Конец Ордена Ментальных Имперских Магов-3

Глава 16. Расследование.

По дороге, Петр осторожно держал голову спящей Даши на своих коленях. Дипломат глядя в зеркало заднего вида успокаивающе сказал:

— Сейчас приедем. У нас врач очень хороший.

Машины подъехали к воротам Посольства Российской Империи. Посольство Российской империи во Франции находилось в Париже, в историческом особняке «Отель д’Эстре» (Hôtel d’Estrées) по адресу: улица Гренель, семьдесят девять (rue de Grenelle), в аристократическом Сен-Жерменском предместье. Подъехав к воротам, машина Рябцова посигналила и ворота медленно открылись. Въехав во двор, автомобили остановились. Петр вышел из машины и осторожно взяв девушку на руки сказал дипломату:

— Ведите меня в отдельную комнату и приведите туда доктора и посла! А вы, — он обратился к охранникам, — тащите этого в подвал. Я подойду позже.

Рябцов повел его на второй этаж и открыв комнату провел его к кровати. Петр посмотрел на дипломата, и тот побежал за врачом. Юноша осторожно развернул простынь на полуобнаженной Даше и накрыл ее покрывалом. Под голову ей он положил подушку.

Через несколько минут в комнату вошел заспанный седой человек в домашнем халате. Было видно, что по дороге его уже ввел в курс дело Рябцов.

— Господа, покиньте кабинет, я должен осмотреть пациентку! — приказал он.

— Вы идите, — обратился к дипломату Петр, — а я останусь. Я все равно уже все видел.

Рябцов кивнул и вышел. Врач хмыкнул и откинул покрывало.

— Что? Почему она раздета? — он строго посмотрел на юношу.

— Ее, я думаю, чем-то опоили и хотели изнасиловать, — ответил поручик.

— Хотели или изнасиловали? — спросил эскулап.

— Думаю, что не успели. Я успел в самый последний момент, — неуверенно произнес Петр. Доктор осмотрел ее шорты, потом приподнял резинку трусиков и заглянул внутрь сказал, — никаких видимых следов насилия нет. Повезло.

— Что с ней? — спросил, недовольный такой бесцеремонностью эскулапа, юноша.

— Думаю спит, — доктор приподнял веко девушки и осмотрел ее зрачок, потом принюхался, измерил пульс на запястье и вынес свой вердикт, — запаха алкоголя нет. Пульс нормальный, дыхание тоже. Возможно, просто ей подмешали какое-то снотворное. Хорошо бы знать какое. Вы знаете? — он обратился к Петру.

— Сейчас узнаем, — ответил поручик. В это время в комнату быстрым шагом вошел представительный мужчина с женщиной. Оба были в домашних халатах.

— Вы кто? — спросил их юноша.

— Что значит, кто? — возмутился мужчина, — я посол Российской Империи! А Вы, сударь, кто? Боже! Что с принцессой?

— Я, сотрудник Императорской Секретной Службы, поручик, князь Петр Алексеевич Печорский, — и он показал свой значок.

— Господи! — запричитал посол, — это же скандал! Принцессу правящего императорского дома опоили и похитили! И кто! Доктор, скажите, ее честь не пострадала?

— Похоже, что нет! — ответил врач, — она просто спит. Предлагаю оставить ее тут, приставить сиделку, а завтра мы все узнаем.

— Я лично не собираюсь ждать до завтра. Пойду побеседую с нашим гостем! — и поручик решительно направился к выходу из комнаты, где его ждал Рябцов.

— Князь! — крикнул ему вслед посол, — только прошу Вас без жертв! Это же все-таки сын датского посла.

— Ну это как получится, — отмахнулся Петр. Они с дипломатом спустились в подвал где прикованный к стене сидел мотая головой несостоявшийся насильник. Поручик присел перед ним и стал хлестать его по щекам, чтобы он пришел в себя.

— Do you speak English? — обратился он к пленному. Тот утвердительно кивнул и вдруг стал кричать на английском языке:

— Я сын посла! Я лицо неприкосновенное! Немедленно отпустите меня! И верните мне мою одежду!

— Ты не посол! Ты похититель и насильник, и поэтому очень даже лицо прикосновение. А вот чем я к тебе прикоснусь: ножом, ботинком или кулаком, это зависит только от тебя! — грозно произнес Петр.

— Я никого не похищал и не насиловал! — продолжал кричать голый мужчина.

— Да мне все равно, что ты будешь кричать. Я все видел сам. Значит так. Отвечай на мои вопросы! — потребовал поручик.

— Я ничего не буду говорить без моего отца! — заявил пришедший в себя похититель.

— Будешь! И точно без твоего отца. Но также можешь лишиться некоторых частей своего тела! — усмехнулся юноша.

— Вы не посмеете! Я Вам не простой бродяга! — нагло заявил сын датского посланника.

— Это верно. И для тебя это только хуже! — доверительно произнес Петр, вытаскивая нож из внутреннего чехла пришитого с внутренней стороны его пиджака, — понимаешь, ты все равно расскажешь мне все. Я буду отрезать тебе уши, нос, пальцы, твой член, и так далее. Пройдусь напильником по твоим зубам. Поверь, это очень больно. Выколю тебе глаза и намотаю твой зрительный нерв на палочку. На третьем обороте ты расскажешь все! Но! — он посмотрел на замолчавшего от ужаса пленника, — ты приобретешь такой внешний вид, что тебя никому нельзя будет показывать. Поэтому, тебе придется отрубить голову и кисти рук, чтобы нельзя было опознать тело, и выбросить его в Сену. А голову и руки сжечь, а обгоревшие кости закопать! Говорить будем? Хотя начать можно с иголок под ногти. Это будет не так заметно, но тоже очень больно. И тебя можно будет потом опустить!

— Вы животное! — с ужасом произнес пленник.

— Что ты! — усмехнулся юноша, вытаскивая иголку из воротника, — я не животное. Я гораздо хуже! Я человек с воображением и знаниями! Ну-с! Попробуем! — и он взяв большой палец левой руки приставил кончик иглы к краю ногтя.

— Не надо! — завопил негодяй, поняв, что шутить с ним никто не будет.

— Говори! — приказал попаданец, слегка надавив иглой в под ногтевое пространство. Датчанин заорал во все свое датское горло.

— Ну ты горазд орать! — недовольно произнес юноша, — ну чисто викинг! Говори.

— Что? — сдался сникший посольский сын.

— Вот и молодец! — одобрительно кивнул Петр, — вопрос первый. Чем ты опоил мою невесту?

— Она Ваша невеста? — с ужасом прошептал недовикинг.