Консультант сумрачной полиции

Глава 4. Рита-детектив выходит на дело

— Евгений, твой сотрудник в чём-то меня подозревает и незаконно находится на территории моей квартиры!

Праба невежливо ткнула изящным маникюром на указательном пальце в вытянувшегося по струнке Нахаленко. Женечка окинул его оценивающим взглядом и буркнул:

— Вольно.

Я сидела и смотрела на них во все глаза. Ещё утром, да какое там, ещё после работы представить себе не могла, что буду во всей красе созерцать оборотня, призрак колдуньи и демона (?) в собственной квартире. Остро захотелось попкорна. И блокнотик для заметок… Ух, какой я напишу роман! Какие типажи, какие диалоги!

Женечка прищурился на меня, спросил, не обращаясь ни к кому конкретно:

— Номинальная хозяйка? Из наших? Или реск?

— Реск.

— Колдунья.

Нахаленко и праба ответили одновременно. Полковник растянул губы и досадливо зашипел. На столе тут же появилась Буба и отрапортовала лучше, чем капитан:

— Товарищ полковник, разрешите доложить! Капитан Нахаленко изъял детёныша щикраса, а молодая хозяйка вернулась с цыганским заклятьем. Старая хозяйка только вечером вернулась из Петергофа от младшего хозяина. Ещё надо вернуть домового, которого забрали за нарушение паспортного режима.

— Реск или колуднья? — раздражённо бросил полковник. Буба пошевелила усами и ответила осторожно:

— Недоинициированная колдунья.

— Такого слова нет, — машинально возразила я. Все взгляды обратились на меня. Пришлось сделать большие глаза: — Молчу, молчу.

— Маргарита, почему не провела инициацию внучки?

— Правнучки, — кокетливо ответила праба. — Женечка, пойдём, угостишь меня ароматом моего любимого коньяка, и я расскажу тебе всё! Но сначала пообещай, что этот тип отстанет от девочки!

— Нахаленко, вы свободны, — сквозь зубы процедил полковник. Но мой капитан ещё больше вытянулся и отрапортовал:

— Никак нет, тащ-полковник! Нахожусь на спецзадании в связи с цыганским заклятьем. Отстать от гражданки Мезенцевой не имею права. О присутствии гражданки Васильчиковой осведомлён не был, прошу прощения.

— Чёрти что, — пробормотал Женечка, взмахнув зубной щёткой. Мы все внимательно проследили за ошмётком пасты, шлёпнувшимся на стол, и Буба опасливо подвинулась в сторону.

— Женя-а-а, — укоризненно протянула праба. — Зачем деда поминаешь всуе? А этот твой врёт, я чувствую.

— Ну ты, Ритуль, говори да не заговаривайся, — возразил полковник. — Капитан завтра мне предоставит отчёт, так, капитан?

— Праба, ты иди, иди, — поддержала его я. — Мы тут справимся, обещаю!

— А заклятье? Давай я посмотрю, а?

— С вашего позволения, гражданка Васильчикова… — начал было Нахаленко, но был прерван вышестоящим начальством:

— Не гражданка, а госпожа, Родион. Она не подозреваемая, а очень уважаемый член сумрачной общины.

— Извините, — легко поправился капитан. — Госпожа Васильчикова, мы уже на пути к снятию заклятия. Завтра цыганка его аннулирует.

Я посмотрела на него с долгим выразительным вопросом в глазах, но Нахаленко не отреагировал. Нет, он точно сломался, дайте мне другого капитана! Как ловко врёт, сукин сын! Праба, кстати, поверила, потому что бросила мне долгий сочувствующий взгляд, а потом увлекла полковника к стене:

— Я бы с удовольствием почитала этот завтрашний отчёт, Женечка.

— Посмотрим, — буркнул тот, и в сверкнувшей молнии оба исчезли.

Я осталась сидеть, нюхая запах озона и обалдевая. Нахаленко прищурился на Бубу и процедил сквозь зубы:

— Так мы не только фамильяр, но ещё и стукачок?

Кошка облизнулась и снова зажмурилась, проходя мимо меня:

— Скажи своему оборотню, что я не стукач, а осведомитель.

— Она не стукач, а осведомитель, — машинально повторила я. — Подожди, так ты работаешь на полицию?

Буба фыркнула:

— Пусть вернёт домового, иначе больше информации не получит.

— Какую ты мне информацию дала, кошка драная? — возмутился Нахаленко. Буба дёрнула хвостом:

— А ты думал, что сам щикраса выследил? Как бы не так! Чёрта лысого ты бы выследил, если бы я не сообщила, куда следует!

По-моему, он даже раздулся слегка от негодования и ярости. Но кошку не тронул, хотя у меня была мысль кидаться спасать Бубу. А эта мадама вильнула задом и неспешно скрылась в коридоре. Я фыркнула:

— А кто у меня домовой, интересно знать? Может, он с президентом на короткой ноге?

— Ржи громче, Мезенцева, — пробурчал Нахаленко. — Вот пойду домой, как и советовала твоя бабка, останешься одна со своим заклятьем, тогда и посмотрим, можно надо мной подшучивать или нет.

— Да ладно тебе.

Мне даже слегка стало стыдно. Он же меня не бросил, приехал, накормил, кран починил… Или не починил? Ну, не суть, починит. Я прослежу. А пока…

— Я очень сильно ценю твою помощь, — продолжила. — Я в душ и спать. Ты можешь идти домой.

— Ага, щас. Два раза.