Конкистадоры. Закат Пятого Солнца

8. Вильяфанья

В это время Антонио де Вильяфанья готовился к осуществлению своего заговора. Призвав наиболее надежных единомышленников, он разрабатывал план мятежа.

— Нужно собрать вокруг Кортеса самых верных ему капитанов. Так одним махом расправимся со всеми.

— Когда Кортес и Альварадо вернутся в Тескоко, то захотят увидеть Сандоваля и обменяться новостями, — предложил Энрике Бальбоа. — Вместе с ними будут и остальные приближенные генерал-капитана.

— Придем к ним под предлогом… Ну, например, что из Веракруса прибежал гонец и принес вести о корабле, приплывшем из Испании, — добавил Вильяфанья. — Вот тут и наступит время для схватки. Нам понадобится человек десять самых хороших бойцов.

— Лучше всего сделать это во время обеда, — заметил кто-то из заговорщиков. — Они за стол садятся без доспехов, да и мечи держат в ножнах. Кортес, находясь в Тескоко, среди сотен солдат, не будет так уж насторожен и уж точно окажется не готов к неожиданному нападению.

— Если повезет, то мы перебьем половину еще до того, как Кортес и капитаны успеют выхватить оружие, — сказал Бальбоа. — Но лучше, чтобы нас сопровождал еще один отряд отборных бойцов, которые остановятся перед домом, но после начала драки по условному сигналу кинутся внутрь.

— Затем возьмем власть в свои руки, — подвел черту Вильяфанья. — Все недовольные Кортесом будут только рады, остальных сумеем переубедить. Да и какой у них может быть выбор? Генерал-капитана не воскресить. Я выступлю с речью и призову всех солдат к единству. Начинать междоусобицу никто не решится. Все понимают, что от нее выиграют только ацтеки.

— А дальше что?

— Пошлем сотню человек на побережье, в Веракрус. Сместим коменданта Педро Кабальеро. Он уж очень предан Кортесу и может начать ставить нам палки в колеса. Освободим сидящего в тюрьме Панфило де Нарваэса. И самое главное — отправим корабль на Кубу. Помиримся с губернатором Веласкесом, поделимся с ним золотом, которое удалось вывезти из Теночтитлана, попросим помощи. Когда с острова приплывет военный флот, вот тогда мы и схлестнемся с ацтеками на равных.

— Ты хочешь уступить командование Нарваэсу? — спросил Бальбоа.

— Нет, — решительно ответил Вильяфанья. — Нарваэс показал себя плохим военачальником. Вспомните, когда мы прибыли с ним на эти берега, то могли похвастаться двукратным преимуществом перед Кортесом в количестве солдат. А наш перевес по числу кавалерии, артиллерии и экипировке был просто подавляющим. И что же? Нарваэс не сумел все это превосходство использовать. Мне многие его приказы тогда казались недальновидными, а то и вовсе глупыми. Нет, командовать буду я. А вы станете моими капитанами.

— Ты прав, Антонио, — поддержал товарища Энрике Бальбоа. — Нарваэс к тому же очень бесцеремонно обращался с тотонаками, как будто с врагами или мятежниками. А ведь они наши союзники. Не стоит их обижать. Пусть лучше Нарваэс не мозолит им глаза.

— Поэтому я на первом же корабле отправлю его на Кубу. Губернатор Диего Веласкес ему доверяет. Вот пускай Нарваэс и расскажет всю правду. Как его захватил Кортес и как мы убили мятежника, освободили пленников и теперь, наведя здесь порядок, готовы к примирению.

Вильяфанья обвел сидящих вокруг него воинов внимательным взглядом. Все эти люди были недовольны Кортесом. Вряд ли кто-то из них решится донести о заговоре. И все же затягивать нельзя. 

— Когда Эрнан Кортес вернется из Шочимилько в Тескоко, мы нанесем удар. Я предупрежу бойцов, которые понадобятся мне в тот день… 

После отступления из Шочимилько наступил короткий период затишья. Эрнан Кортес не сидел без дела. Пока не велись сражения, он вновь собирал силы. Он планировал разделить свою армию на три части с тем, чтобы каждая атаковала одну из ведущих в город дамб. Если удастся занять все три насыпи, то столица будет отрезана от суши. Оставалась еще проблема с лодками, которых у ацтеков насчитывалось много тысяч. Генерал-капитан понимал, что флот из тринадцати бригантин вряд ли сумеет полностью взять под контроль огромное озеро, раскинувшееся на десятки миль. Теночтитлан казался практически неприступным.

Кортес не жалел времени на встречи с вождями мелких племен и с представителями городов. И хотя это отнимало уйму сил, но он отлично понимал всю важность дипломатии. Послы желали переговорить с ним и лично убедиться, что белолицые чужеземцы смогут сломить мощь Теночтитлана.

Битвы с ацтеками шли с переменным успехом. Испанцы были слишком малочисленны, чтобы успевать повсюду, а дружественным индейцам порой не хватало доблести. Оставшись без поддержки конкистадоров в каком-нибудь покоренном городке, они падали духом. Союзники начинали с трепетом ждать, когда же пожалуют отборные воины-орлы и воины-ягуары, чтобы всех их пленить и утащить в столицу. Столь велик был страх, который ацтеки внушали своим подданным. И если солдаты Куаутемока действительно приходили, то биться против них насмерть воины гарнизонов зачастую не решались, предпочитая отступить.

Но гораздо чаще союзникам не хватало дисциплины и слаженности. Даже закаленные в боях тлашкаланцы очень часто пускались в авантюры. Они то отправлялись на поиски врага, вместо того, чтобы сидеть в крепости, то лезли в бой, когда Кортес посылал их всего лишь разведать обстановку в окрестностях. Увы, местные жители героизм ставили куда выше, чем умение выполнять приказы.

После отступления из Шочимилько прошло всего несколько дней. Эрнан Кортес встал еще до рассвета, собираясь посетить одну из лежащих неподалеку деревень. Зевающий Альварадо подгонял десяток всадников и строил сотню пехотинцев, которые должны были сопровождать Кортеса. Ацтекские территории находились недалеко, так что ездить с небольшим эскортом сейчас никто не мог себе позволить.

— Мы готовы, Эрнан, — отчитался Педро.

— Отправляемся, — ответил генерал-капитан. — Вернувшись из деревни, наведаемся в Тескоко. Узнаем у Сандоваля, как продвигается сборка кораблей. Отдохнем денек, подведем окончательный подсчет испанцев и союзников, а затем попытаемся снова прорваться к дамбам.