Консультацию, Ваше Котейшество?

Глава 5. Часть 3

— Только что? — поинтересовалась я.

— Мы ничего об этой закономерности не знаем, — развел руками Йоранн. — Нет ничего необычного в поведении оборотней до и после инцидента. Мы ведь расставляли везде, кроме жилых комнат, магические следилки. И ничего необычного они не показали. До того, как Барри уничтожил мое кресло, он больше пяти часов тренировался вместе с другими оборотнями. Больше двадцати хвостов, которые прекрасно знают Барри, его характер и привычки, крутились рядом, и ничего странного не заметили. Барри ведь и в мой кабинет пришел по делу, а не просто так. И вел себя вполне нормально до момента, как набросился на кресло.

— Тогда как можно утверждать, что закономерность есть? — удивилась я.

— Период, когда все это происходит, всегда находится между пятым и десятым числом месяца, — сказал Йоранн. — Если есть определенное время, то есть и факторы, которые от этого времени зависят.

— И я должна их найти, — вздохнула я.

— Вы должны попытаться, — на удивление мягко возразил Йоранн. — Я надеюсь, что вы поможете или подскажете что-то, но не рассчитываю, что вы щелчком справитесь с делом, которое не под силу магам и оборотням.

Мое впечатление о Йоранне снова резко повысилось (хотя, казалось бы, куда уж выше-то?). Было что-то неописуемо привлекательное в контрасте Йоранна, который строг с подчиненными, и Йоранна, мягкого со мной наедине. Впрочем, я не заблуждалась, считая это симпатией. Скорее всего, ко мне относились немного... снисходительно как к новичку и иномирянке.

— Тогда постараюсь побыстрее, — серьезно кивнула я. — Думаю, если посижу над документами часов шесть-семь, то идеи по поводу происходящего появятся.

Я не стала говорить, что у меня только что появилось несколько теорий произошедшего, которые стоило проверить. Лучше уж подождать и идти проверять все свои предположения сразу.

— Шесть-семь за сегодня? Вы... трудоголик? — спросил Йоранн, нахмурившись и рассматривая меня с некоторым опасением.

— Не думаю, — искренне ответила я. — Работу я, конечно, люблю, но предпочитаю баланс между ней и обычной жизнью.

— Слава кошачьей богине, — пробормотал Йоранн и, поймав мой удивленный взгляд, пояснил: — Знаю я пару таких людей. Трудоголиков. Они могут просидеть в своем кабинете несколько суток, забывая про сон и еду, поэтому за ними нужно постоянное наблюдение, чтобы они случайно не умерли.

— О-о-о, — глубокомысленно заявила я. — Какие, однако, увлеченные люди в этом мире.

— Один из нашего, второй — из вашего, — поправил меня Йоранн. — Но давай не будем о грустном. Торопиться тебе некуда, изучай дела в своем темпе, спрашивай меня, если будут вопросы. Конечно, я бы хотел решить это побыстрее, но серьезной угрозы для нашей крепости нет.

— А если нападут ваши метровые сороконожки?

— Пятиметровые, — поправил меня Йоранн. — Монстры тоже приходят не тогда, как им вздумается, а в определенные периоды. В месяц у нас две волны — в самом начале до пятого числа. И после двадцатого. Так что инциденты на защиту и охоту не влияют.

Значит, сороконожки все-таки пятиметровые, а еще у них тут волны монстров. Обнадеживает. Впрочем, пока у них оборотни кусают манекены, а не людей, терпимо. Я повторила про себя эти фразы раза три, прежде чем более или менее успокоилась.

— А что за волны монстров? — спросила я, хотя была абсолютно точно не уверена в том, что жажду узнать ответ.