Конец Ордена Ментальных Имперских Магов-4

Глава 12. Как завести гарем, и чтобы за это ничего не было!

— Ну и какая это будет война, по Вашему, Петр? — спросил генерал.

— Думаю это будет война моторов, — ответил юноша, — войска будут передвигаться на грузовиках, а ударной силой станут танки и авиация!

— Танки? — пренебрежительно произнес дедушка Ксении, — они себя не очень хорошо показали во время войны. В первом бою пятнадцатого сентября тысяча девятьсот шестнадцатого года в ходе битвы на Сомме британская армия впервые применила танки модели Mark I. Из сорока девяти подготовленных машин до позиций добрались только девять, однако их появление вызвало панику у немецких солдат.

— А вот в ноябре тысяча девятьсот семнадцатого года в битве при Камбре британцы задействовали около четыреста шестидесяти танков Mark IV, что позволило за несколько часов прорвать глубоко эшелонированную немецкую оборону, — возразил ему штабс-капитан.

— Да, в первый же день британцы прорвали мощную линию Гинденбурга и продвинулись на шесть-восемь километров, что было беспрецедентно для позиционной войны, — усмехнулся начальник Генерального штаба, — но немецкое командование оперативно перебросило резервы и тридцатого ноября начало масштабное контрнаступление, используя тактику «штурмовых групп». И все завершилась, по сути, тактической ничьей и возвращением сторон на исходные позиции после кровопролитных боев. Хотя британское наступление, ставшее первым массовым применением танков, достигло успеха, германский контрудар свел на нет почти все территориальные приобретения, доказав эффективность противотанковой обороны.

— Да, это верно! Но не забывайте танки еще несовершенные. Но они будут развиваться и в будущей войне сочетание танковых ударов, огня артиллерии и авиации, будет решающим, — твердо сказал Петр, — и мы должны готовить армию именно к такой войне!

— А как же кавалерия? — улыбнулся генерал.

— С шашкой на танки? — тоже улыбнулся попаданец, вспомнив атаку поляков на немецкие танки.

— Глупости ты говоришь! — проскрипел Голос, — История о том, как польские кавалеристы с шашками атаковали немецкие танки в сентябре тысяча девятьсот тридцать девятого года, является историческим мифом. На самом деле события развивались иначе. Первого сентября тысяча девятьсот тридцать девятого года состоялся бой под Кроянтами. Восемнадцатый полк Поморских улан атаковал в конном строю батальон немецкой пехоты, застав её врасплох. Однако вскоре на поле боя появились немецкие бронеавтомобили (не танки), которые открыли пулеметный огонь, заставив поляков отступить с потерями. На следующий день на место боя прибыли итальянские журналисты (в частности, Индро Монтанелли). Увидев трупы лошадей и всадников рядом с немецкой бронетехникой, они написали о «безумной отваге» поляков, якобы рубивших танки саблями. Немецкое министерство пропаганды подхватило эту историю, чтобы доказать «отсталость» польской армии и «глупость» её командования. Позже этот образ был закреплен в нацистском пропагандистском фильме «Kampfgeschwader Lützow». На самом деле, польская кавалерия того времени была мобильной пехотой. Уланы передвигались на лошадях, но вступали в бой спешенными, используя карабины, пулеметы и эффективные тридцати семи миллиметровые противотанковые пушки Bofors.

— А все-таки, легенда с атакой на танки красивее! — вздохнул Сергей.

— И глупее! — не согласился его внутренний собеседник.

— И я думаю, что нужно не только технически перевооружать армию, но менять методы ее набора! — продолжил штабс-капитан.

— Мужчины! — в разговор вдруг вмешалась бабушка Ксении, — о делах можно говорить бесконечно. Давайте отложим этот разговор на потом. В конце концов, тут присутствуют дамы, а им это не очень интересно! Ксения, покажи нашему гостю нашу оранжерею и теплицу!

— И верно, прошу нас великодушно простить! — улыбнулся Петр, — это целиком моя вина!

— Ну не прибедняйтесь, — рассмеялся генерал, — я тоже хорош! Договорим в следующий раз. Вы же посетите нас еще раз?

— Буду очень рад! — с признательностью произнес юноша.

— Петр! Идемте! Я Вам кое-что покажу в нашей теплице! — решительно произнесла вставая из кресла сказала Ксения. И она повела гостя из библиотеки.

— Что скажешь дорогой об этом юноше? — спросила бабушка девушки своего мужа.

— Когда Ксения попросила меня его пригласить, я собрал информацию о нем, — медленно произнес генерал, — он очень не прост. Уже два раза спасал племянницу Императора, говорили даже, что у них даже намечался роман. Но ты же знаешь ее вздорный характер. Сейчас они в ссоре, но государь ему очень благоволит. А так он мне понравился!

— Ксюша в него влюблена! — вздохнула женщина, — я боюсь, что он разобьет ей сердце.

— Если он настолько глуп, что может променять нашу девочку, на кого-то другого, то нам такой зять и даром не нужен! — отрезал старик.

— Разве сердцу прикажешь? — улыбнулась бабушка Ксении, — не будем торопиться. Посмотрим.

— Петр, давайте на «ты»! — предложила спускаясь в сад девушка.

— С большим удовольствием! — улыбнулся юноша.

— Сейчас я тебе что-то покажу! — с таинственным видом произнесла его однокурсница и повела его в высокое одноэтажное здание со стеклянными стенами. Когда через тамбур они вошли внутрь, то Петр просто обалдел. Там росли самые экзотические растения. Он увидел растущие пальмы, на которых висели созревающие грозди бананов, в на других висели кокосовые орехи. Но Ксения вела его в отдалённую часть теплицы.

Там оказался грядка с многолетними травянистыми растениями высотой до одного-полутора метров, которое по внешнему виду напоминали колючие кусты с жесткими длинными листьям. А на них росли ананасы.

— Боже! — удивился юноша, — а они настоящие? Их можно кушать?

— Ну конечно настоящие, — рассмеялась девушка, — я рассказала о них Варе! А она меня очень просила ее угостить. Давай выберем самый спелый и ты отвезёшь его домой!

— А как определить, что он спелый? — спросил Петр.