Контракт для привидения

Глава 23

Максим

— Арина! Принёс новые книги!

Я положил их на журнальный столик, подождал ответа, но, не услышав, сел за ноутбук, всё ещё прислушиваясь. Арина, наверное, «преследует» какой-нибудь предмет, хотя в гостиной было тихо — никакого гудения, обычного для её занятий. Я попытался работать, но через минуту поймал себя на том, что пялюсь на пустую страницу поиска, а мысли блуждают где-то далеко от отчёта для Петрова.

Неужели Арина покончила с собой?

Я мог понять, почему она это скрыла. Может, ей стыдно, может, она жалеет. Может, поэтому так стремится уйти на другую сторону — закончить начатое. Но это не вязалось с ней. Девушка, которую я знал, — яркая, весёлая, болтливая, — не похожа на ту, что выбросится из окна.

Я, не сдержавшись, набрал в поисковике: «Репины», «самоубийство», «1826», «Курлово». Как и ожидалось, ничего полезного. Может, спросить сестёр Епанчиных? Такие женщины знают все местные легенды.

— О, книги!

Арина скользнула в гостиную, к счастью, слишком увлечённая новыми книгами, чтобы заметить, как я подпрыгнул.

— Спасибо.

— Э-э, не за что.

Она прищурилась.

— Всё в порядке? Кто-то в городе опять тебя достаёт?

— Нет, всё нормально, — я почесал затылок. — Думаю, что приготовить на обед. Знаешь, я же теперь будущий шеф-повар.

— О, рецепты! — она моргнула.

Ноутбук загудел.

О, нет.

— Арина, — сказал я в экран. — Это не то, что…

Она появилась рядом, лицо её было мрачным.

— Думаешь, — неловко закончил я.

— Они тебе рассказали, — тихо сказала она.

— Я слышал историю.

— Но ты решил проверить. Не стал бы, если б не поверил.

— Я адвокат. Конечно, проверяю факты — это важнее, чем просто верить.

— Ой, пожалуйста.

— И ты бы не расстроилась, если б в этом не было правды.

Часть меня, жаждавшая фактов, откровений, всего об Арине, не заботилась о резкости слов.

— Они сказали, что ты выпрыгнула из окна.

— Конечно, — она горько улыбнулась. — Это было меньшее из двух зол.

— Что ты имеешь в виду?

Она покачала головой.

— Мои семейные дела тебя не касаются. Если так любопытно, найди ответы в интернете или архивах. Ты же адвокат, это твоя работа.

Она поплыла к коридору.

Я бросился за ней.

— Не исчезай в олене-кабане!

Арина замерла у консольного столика.

— Это просто олень.

— Если их слова — ложь, значит, всё, что они знают, — ложь. Только ты знаешь правду. И можешь рассказать мне.

— Почему тебе это важно?

Чёрт, если б я знал. Всё, связанное с Ариной, было сплошной путаницей. Её существование, мои чувства. С первой минуты в этом доме я будто жил в лихорадочном сне.

— Ты мой клиент. Мне нужна твоя честность, чтобы не было сюрпризов.

Не совсем логично для такой «работы», но лучше, чем признаться в замешательстве.

Арина протянула пальцы к оленю, но опустила руку.

— Я не убивала себя, — она посмотрела в зеркало над столиком. — Но я выпрыгнула из того окна.

1826 год

Арина аккуратно поместила розовый куст в яму и сгребла землю вокруг. Похлопав по свежей почве совком, она откинулась на пятки, оглядывая три новых куста, высаженных в ряд, затем снова наклонилась и начала выкапывать растение.

— Арина! — рука схватила её за локоть.

Она посмотрела на хмурое лицо брата Саши.

— К тебе гости.

— Нет времени, — она вырвала руку и продолжила копать.

Ещё раз. Тогда кусты будут идеально выровнены, и левая сторона дома не «утонет» в земле.

— Ты уже выкапывала и сажала этот куст. Хватит, — Саша умолял. — Пожалуйста.

Но ей нужно было. Она знала, что это нелогично — клочок земли не затопит дом, — но должна была закончить. Так же, как с двумя предыдущими кустами: внутрь, наружу, внутрь, наружу, внутрь. Она не могла уйти, не доделав последнее.

Саша не уходил, несмотря на её молчание.

— Иван Сергеевич ждёт в гостиной. Идём, — он схватил её за предплечье и потянул наверх.

— Саша!

— Он проявил уважение, придя к тебе. Прояви и ты. И веди себя прилично.

— Что ты имеешь в виду?

Она знала, что он имел в виду, но его тон, будто ей пять лет, требовал ответа.

— Никаких твоих… штучек, — он указал на кусты.

— Хорошо, — она уронила совок. — В гостиной не будет садоводства, обещаю.

Арина рванула к дому, но улыбка от того, что перехитрила Сашу, быстро угасла. Розовый куст… Нет, всё будет в порядке. Полчаса на визит, и она закончит.

Гость был сносным. Ивану Сергеевичу, чуть за тридцать, с добрым круглым лицом и мягким нравом, было не занимать.

Лиза поджидала в коридоре.

— Приведи себя в порядок, прежде чем его встречать, — сказала она, теребя статуэтки животных.

Она опять их перепутала. Арина сжала кулаки. Один, два, три. Один, два, три. Один, два, три. Жгучее желание поправить статуэтки утихло, но вернётся. Она выдавила для Лизы натянутую улыбку и пошла наверх переодеться и умыться.

Как будто Саши мало, теперь и его жена обращается со мной, как с ребёнком. Её странности не означали, что она не знает манер.

Может, скоро я избавлюсь от неё. Может, Лиза забеременеет и умрёт при родах.

Арина застонала, прижав лоб к стене. Нет, она не это имела в виду. Надо извиниться перед Лизой… но гость, кусты, статуэтки — один, два, три.

Она не знала, сколько времени потратила, но, досчитав до трёх достаточно раз, успокоилась. Теперь визит. Может, явиться в грязных перчатках? Иван Сергеевич ищет жену, и, если она станет ею, не откажется от садоводства. Пусть знает, что её ждёт.

Но Арина умылась, надела чистое голубое платье в полоску, проверила, не выбились ли волосы из пучка, и спустилась к жениху.

— Арина Александровна, какая прелесть!

Иван Сергеевич улыбнулся честной, доброй улыбкой, без покровительственного налёта Саши и Лизы. Он мягко сжал её руку. Арина села на диван напротив. Через полуоткрытую дверь она заметила шпионящую Лизу и спрятала кулаки в складках юбки. Не думай о статуэтках. Не думай.