Консультант сумрачной полиции

Глава 4. Рита-детектив выходит на дело - 2

Ночь прошла беспокойно. Вставать я не собиралась, но Нахаленко мне мешал. Он то рычал, то храпел, то разговаривал во сне. Ворочался, толкался… Приходилось пихать его локтем, тормошить в плечо. Уснула я почти под утро и отчего-то оказалась в костюме Красной Шапочки. И вообще, сложно поверить, но во сне мы играли в прятки с волком, и я знала, что это был Нахаленко.

Подкинулась я в один момент, и оказалось, что на часах уже девять.

— Мамочки! Опоздала на работу!

Хотела было вскочить и бежать в душ, но в двери спальни возник капитан. От его вида захотелось спрятаться под одеяло и дрожать там, ибо был Нахаленко небрит, под майкой волосат (или даже короткошерстен), а ниже пояса одет в умопомрачительные семейники с принтом пончиков в розовой глазури.

— Мезенцева, ты в курсе, что храпишь, когда на спине спишь?

— Что-о-о?! — возмутилась я. — Да я полночи не спала, потому что ты выводил такие рулады — бедный домовой бы с ума сошёл!

— Врёшь ты всё, но ладно, у тебя потрясение… нервное.

Нахаленко зевнул и почесал шерсть на груди. Потом шагнул ко мне, и я забралась с ногами на кровать, отползла к спинке:

— Не приближайся, я буду орать!

— Мезенцева, хватит ломать комедию, — капитан схватил меня за лодыжки и потянул к себе. Под мой визг снова перекинул через плечо: — Пошли завтракать.

— Господи, да что ты за пещерный человек?!

— Не хочется, чтобы ты принимала меня за невоспитанного мужлана, но ты дура. Я не даю тебе разбить себе лоб, а себе — лишние хлопоты.

— Но можно же найти другой способ? — пробурчала, потому что кричать, вися вверх попой, было неудобно. И вообще вся ситуация казалась мне жутко неудобной, но Нахаленко был непробиваем. Он принёс меня на кухню, посадил за стол и подсунул тарелку с жареными сосисками, чашку кофе и планшет:

— Давай, Мезенцева, завтракай и излагай свой план.

— А у меня есть план?

— Чем ты занималась ночью? Надо было обдумывать!

Шумно выдохнув, я взяла вилку и отпилила ею кусок сосиски. Обдумывать… Как обдумывать, если некоторые храпят и рычат? Сосиска оказалась чуть подгоревшей, и я машинально обгрызла коричневую корочку. Сказала:

— Наверное, надо опросить жильцов дома. Ну, которые в живых остались.

— Зачем опрашивать жильцов? Мы уже опросили домовых!

— Вы домовых, а я людей. Совершенно необязательно, что Симзу подставили свои же. Это мог быть и… как ты сказал? Реск.

— Мезенцева, солнце, выдумщица моя! Зачем реску подставлять колдунью?

Я сосредоточенно доела сосиску и выдала версию:

— А он мог и не знать, что она колдунья. Это раз. Если она ему наколдовала что-то неприятное, а оно сбылось, он мог и отомстить. Это два. Ну, и главный мотив всех времён и народов — деньги. Кому выгодно, чтобы Симза отправилась на рудники?

— У неё две дочки. Одна колдунья, работает аналитиком в крупной фирме, принадлежащей уважаемому всеми вампиру. Вторая ещё школьница, дара нет.

— Вот тебе и три. Может, девочка завидовала…

Нахаленко фыркнул:

— А как бы она убила соседей? Нет, дочка вне подозрений.

— Вот поэтому вы и загребли невиновную женщину, — наставительным тоном заявила я. — Под подозрением все. Все, понимаешь?

— И первая Симза! — Нахаленко начал заводиться. — Слушай, съездим опросим жильцов, а потом назад в отдел, будем искать способ снять заклятье.

Проглотив горячий кофе, я встала:

— Сейчас кошкам еды насыплю, и поедем.

Кошки не показались даже на шуршание пакетика с кормом. Такого вообще никогда не случалось. Я обеспокоенно вышла в коридор и позвала:

— Дамы? Треша, Черка, Буба! Вы где? — и оглянулась на Нахаленко: — Ты что с ними сделал, негодяй?

— Я? Ничего! Я даже пальцем не тронул!

Он отодвинул меня с прохода и принюхался, шумно, как настоящая собака. Потом небрежно сказал:

— Одноглазая в шкафу в большой комнате, а вторая нассала на ковёр и спряталась под диван. Фамильяр ушла по делам.

— Как это ушла? — удивилась я. — Как кошка может уйти из запертой квартиры?

Нахаленко покачал головой, вернувшись на кухню:

— Наивная ты женщина, Мезенцева… Кто тебе сказал, что она кошка?

— Господи, а кто? — испуганно спросила я. — Эй! Нахаленко! Как тебя там?

— Меня зовут Родион, — откликнулся он.

— Очень приятно, кто она, если не кошка?

— Сама и спросишь, когда вернётся. Давай, поехали, мне ещё отчёт ваять для полковника!

И мы поехали.

Ключи от квартиры я предусмотрительно отдала Нахаленко, и он спрятал связку в карман джинсов. Думать о Бубе решила после. После того, как найду таинственного убийцу, подставившего цыганскую колдунью. Пересмотренные за всю жизнь полицейские сериалы вселяли надежду, что это случится быстро. Иначе спотыкаться мне и летать головой в стеклянные двери… Или вообще… Вот как превратится заклятье в проклятье, и помру во цвете лет! А ведь даже замужем не была…