Консультант для дознавателя-аристократа

Глава 22. Проверка на вшивость

Я всегда считала, что подозрительность — качество малопривлекательное, особенно у женщин.
Но когда ты агент под прикрытием в другой стране, и в твоей гостиной внезапно материализуется мужчина из прошлого с тревожными новостями, — хочешь не хочешь, а приходится примерять на себя роль подозрительного ежа.

Так я и стала… ежом. Колючим, молчаливым и внимательным.

Юнчжи не заметил перемен. Или делал вид. Утром он, как обычно, пожелал мне доброго дня и, поправляя аккуратный воротник традиционного синего ханьфу, направился в сторону, которую он сам однажды назвал "офисом главного координационного узла".

А я, как бы нехотя, выждала пять минут и выскользнула за ним.

Следить за Юнчжи оказалось сложнее, чем казалось. Этот человек, словно знавший заранее, как расставлены тени, двигался так, что я дважды чуть не потеряла его в переулках. Уличная толпа — яркая, шумная, пахнущая специями и уличной едой — мешала мне концентрироваться. Особенно, когда один мужчина предложил мне попробовать «воздушные шарики счастья», а второй пытался продать кулон с «реальным зубом тигра» (на деле — пуговица).

Юнчжи свернул в тихий дворик и… исчез.

Я обошла переулок, наткнулась на тупик, развернулась — и услышала знакомое покашливание.

Звук доносился из-за резной перегородки в конце коридора. Где-то там был... туалет.

Я прижалась к стене и осторожно заглянула через щёлку.
Не знаю, чего я ожидала — тайного канала связи, потайной лестницы, шифровочной машины?

Но реальность оказалась... куда прозаичнее.
Юнчжи действительно был в туалете. И, кажется, пел.

Тихо, почти не слышно, но всё же — нараспев. На диалекте, которого я точно не знала. И именно в этот момент судьба решила, что моя подпорка под ногой — идеальное место для шутки. Камень под моей стопой хрустнул и вывернулся наружу.

Я с шумом ввалилась внутрь, распахнув деревянную перегородку, как нелепый воин света.

Юнчжи, с лицом полного потрясения, развернулся… держа в руке, к счастью, не то, о чём вы подумали, а... маленький артефакт с мерцающим светом.

Он быстро спрятал его в складках одежды, застегнул ворот на поясе и сказал:

— Мась… ты всё в порядке? Почему ты здесь? Туалет — не офис.

Мась.
Ну конечно, у него по-прежнему не получалось произносить мою «р».

— Я… просто заблудилась, — процедила я, чувствуя, как сгораю от стыда, — хотела найти… храм спокойствия. Нашла. Только не тот.

Он рассмеялся, легко, добродушно, будто я не стою посреди уборной, а призналась в том, что нечаянно съела его последнюю печеньку.

— Тогда я покажу тебе храм, где пахнет благовониями, а не… — он на секунду задумался — …не загадками.

Я засмеялась в ответ. Смех вышел нервным, с перебоями, но всё же настоящим.
А внутри пульсировал вопрос: что это был за артефакт? Почему он пел?

И почему, чёрт возьми, я начинаю сомневаться в том, кто на самом деле играет в шпионов, а кто — просто живёт под чужими масками?

Я вышла с ним, ни словом не обмолвившись о странном мерцании или пении. Но в голове уже выстраивалась новая схема наблюдений.

Если игра стала глубже — то мне пора играть на другом уровне.

Я знала, что играю с огнём.
Но по опыту: если ты чувствуешь запах дыма — проверяй, горит ли у тебя под ногами, а не жди, когда полыхнёт потолок.

После «туалетной сцены», как я её мысленно окрестила, сомнения только окрепли. Арчи, как бы я на него ни злилась, не был тем, кто паникует попусту. А если уж он решил примчаться в восточную империю через полконтинента, значит, суть тревоги была куда глубже.

Так что я решила действовать.

Первым шагом стало обращение напрямую в официальный отдел внешнего взаимодействия Империи Юан. Формально я, как временно назначенный агент от нашего королевства, имела полное право запросить подтверждение своего статуса, наличие делегированного прикрытия, а также направить несколько формальных документов на согласование. Просто, вежливо и по протоколу.

А не устно, как мне "объяснил" Юнчжи в самом начале.

Мой запрос ушёл через защищённый канал. Теперь оставалось ждать. И наблюдать.

Вторым шагом стал мой старый добрый навык: плести сети.
Не буквально, конечно, хотя в моём прошлом однажды был мастер-класс по магическим ловушкам из паутины — но это другая история.

Я активировала три артефакта прослушки, разработанных ещё во времена моей работы в подотделе технической разведки. Маленькие, почти незаметные, они теперь уютно прятались:

• в декоративной вазе с рисовой лапшой (никто туда не лазит — это "памятная лапша"),

• под крышкой чайной шкатулки на нашем рабочем столе,

• и в самом предсказуемом месте — под подушкой на диване в гостиной, где Юнчжи любил после ужина развалиться и читать свитки, напевая себе под нос.

Я слушала. Слушала каждый скрип, каждую тишину, каждый вдох в комнате.
Юнчжи был, как всегда, спокоен, вежлив, он всё так же читал, ел, пил, советовался со мной.
И всё же в этом слишком идеальном спокойствии было что-то тревожное.

Прошёл день. Потом ещё один.
Официальный отдел Юан не ответил.
Ни одного документа. Ни одной бумаги. Ни даже реестра входящего письма.

И именно в тот момент, когда я начала думать, что, может быть, моя паранойя перегнула палку — в дом пришёл письмоносец. Юнчжи, не заметив моего присутствия в коридоре, вышел к нему, взял запечатанный свиток и... вместо того, чтобы передать мне или положить на общий стол, унёс в свою комнату и запер дверь.

Запер.

А потом — тишина.

Мои артефакты ловили только звуки шорохов и короткое «тццц…», как будто что-то сработало и заглушило магию.

Я стояла в коридоре, с чашкой якобы вечернего чая в руках, и смотрела на закрытую дверь.

Что ты скрываешь, Юнчжи Мэй?
И если ты не тот, за кого себя выдаёшь, — зачем тебе был весь этот спектакль с "будущей невестой", борщом и философскими беседами?