Конфетка на факультете Теней

2

— Маменька, мне туфелька жмет! — ноет Кенния, спотыкаясь на ступеньке длинной парадной лестницы. Резвушка с копной взбитых светло-русых кудельков капризно морщит носик, отчего ее приятное круглое личико кажется забавной карикатурой. — Ну, когда же закончится эта проклятая лестница? Никто не предупреждал нас, что придется стоять в очереди!

Ее маменька, сьерра Элиса дей’Фрейр, не снисходит до ответа, лишь едва заметно дергает плечом, следуя во главе нашей маленькой процессии туда, где на вершине лестницы из черного мрамора блестящий герцог Эллиот с супругой приветствуют гостей.

Мы с Кассией выезжаем уже второй сезон подряд, потому смотрим на страдания дебютантки-Кеннии немного свысока и сохраняем ледяное спокойствие, медленно и невозмутимо преодолевая ступень за ступенью. Перед нами и за нами тянется вереница знатных приглашенных в роскошных бальных туалетах. Все терпеливо ждут своей очереди — тут так принято, считается, что небольшие заторы из знатной публики при входе добавляют вечеру блеска.

— Ну, долго еще? — снова нудит Кенния и подпрыгивает, получив тайком щипок от старшей сестры. — У меня сейчас ноги отвалятся!

Мы с Кассией переглядываемся, и кузина шаловливо подмигивает. Напрасно мы твердили Кеннии о необходимости выбрать для бала удобные, хорошо разношенные туфли, малышка все-таки предпочла надеть красивые и новенькие.

— Ты достала, Кенни! — шипит Кассия с высоты своего роста, который сделал бы честь и гвардейскому офицеру. — Стой молча, иначе маменька не позволит тебе танцевать!

Пышечка Кенния испуганно затихает минут на пять. Впрочем, вскоре мы одолеваем подъем, и нас тепло приветствует пожилой, но все еще красивый герцог Эллиот и его вечно молодая супруга-эльфийка. Обласканные любезными хозяевами, в сопровождении двух рослых лакеев, мы оказываемся у входа в блистающий огнями бальный зал.

— Сьерра Элиса дей’Фрейр. Сьерры Кассия и Кенния дей’Фрейр, — торжественно объявляет церемонеймейстер. Делает многозначительную паузу и заканчивает: — Благородная сьерра Флорианна дей’Реджис, наследница герцога Сверра.

Головы присутствующих в зале, как одна, поворачиваются к двери. Имя моего папы всегда вызывает такую реакцию, и я удерживаюсь от того, чтобы не прикусить с досады губу. Богатая наследница, да. Но кому здесь есть дело до меня, такой, какая я есть, без золота и земель моего отца?

Уф. Представление — самая трудная часть публичных появлений — преодолена. Дальше будут только комплименты и танцы. Я обещала тетушке Сильвии прилежно посещать все мероприятия этого сезона, но большая часть светских обязанностей — такая скука! Не понимаю, что заставляет людей, которые уже нашли себе пару, посещать эти шумные и пустые сборища.

Следуя вглубь зала вслед за тетушкой, мы то и дело киваем, раскланиваясь со знакомыми. В глазах маменек и девиц светится одинаково жадное любопытство: все рассматривают туалеты и драгоценности, подсчитывают примерную их стоимость, критикуют или насмехаются, неизменно восхищаясь вслух. Я в себе уверена: внешностью боги не обидели, а голубое платье из тончайшего эльфийского шифона, сшито по последнему слову моды и очень идет и к глазам, и к золотым волосам, собранным на макушке в сложную прическу. А вот кузин критические взгляды кумушек явно смутили. Кассия прекрасно сложена, но вечно комплексует по поводу своего высокого роста. Вот и сейчас некрасиво сгорбила плечи. Что же касается младшей кузины, щечки Кеннии могут поспорить по яркости с ярко-бордовым платьем ее маменьки.

Мы занимаем свободную банкетку, но долго скучать нам не пришлось. Словно коршуны налетают кавалеры, в результате чего моя бальная книжка заполнена уже через пять минут после нашего прибытия на бал. Младшие сыновья знатных семейств, толкаются плечами с солидными вдовцами, а также с авантюристами не совсем однозначных кровей, но все-таки принятыми в обществе. Более завидные женихи держатся особняком: им ни к чему толкаться с юнцами и терять лицо, для них всегда найдется место в бальной книжке.

Среди моих поклонников снова ни одного интересного лица. Всех завидных претендентов я уже забраковала в прошлом году. Половину кавалеров я насильно переадресовываю кузинам. Ну а что? Редко кому из мужчин есть что возразить, когда его просят пригласить дебютантку. Все они любят выглядеть благородными спасителями в собственных глазах. А девочкам это нужно. Знаю, как они боятся остаться стоять у стеночки, в то время как их подруги танцуют.

Звучит вальс «Приглашение». Танцевать я люблю, иначе не ответила бы себе на главный вопрос: зачем я здесь? Ответ прост: ради прекрасных мелодий, танца и звенящего в воздухе задорного смеха, который гонит тени, а вместе с ними и мрачные мысли.

Младший отпрыск какого-то графа, мучительно краснея, ведет меня в танцевальный круг. Все идет прекрасно, и меня почти не раздражает, что партнер выжимает из себя дежурные комплименты. Сообразив, что я не слушаю, молодой человек смущенно замолкает на полуслове.

— Давайте танцевать молча, — с извиняющейся улыбкой прошу я, и каприз богатой наследницы исполняется в точности.

Партнер — приятный юноша — послушно затыкается, и представлять, что я влюблена в него, а он в меня, становится гораздо легче. Ноги почти отрываются от земли, мне кажется, что я не скольжу по полу, а лечу в такт музыке, выполняя сложные фигуры танца без малейших усилий и по велению души. И чудится, будто мы двигаемся не по переполненному танцующими парами залу, а по волшебному цветочному полю где-то на краю земли.

— Вы так прекрасны, моя сьерра! — снова вступает глупый юнец и мигом разрушает хрупкую иллюзию гармонии.

Очнувшись от прекрасной мечты, моргаю и снова оказываюсь в скучном, но блестящем бальном зале, где мы скользим в волнах удушающего парфюма с нотками амбры, который в моде у кавалеров в этом сезоне.

Голова немного кружится, потому я прерываю танец и в качестве наказания за неумение молчать отправляю юнца за лимонадом. Пробираясь к тетушке, чувствуя легкое беспокойство. Обнаженные плечи и спину прожигает чей-то настойчивый взгляд. Осматриваюсь, но в переполненном зале трудно отыскать того, кто так пристально смотрит на меня. Наверное, почудилось.