Конкистадоры. Закат Пятого Солнца

27. Интриги

Эрнан Кортес дожидался прихода ацтекских купцов, которых здесь называли почтека. Этому визиту Кортес придавал очень большое значение. Местные торговцы образовывали своеобразный клан, куда практически не было доступа посторонним. Отец передавал свое ремесло по наследству сыну. И наследство это считалось весьма ценным. Почтека не платили налогов, не подлежали обычному суду, жили в отдельных районах и молились своим, особенным богам. Они казались полностью закрытым обществом, влиятельным и привилегированным. И Эрнан Кортес, узнав все это у Марины и тлашкаланцев, отлично понимал ту власть, что сосредоточилась в руках у купцов.

Путем долгих переговоров, через мелких вождей, которым он помог возвыситься, Кортес сумел договориться о тайной встрече со старейшинами почтека. Он не хотел, чтобы Монтесума и его сановники узнали о предстоящем разговоре. Генерал-капитан желал заручиться поддержкой торговцев. Это очень укрепило бы позиции испанцев. Обеспечило бы им независимые от императора поставки провизии и одежды, а то и военную помощь. У почтека есть нефрит, ткани, какао и перья, которые заменяют индейцам монеты, а это позволит привлечь на свою сторону наемников. Нужно лишь убедить купцов поддержать конкистадоров. 

Несколько самых влиятельных почтека прибыли во дворец испанцев тайно, под покровом ночи. Они терпеливо дождались вечера, когда у Кортеса нашлось свободное время для беседы. Другие, менее весомые фигуры в иерархии торговцев, посетили лагерь открыто, под вполне благовидным предлогом — они принесли белолицым чужакам партию хлопка, какао и дров для костров. Как только стемнело, Эрнан Кортес в сопровождении нескольких капитанов и Марины пришел в уединенный зал, где их уже ждали.

Восемь индейцев, трое из которых оказались уже весьма пожилыми, а остальные выглядели опытными и умудренными жизнью людьми, сидели на циновках. Они почтительно, но блюдя собственное достоинство, поприветствовали испанцев. Конкистадоры поздоровались и Кортес начал беседу.

— Я благодарю вас за то, что вы нашли время посетить меня. Я понимаю, сколь многочисленны хлопоты у таких важных людей и ценю ваш визит.

— Мы всего лишь скромные почтека, не вожди и не знаменитые воины, — смиренно сказал один из стариков, видимо, самый влиятельный и уважаемый среди них. — Это мы благодарны за то, что такой великий военачальник пригласил нас к себе.

В этих словах звучала не только дипломатическая вежливость. По ацтекским понятиям купцам и в самом деле полагалось вести себя скромно, выглядеть непритязательно, не щеголять роскошью одежд и украшений. Им вообще вменялось ничем не демонстрировать свое богатство. Исключениями становились лишь некоторые праздники. Возбудив зависть у военной элиты, почтека могли лишиться всего имущества, а то и жизни. Обо всем этом Кортес уже знал и подозревал, что торговцы таким положением не слишком довольны. Он давно обдумал все аргументы, которые могли помочь ему перетянуть купцов на свою сторону.

— Я наслышан о храбрости и бесконечной энергии почтека. Вы ходите в далекие и неизведанные земли, добываете там товары, которых никто раньше не видел, и приносите их в Теночтитлан. В пути вы преодолеваете немалые трудности и сталкиваетесь с большими опасностями.

— Да, это так, — подтвердил все тот же купец. — Случается нам отбиваться и от разбойников, а иногда даже воевать с целыми племенами, которые считают, что их удаленность от столицы позволяет им грабить торговцев из Теночтитлана. Эти неразумные думают, что уэй-тлатоани не пошлет войско так далеко для защиты почтека. Но потом они убеждаются, что мы и сами можем за себя постоять. Нам не нужна ничья защита.

Намек был вполне прозрачным. Почтека вовсе не спешили под крыло к испанцам. Впрочем, Кортес собирался их увлечь вовсе не защитой от разбойников.

— Да, я охотно в это верю, — кивнул генерал-капитан, указав на шрамы, украшавшие тела каждого из купцов. — Ваша кожа, словно книга, где записаны самые опасные приключения. Жаль, что вас заставляют вести показательно бедный образ жизни, который никак не может служить достойной наградой за все перенесенные злоключения.

— Ты, господин, прибыл издалека и потому не знаешь того, каким почетом окружены почтека. Мы не платим налогов и обладаем многими привилегиями. Ты, скорее всего, слышал, что для любого из подданных Монтесумы самой славной смертью является гибель на жертвенном камне. Но известно ли тебе, что почтека, умерший во время торговой экспедиции, почитается так же, как и воин, принесенный в жертву на алтаре?

Остальные купцы негромкими одобрительными возгласами поддержали своего старейшину, который продолжил:

— Так что мы довольны своей участью. Да, кажется, что мы не гонимся за показной роскошью, но это лишь видимость. В походах нам приходится трудно: холод, жара, усталость, надоедливые насекомые, змеи. Потому, вернувшись в столицу, мы наслаждаемся покоем. То, что другому человеку кажется скромным существованием, нам, в сравнении с нашими путешествиями, видится настоящим блаженством.

Эрнан Кортес не очень-то поверил словам ацтека. Скорее всего, комфорт и богатство они все же ценили, но опасались вызвать зависть воинов. Впрочем, у него были заготовлены и другие аргументы для привлечения купцов на свою сторону.

— Я лишь сожалею, что вы приносите так ничтожно мало товаров из своих странствий. Это же просто капля росы в том великом море диковинок, что попадаются вам в пути.

В словах Кортеса прозвучала нотка пренебрежения и купца это задело.

— Мы приносим много товаров, — с чувством собственного достоинства ответил он. — Сам я в походы уже не хожу. Но мой сын командует в пути группой в сорок, а то и в шестьдесят носильщиков, каждый из которых может нести до трети собственного веса.

— Да, понимаю, — кивнул Кортес. — Вы уже видели наших коней. Это могучие создания, страшные в бою. Но среди людей есть воины, есть ремесленники и есть носильщики. Так же и среди животных. В тех землях, откуда мы прибыли, разводят могучих быков. Это крупные и выносливые звери, рогатые, как и олени, что водятся в ваших лесах, но куда более сильные и послушные. Такой бык с легкостью унесет на спине двух взрослых человек. К тому же, его, в отличие от носильщика, не придется кормить. Он ест траву, что растет под ногами. Но мы не нагружаем товары прямо на него. Мы впрягаем животных в повозки на колесах. Примерно так мы везли свои пушки. Вы это видели своими глазами. Благодаря всему этому у меня на родине перевозят огромные грузы, в сотни раз больше, чем может доставить самый большой караван с носильщиками.