у меня появилось почти непреодолимое желание узнать причину лёгкой грусти ангелицы. Но поболтать по душам не вышло. Вторая голограмма тоже распалась на золотистую пыль, медленно исчезавшую перед столкновением с полом.

– Ну что, варианты облика показывать? – прогудела басом Алуся, выдергивая меня из задумчивости.

– Дневной и ночной? – переспросила я.

– Ага, тебе ж сказали, – хамило насекомое. – Вот, выбирай из дневных.

Честно говоря, три варианта мало отличались друг от друга. Все в красноватых тонах, яркие, тропические.

– Вот этот, – ткнула наугад.

– Принято! Так, а теперь ночной мотылёк.

Размах крылышек уменьшился втрое, они будто вылиняли до невзрачного и прозрачного серо-бежевого цвета. Зато тельце округлилось и обросло пушистой шёрсткой.

Окончательно меня добили большие круглые глаза.

– Ты такая миииилая, – рассмеялась я, глядя на свою помощницу.

– А ты тупая! – сердито гаркнула Алуся. – Мужика от бабы отличить не можешь. Самец я!

– Простите, но я не вижу отличий.

– Ещё и слабовидящая! – басовито ворчал Алусик.

Ну да, как-то странно называть его по-прежнему. Хотя… Если будет грубить и дальше, так и останется Алусей. Нечего тут гонор показывать!

– Ладно, Алуся, давай другие варианты показывай, а то в таком виде тебя за большую моль примут.

– На себя посмотри, курица! Сидит тут белобрысая и невзрачная, а строит из себя… – хамил Алуся. – То ли дело – брюнетки. Там и брови соболиные, и ресницы натуральные. Хотя тоже бестолочи, только для одного и годятся.

– Слушай, – разозлилась я, – откуда тебя Вилан взял вообще? Заблудшую душу старого и вредного му… мужика использовал что ли?

– Я ж говорю, мозгов у тебя мало! – продолжал нарываться Алуся. – Кто настоящую душу на такие глупости тратить будет? Я типа искусственного интеллекта. У вас там интернеты всякие, информации море, вот он и дёрнул с мужских сайтов и пабликов. Там, где про слежку и другие полезности чаще упоминали.

Ой, я аж похолодела, представив, чего мог нахвататься крылатый помощник.

– А можно узнать названия этих пабликов? – осторожно поинтересовалась я.

– “Разумные женоненавистники”, “БезБаб”, “Маскулист”, “Мужское движение”, – деловито перечислял Алуся.

Ага, понятно, откуда ноги растут у мизогинии* волшебной бабочки. Про пару из этих сайтов и пабликов даже я знала. Как бы ещё объяснить теперь ему, какой контингент и почему собирается в подобные стаи?

Я отвлеклась на собственные мысли, когда список завершился неожиданным образом.

– “Белые и пушистые”, – важно произнёс Алуся и замолчал.

– Прелесть какая! – изумилась я. – А это где?

– Паблик такой, ВКонтакте, – снисходительно пояснил крылатый. – Там настоящие мужики собираются.

– Ага, белые и пушистые, – расхохоталась я, представив сборище задохликов и носителей объемистых пивных животов, на все лады ругающих слишком разборчивых женщин, не оценивших настоящей мужской красоты, прилагавшейся к разумной скупости и рекомендованной врачами лени.

– Да что бы ты понимала! Курица! – снова гаркнул на меня Алуся. – Как вообще тебе важную миссию поручили? Самца не нашлось что ли?

– Угу, чтобы за принца замуж его выдать! – я уже рыдала, представив лицо Балдрика, откинувшего покрывала с лица усатого исполнителя роли невесты.

– Эх, вечно какие-то ограничения, – смущенно пробасил мотылёк.

– Ладно, нам с тобой долго ещё общаться, – миролюбиво сказала я. – Давай находить общий язык. Кстати, один очень умный и сильный мужчина сказал: “Уровень культуры мужчины определяется его отношением к женщине”.

– Олень какой-то или подкаблучник, – буркнул Алуся.

– Максим Горький вообще-то, – обиделась за писателя я.

– Я погуглю, – ответил мотылёк, снова удивив.

– У тебя есть возможность… – я даже дар речи потеряла от обнаруженных перспектив.

– Ну, изредка, а то энергии много тратится. Лучше днём. Я от местного солнышка заряжаться буду.

– Обалдеть! На солнечных батареях!

– Да, я инновационная модель, – довольно пробасил Алуся, с удовольствием выслушав моё восхищение. А потом решил поощрить меня: – Ладно, ты тоже ничего. Писателей, вон, знаешь. Начитанная хотя бы. И про моль ты правильно сказала, обидно будет, если меня газеткой пришибут.

Следующий вариант мотылька был похож на сиреневое полупрозрачное творение безумного механика. Мы уже вполне слаженно решили, что такое вряд ли не заметят.

А вот розовая пушистенькая ночная бабочка была одобрена мной мгновенно. На такую милашку ни у кого рука не поднимется.

– Это что? – ещё больше выпучились огромные глаза Алуси. – Мне такой цвет не идет! Это не для мужчин!

– Настоящий мужчина в любом цвете останется собой, – уговаривала я. – Зато камуфляж прекрасный, никто и не догадается.

– Ну да, – наконец отозвался мотылёк, оглаживая своё светло-розовое тельце, покрытое мягкой шерсткой. – Мягонькая какая! Потрогай!

Пришлось осторожно провести пальчиком по мохнатой тушке и добавить восторженных ноток в голос, чтобы не спугнуть наметившееся потепление в нашем общении.