Конкурс Снегурочек. Новогодняя сказка

Сцена четвёртая. Голь на выдумки хитра

Узнав всё, что мне было нужно, я покинула Кощея прям по ангельскому обычаю, то есть не прощаясь.

Про себя решила обязательно на конкурсе побывать, а если получится, то и поучаствовать. Уж очень любопытство во мне разгорелось и до колик захотелось с истинной красотой соприкоснуться. Надежда в душе задымилась о том, что может и мне от неё чего-нибудь душевного невзначай перепадёт.

В общем, недолго думая, так как времени почти совсем не оставалось, решила я обратиться за помощью к своему добровольному обеду. Ведь под рукой больше никого-то и не было.

Не зря же Василису Премудрой с малолетства кличут. Может, чего полезное присоветует, когда успокоится.

До родной избушки долетела мигом, даже не задумываясь. Считай, метёлка сама донесла. Уж домой-то она дорогу знает, за столько-то веков и безмозглая деревяшка направление запомнить способной оказалась.

У двери застала Ваньку дурака, с жалобным видом побитого пса умоляющего жену о прощении:

- Вась, а Вась! Ну, прости ты меня, идиота. Не хотел я тебя обидеть. Оно само как-то получилось, прежде, чем я подумать успел.

К тому же, мне это трудно, думать, то есть.

Сама ведь знаешь.

- Уйди, постылый! - ответствовала из-за двери Василиса, явно всхлипывая. - Глаза бы мои тебя, предателя, не видели.

Никогда тебя не прощу за то, что на конкурс Снегурочек не пустил, который уже тем любопытен, что в нашем царстве совершенно уникальным является.

И вообще, ты права не имеешь в чём-либо так беспардонно меня ущемлять, потому как я свободная личность во всех отношениях.

- Василисушка, смилуйся не губи.

Ты же знаешь, что у меня от напряжения голова кипит, когда ты по-учёному лопочешь.

И всё равно на конкурс этот я тебя ни в жизнь не пущу, - упрямо не давал сбивать с толку себя Ванька мудрёными словами. - Неча старикам на тебя пялиться, пущай на чужих жён глазеют.

К тому же, если не выберут тебя этой самой Снегуркою, то ты же ещё сильнее расстроишься, так что всё равно тебя утешать придётся.

Лучше уж сразу пореви и будет.

- Не понимаешь ты, Ванька, что я уже записалась, а если не приду, так засмеют ведь. И так дурнушкой считают, а после и вовсе проходу не будет.

Скажут, что испугалась с красотками настоящими соревноваться. А я ведь ничего не боюсь, любую с помощью ума победить сумею.

К тому же, кудесник Мороз Иваныч более красоты доброту ценит. А уж в этом смысле я впереди многих красавиц буду.

Голос Василисы больше не дрожал обижено, а звучал вполне рассудительно.

Решив, что девица, наконец, успокоилась и смекнув, как использовать её безвыходное положение для своей выгоды, я быстро щёлкнула пальцами, мысленно велев двери открыться.

Ванька, пытавшийся пробить её лбом, тут же влетел во внутрь как раз к ногам своей ненаглядной.

Василиса смирно сидела на лавке у стола. Была она, хоть и пригорюнившейся, но более не желающей незамедлительно оказаться в моём желудке.

Сама я влетела домой привычно через трубу. Вывалившись посреди комнаты вся, как обычно, лохматая и чумазая, я удовлетворённо чихнула.

- Что же делать-то? - виновато спросил Ванька жену по привычке, но и давая понять, что всё равно не уступит.

На меня они оба никакого внимания не обратили, словно не я была здешнею хозяйкой.

- Думу думать, - автоматически ответствовала Василиса, явно уже смиряясь с упрямым нежеланием мужа позволить ей участвовать в новогоднем конкурсе Снегурочек.

- А чего там думать? - нетерпеливо проскрипела я, бесцеремонно влезая в их разговор со своим конструктивным предложением. - Нужно чтобы, вместо Василисы, на конкурс этот пошёл кто-то другой, ею назвавшись.

В толпе-то не разберутся сразу, если, например, вуалью физию прикрыть. После же начала организаторам деваться уже некуда будет. Примут самозванку, как миленькие, чтобы мероприятие не испортить.

- Мысль, конечно, интересная, - протянула Василиса, явно поражаясь, прорезавшейся у меня вдруг сообразительности.

Хотя ей-то как раз положено было знать о том, что голь на выдумки хитра. Впрочем, она тут же, почти без паузы, забросала меня каверзными вопросами:

- И в чём моя выгода? Всё равно ведь скажут, что я испугалась, раз себе замену нашла.

- Это как сей поступок оценивать, - умничая, важно изрекла я. - Если скажешь, что уступила место из милости, по доброте душевной одной особе, очень сильно желающей в конкурсе участвовать, то ни у кого язык не повернётся усомниться в твоём бескорыстии и душевной чуткости.