Конрад Томилин и титаны Земли

Глава 10

– Плохие новости? – осведомился главный либеральный демон по возвращении Конрада.

– Неважные, – небрежно спокойным голосом ответил тот.

Все выжидательно молчали.

– Сатана наказал принести ему говорящий камень, – Конрад заметил, что при этих словах черти оживленно зашептались. – Вы мне поможете?

Шепот прервался, и вновь возникло молчание, но на этот раз не выжидательное, а напряженное.

– А… – неуверенно начал Невольный, – Сатана не уточнил, где его можно найти?

– В гостях у какой-то сказки… – пожал плечами Конрад. – Я уже ничего не понимаю.

При этой реплике пара чертей встали и поспешно направились к двери.

– Все ясно, – сказал Премудрый Пускай, – с этим миром у Сатаны давно дела не ладятся, и он решил переключиться на другое измерение.

– Что за измерение такое? – долетел со стороны стоящего в углу диванчика голос Слезаря.

– А такое… Которое не измеряется, никому не подчиняется, то существует, то нет, и жрет тебя на обед.

Это разъяснение заставило ретироваться уже четырех сподвижников хозяина квартиры. Из чертей в гостиной остались только Невольный, Премудрый Пускай и Сарануил. Премудрый Пускай уронил под стол очки, а потом и сам пропал там следом за ними. Сарануил принялся что-то протирать на подоконнике, спрятавшись за шторой, где вскоре затих. Невольный же остался сидеть за столом, где были разложены многочисленные газеты и книги. Только скулы на его лице напряглись, а глаза виновато опустились.

– Хм… – резюмировал разыгранную перед ним сцену Конрад.

Он присел на стул напротив Невольного и голосом следователя потребовал:

– Так что, господин Невольный? Я согласен принять вашу помощь.

– Понимаешь, Конрад, – отозвался тот, все еще не решаясь поднять глаза, – мы туда не ходим. Ни-ни! Там чудища выдуманные обитают. Для них черти – как деликатес.

– Но вы же черти. Вас самих должны бояться.

– Должны-то должны, но эти сказочные твари наделены просто фантастическими способностями и творят вещи за гранью воображения. Нам с ними лучше не связываться.

– Выходит, Слезарь, нам придется справляться вдвоем.

– Ага, чертей эти твари жрут, – пружины в угловом диванчике недовольно застонали, – а людьми, видите ли, брезгуют!..

– Вовсе и не брезгуют, – обнадежил Слезаря Невольный.

– Вот! Я уже вижу свой некролог: «Последний человек-невидимка погиб в пасти сказочного крокодила»!

– Так как мне в гости-то к этой сказке попасть? – продолжил допытываться Конрад. – Сатана сказал, мне это любой черт здесь подскажет.

– А, так это легко, – почуяв, что самопожертвования от него уже никто не требует, Невольный выпрямился и посмотрел своим честным, прямолинейным взглядом в глаза Конрада. – Заплату в конце улицы видел?

– Это где ничего нет?

– Что-то там, конечно, есть. Но это ты и сам все выяснишь. Зачем я буду рассказывать о том, чего не знаю?

Проводить Конрада и Слезаря в гости к сказке вышел только Невольный. Сарануил по-прежнему драил подоконник, не отрывая глаз от происходящего за окнами квартиры. За его плечом поблескивали очки Премудрого Пуская.

В конце странной улицы зияла пустота. Если бы Конрада попросили описать, что он видит, он бы не смог этого сделать. Можно описать тьму. Можно описать ведущий во чрево Земли туннель. Можно описать чернеющую под ногами пропасть. Но как описать пустоту, отсутствие чего бы то ни было?

Конрад нехотя приблизился к пустоте и протянул к ней руку. Рука наткнулась на нечто, напоминающее на ощупь шторы. Конрад покрепче вцепился в нащупанную им фалду и, откинув камуфляжную завесу пустоты, вошел в миф.

В лицо ему ударило раскаленное солнцем марево жаркого дня. Небо было столь ярким, что здесь явно не обошлось без редактирования, подумалось Конраду. Сочно-зеленые листья деревьев перекликались в такт трущемуся о них ветерку.

– Да это ж прям наш парк в Шокольниках, – пояснил Конрад вынырнувшему рядом Слезарю. – Вон и аттракционы есть.

При приближении аттракционы оказались останками погибшего в пожаре древнего терема.

– Заброшенные декорации к какому-то фильму… – смекнул Конрад.

– Что будем делать? – поинтересовался Слезарь, уже несколько обвыкшийся и более не мандражирующий, а задающий вопросы по существу.

– Нам надо найти Змея. Говорящий камень у него. Но сначала неплохо бы выяснить, куда собственно идти.

Неподалеку от терема вилась проселочная дорога. В ожидании путника, у которого можно было бы расспросить о местопребывании Змея, приятели прилегли в придорожной траве. Усталость последних дней, когда им приходилось непрерывно бороться с голодом и отсутствием сна, наконец настигла их и навалилась тяжелым забытьем.