Конец Ордена Ментальных Имперских Магов-3

Глава 13. Разговор с Императором.

— Есть и более свежие дела, — усмехнулся юноша, — например, Великий картофельный голод в Ирландии (ирл. An Gorta Mór) — это катастрофический период массового голода, болезней и эмиграции, продолжавшийся с тысяча восемьсот сорок пятого по тысяча восемьсот пятьдесят второй год. Эпифитотия (эпидемия растений), вызванная грибком Phytophthora infestans (фитофтороз), который уничтожил посевы картофеля — основного продукта питания ирландской бедноты.

— О! — вмешался Лосев, — то же грибок!

— Но это не тот, — улыбнулся поручик и продолжил, — Ирландия находилась под властью Великобритании. Несмотря на голод, огромные объемы зерна и другого продовольствия продолжали экспортироваться из страны в Британию. Дошло до того, что одной из известных гуманитарных инициатив того времени стала помощь от османского султана Абдул-Меджида I, который пожертвовал деньги и продовольствие голодающим. Не правительство Британии, а турок решил помочь голодающим!

Погибло около одного миллиона человек от голода и сопутствующих болезней (холеры, тифа). Более одного миллиона человек эмигрировали, в основном в США, Канаду и Австралию. Население острова сократилось на двадцать — двадцать пять процентов и продолжало падать на протяжении десятилетий. Голод положил начало массовому оттоку ирландцев, что привело к появлению крупных ирландских диаспор по всему миру. Трагедия нанесла удар по ирландскому языку, так как наиболее пострадавшие сельские районы были основными регионами его распространения.

А нам интересно, что голод радикализировал ирландское национальное движение, усилив стремление к независимости от Великобритании. Не пора ли нам им помочь? Чтобы британцам жизнь малиной не казалась? Англичанка везде безнаказанно гадит! Привечает у себя весь сброд со всего мира, называя их революционерами. Не пора ли повернуть их же оружие против них самих?

— Эх Петя, Петя! — вздохнул Император, — а что делать с нашими англофилами? Которых полно среди знати? А с их детьми, что там учатся? А с их агентами, которые у них на содержании?

— Их нужно зачистить! — жестко произнес поручик.

— Как бы они сами нас не зачистили! — угрюмо произнес Лобов, — но Петр прав. Будущую войну с такими внутренними агентами нам не одолеть!

— Хорошо! — произнес монарх, — мы еще вернемся к этому вопросу. Потихоньку Авгиевы конюшни мы уже начали чистить. По первому вопросу. Федор, окажи всю помощь Пете, и держи меня в курсе! Я может быть и сам навещу эту лабораторию! Я ведь всю жизнь мечтал быть биологом! — ностальгически вздохнул самодержец, — вот сами видите чем приходится заниматься. Теперь второй вопрос. Ты что там сегодня на диспуте устроил?

— А что? — удивился юноша, — никого вроде бы не убил, и даже не покалечил!

— Ну пристрелить же ты этого депутата грозился! — рассмеялся Лобов, — он уже собрал членов своей думской фракции и устроил там истерику, как чуть не погиб защищая идеи марксизма! Как его морально истязал специально подосланный агент охранки, и что никакого наследства он не получал! Но раскатал ты его знатно!

— Я бы не стал недооценивать эту партию! — серьезно ответил юноша, — да, депутаты их болтуны и демагоги. Но за ними стоят гораздо более серьезные люди, с серьезными планами и серьезными возможностями. И эти не остановятся не перед чем. Это может быть ударный отряд по разрушению страны. В семнадцатом году они проспали мятеж. Но это не значит, что также будет и потом!

— Хорошо, — кивнул Император, — Петя, подготовь свои соображения по этому поводу. А сейчас у нас будет очень личный разговор, — и самодержец посмотрел на Лобова. Тот кивнул, встал и вышел из кабинета.

— Петя! — помолчав произнес самодержец, — я хочу поговорить с тобой о своей племяннице, о Даше.

— Ваше Величество! — с отчаянием произнес юноша, — ну мне что, застрелиться теперь что ли? Я же хотел перед ней лично извиниться в прошлый визит к Вам. Но когда я вошел в комнату, куда Вы меня послали там никого не было! Только запах Дашиных духов.

— Я знаю, — с досадой произнес монарх, — она сама меня попросила устроить вашу с ней встречу. Хотела устроить тебе разнос! Но когда услышала как ты сказал, что предпочитаешь иметь ее плохое мнение о тебе, но чтобы она была жива и здорова, она разрыдалась и убежала. Ей стало очень стыдно!

— Мне очень жаль, что мы тогда не помирились, — вздохнул Петр.

— Петя! Даша и Коля все, что осталось у меня от моего младшего брата, — с печалью произнес Император, — я всю жизнь заботился о нем, но от смерти уберечь не смог. И эта чувство вины останется со мной навсегда. Сделать так, чтобы они стали счастливыми, это мой долг.

— Я понимаю Вас, Ваше Величество! — кивнул юноша.

— У Даши было много ухажеров до тебя. Она с четырнадцати лет встречается с юношами, — дядя балерины улыбнулся, — и думает, что об этом никто не знает. Но встречается так, без всяких глупостей! — он посмотрел на напрягшегося Петра, — У нее очень сильный характер, почти мужской. Она еще сама не понимает, но это уже ее большая проблема.

— Какая же? — удивился поручик.

— Она подавляет и подминает под себя всех юношей с которыми встречалась. И ей они сразу становятся неинтересными. Я боюсь, что она свяжет жизнь с таким же подкаблучником. И будет им помыкать и командовать. И не уважать и презирать его. Но ведь женскую природу не обманешь! Она все равно будет искать мужчину сильнее себя.

— Думаю, Вы абсолютно правый, Ваше Величество! — согласился с ним юноша.

— Это хорошо! — самодержец пристально посмотрел на своего собеседника, — но теперь, как мне кажется, есть такой мужчина.

— Что Вы имеете ввиду? — прямо спросил Петр.

— Мне кажется ты ей очень понравился, и ты тот, которому она будет готова сама добровольно подчиниться, — так же прямо ответил Император, — поэтому если вы захотите соединить свои судьбы, я не буду возражать, а даже наоборот. И что меня особо радует, так то, что ты, если это случиться, сделаешь это не ради карьерной выгоды.