Конкурент отца. Он меня хочет

Глава 1

Алена

Я протискивалась сквозь плотную толпу танцующих, чувствуя себя как селёдка в ночном гламурном аквариуме. Только вместо прохладной водички меня окружали горячие, потные тела и запахи, от которых хотелось зажать нос и гордо уйти в закат.

«Отдых», — фыркнула я про себя.

Да, технически я на побережье. Да, с подругами. Да, мы «отрываемся». Только вот я, видимо, проморгала момент, когда «отдых» стал означать «плавно терять рассудок под кислотный ремикс на Despacito».

Музыка долбила так, что мои поджилки буквально дрожали. Будто диджей решил лично вытрясти из меня душу басами. Запах алкоголя витал в воздухе сладковатым перегаром, а вишенкой на этом аромате были дешёвые духи — кто-то явно вылил на себя полфлакона, думая, что это их пропуск в высшую лигу обольщения.

Я закатила глаза и фыркнула, проталкиваясь локтями дальше. Ну и ночка!

Мысленно я всё ещё держалась за образ с шезлонгом, морским бризом и коктейлем с зонтиком. Увы, реальность щедро кидалась в меня не зонтиками, а толпой людей, светомузыкой и… неожиданной философской тоской.

А ведь я сейчас мечтала о трёх вещах: коктейле (хоть каком-нибудь, лишь бы холодном), диване (мягком, как облако) и минутке тишины, чтобы перестать притворяться, что мне весело. Потому что, если честно, мне было… ну такое.

– Номер пять, номер пять, – бубнила я себе под нос, лавируя между дверями и щурясь в полумраке.

Свет мигал, как будто электрик решил устроить дискотеку в аду. Интерьер тоже был... скажем так, вызывающий: зеркала, неон и какая-то дьявольская смесь барочной лепнины с дешевым техно.

Естественно, в лучших традициях моей блистательной везучести, я бодро толкнула не ту дверь. Ну а как иначе? Это же я…

Дверь скрипнула, и я влетела внутрь с таким видом, будто собиралась объявить: «Всем привет, я ваша звезда вечера!»

Ожидала увидеть диван, маргариту на столе, своих подруг, которые визжат и хохочут, как будто кто-то шепчет им анекдоты прямо в ухо. А получила… логово.

Нет, диван все-таки был. Правда, стоял он в углу. Тёмный, кожаный, словно вырезанный из фильма о мафии, обещающий что-то запретное и опасно-притягательное. Я невольно сглотнула.

Стол тоже имелся в наличии. Но на нем царил полнейший хаос: бумаги, бутылки, пепельница и пара стаканов — будто это был алтарь в честь похмелья.

Воздух тут был тяжёлым, как атмосфера на исповеди, только вместо свечей пахло виски, сигаретами и чем-то… мужским.

Адреналином? Тестостероном? Да кто разберет!

Этот запах защекотал ноздри, пробежал мурашками по спине, и я поймала себя на мысли, что он будит во мне что-то тёмное, любопытное, чего я сама в себе не ожидала.

А посреди всей этой мрачной картины стоял он.

Мужчина. Не просто крупный — мощный. Как будто вся комната сузилась до его фигуры. Широкие плечи, массивная грудь — от него будто шёл жар. Черная рубашка была расстёгнута сверху, достаточно, чтобы взгляд сам скользнул вниз, цепляясь за полоску кожи и татуировки.

Чёрные, резкие, с острыми линиями — не вычурные, а как будто вырезанные. Они не украшали, а предупреждали. Что-то в них было агрессивное, и это цепляло.

Я поймала себя на том, что просто уставилась. Разглядывала, будто надеялась понять, что за человек мог набить такое себе на грудь. Хотя, честно говоря, мне было всё равно. Хотелось прикоснуться. Узнать, как это — почувствовать их под пальцами.

Мужчине явно было за сорок. Но возраст не сбивал — наоборот, в нём была уверенность. Он стоял, как человек, который точно знает, чего хочет. А главное — знает, как это взять.

И глаза… Тёмные. Тяжёлые. Он смотрел на меня так, как никто до этого. Не изучающе — оценивающе. Как будто прикидывал, кто я такая, и что со мной можно делать. И в этом взгляде не было ни грамма удивления или недоумения. Только прямой, плотный интерес. Сдержанный, но такой явный, что внутри что-то потеплело — и сжалось одновременно.

Мужчина не улыбался. Просто стоял. И этого было достаточно, чтобы моё тело выдало себя с головой — дыхание сбилось, грудь заныла будто ей стало тесно в лифчике, и я невольно сжала пальцы в кулак, чтобы не потянуться к нему.

Так смотрят, когда уже все решили. Осталось только подойти.

Мужчина медленно склонил голову, не отрывая взгляда, и я почувствовала, как по шее пробежал жар — не от духоты, а от того, как эти глаза прошлись по мне, будто ощупывая каждый изгиб.

Мой внутренний голос завопил: «Алёнка, ты влипла!»

Но я тут же мысленно ответила: «Ну уж нет, я не из тех, кто теряется! Улыбочку, грудь вперёд, и давай выкручиваться!»

Губы сами растянулись в моей фирменной ухмылке — той, что всегда спасала меня в передрягах.