Кондитерская попаданки "Сладкие грезы"

Глава 8.

Теперь я чаще встречаюсь с герцогом. Ведь я фактически стала его глазами и ушами. А он наконец-то принес хорошие новости о моем разводе с Филиппом. Оказывается, он состоит в связи с нашей соседкой, той самой, что тогда пыталась ему помочь. Константин пообещал мне, что как только у него будут неопровержимые доказательства он будет просить короля о моем разводе.

А после он отправит меня в дом, что остался от моих родителей, подальше отсюда. Он правда уточнил, что дом не в очень хорошем состоянии, но он поможет мне в благодарность за мою работу, восстановить его. Еще он добавил, что в придачу к дому идет небольшое помещение пекарни, в котором я смогу заниматься своим любимым делом.

Да, герцог тоже оценил мои пирожные. Ему я оставляла самую лучшую коробку с ними. Кажется, он один из немногих, кто на самом деле знает о настоящем изготовителе этого десерта.

— Мы можем использовать тебя, как смышленую шпионку. Ты сможешь распутать эти нити, — говорит он, каждый раз как мы встречаемся в уединенном уголке борделя, тщательно оглядываясь, чтобы никто не мог нас видеть.

— Но что, если я наткнусь на что-то опасное? — задаю я вопрос, хотя в глубине души понимаю, что риски — неотъемлемая часть этой игры.

— Всегда есть опасности, — его ответ звучит с уверенной небрежностью, — Но ты справишься, я уверен.

С каждым новым шагом опасность становится все реальнее. Странные взгляды, легкие прикосновения — всё это внезапно превращается в напряжение, когда один из клиентов, несомненно, опасный, оказывается слишком близко.

— Ты выглядишь усталой, — шепчет мне на ухо в один из вечеров клиент, я вновь загримировалась чтобы быть в зале, его голос обманчиво мягким. — Готова чуток развлечься?

Я чувствую, как у меня подкашиваются ноги, его взгляд скользит по моему телу. Притворяюсь, что мне не страшны его слова.

Но ускользаю из зала при первой возможности и тщательно запираю дверь своей комнаты.

С каждым днем напряжение в борделе возрастает. А я теряю все больше сил. Готовлю каждую ночь и весь вечер слежу за мужчинами. Днем сплю и мечтаю, что все это закончится. Стены борделя хранят много тайн, и чем дольше я остаюсь здесь, тем больше понимаю сложность сети плетущейся в нем.

Я приметила еще одного подозрительного мужчину. Высокий и широкоплечий, в длинном пальто, с пронзительным взглядом выжженных алкоголем глаз. Он всегда приходит с определенной группой, но никогда не общается с девушками.

— Он вроде как очень влиятельный — как-то вечером шепчет Настя, склонившись ко мне за столом, усыпанным огарками свечей. — Сколько помню, он здесь не задерживается дольше часа.

— Но что он здесь делает? К девушкам не приближается, — спрашиваю я.

— Бизнес. Барыги и прочие. Держись от него подальше, если увидишь, — добавляет Настя.

Каждый мой выход в зал – настоящий риск. Однажды со мной начал подозрительный разговор один из клиентов:

— И чем вы здесь можете заняться, кроме развлечений? — спрашивал он, кривя губы в ухмылке.

— Всё зависит от нас, — с трудом произнесла я, чувствуя, как холодок пробегает по спине.

Временами мы собирались с девушками в уютной комнате, где пахло свежезаваренным чаем, обсуждали интимные детали жизни борделя.

— Ты знаешь, бывают дни, когда здесь просто крутятся одни и те же, — делилась одна из них, причесывая свои волосы.

Ночь, как всегда, приносила новые возможности и новые опасности. Каждое утро я просыпалась с мыслью о том, что скорее хочу покинуть это убежище.

Любое новое событие, происходившее в борделе, могла кардинально повлиять на мою будущую жизнь.

Знаю, что даже если мне удастся получить развод с Филиппом, никаких денежных средств у меня не будет. В борделе я получаю лишь еду, хотя подозреваю мои пирожные приносят неплохую прибыль. Поэтому все же решаюсь попросить у мадам Розы выплачивать мне какую-то часть взамен нового рецепт.

Довольно быстро отыскиваю ее в своем кабинете. Когда на мой стук она отвечает разрешением войти я вижу ее сидящей за столом. Кипа бумаг в беспорядке высится перед ней.

— Мадам, я хотела бы поговорить с вами, — начала я самым покорным голосом, на который только была способна.

— Слушаю тебя, Евгения, — она слегка опустила очки и посмотрела на меня поверх них.

— Мадам, я хотела бы попросить вас выплачивать мне часть выручки за пирожный, скажем столько сколько девушки получают за ночь.

— Для этого мало печь десерты, дорогая, — она вновь уткнулась в свои бумаги.

— Но я могу предложить вам кое-что взамен.

— Да и что же?

— Новый десерт, что не уступит в популярности “Поцелую”.

Мадам Роза вновь взглянула на меня:

— Мне нужно подумать, а ты пока приготовь этот десерт и если он мне понравится, то я подумаю о жалованье тебе.

Я поторопилась скрыться на кухне и принялась тут же за новое блюдо. Торт, да не какой-нибудь, а особенный.

Лидия тут же взялась помогать мне. Но я отправила ее в молочную лавку объяснив какой именно сыр мне нужен для крема. И девушка радостно закивала головой сообщив, что он называется Матильда. Вот угораздило меня оказаться в мире, где сыры называют женскими именами.

А пока Лида оставила меня я взяла большую железную миску и принялась просеивать в нее муку. Сделала это дважды, чтобы тесто наверняка получилось рассыпчатым. Добавила сахар, какао, хотя скорее это был порошок цикория, но особенного выбора у меня не было. Добавила немного соли и взяв деревянную ложку смешала все это. Потом приступила к жидким ингредиентам. И выдавила сок вишни и малины смешав его вылила вместо красителя в получившуюся смесь.