Контракт для привидения

Глава 30

Максим

Договор вступил в силу, или Арина правда выглядела иначе? Платье и волосы те же, но что-то изменилось. Волна чувств, исходящая от неё, сияла. И это было прекрасно.

— Я зажёг свечу на твоей могиле.

— Но моя могила не на городском кладбище. Я слышала, как Саша говорил, что меня похоронили где-то… — она махнула рукой. — Не знаю.

— Я нашёл.

Меня накрыла волна — удивление, счастье, замешательство, но хорошее. Затем — оттенок страха или нервозности?

— В каком она состоянии? — спросила Арина. — Думаю, её никто не посещал.

— Она была… — я сел, разложив контракт на столе. Осталось одно условие, и Арина уйдёт навсегда. Победа с привкусом поражения. Я кашлянул. — У леса, хорошее место. Может, семья не приходила, но…

Рассказать, как всё заброшено?

— Всё… опрятно. Кто-то, видно, заботился.

Арина посмотрела на меня, потом села рядом.

— Хорошо. Это хорошо. Ты, э-э, просветил мои кости?

— Никогда не думал, что скажу такое, но, похоже, сработало, — я пожал плечами, и напряжение рассеялось. — Продолжаем побеждать.

— И ты знаешь, что это значит.

— Я сказал: один эпизод «Моей прекрасной няни». Пять — это на 400% больше. Не выдержу. И это, — я кивнул на телевизор, где двое выбирались из бурлящей реки, — тоже.

Арина отвела взгляд.

— Я про последнее условие.

Прощение. Слово будто насмехалось. Арина говорила, что контракт невыполним, ведь призрак не может исправлять или общаться с людьми. Может, в этом правда. Магия договора, возможно, делала одно условие невыполнимым для любого.

Арина, не замечая моих мыслей, болтала:

— …надо пытаться. Может, случится неожиданно, как с Машенькой. Нужно найти события, где есть шанс. Максим? Слушаешь?

— Да. События.

Что сказала Людмила Владимировна?

— А новогодняя ярмарка? В городе. Она говорила, там почти все. Много людей, шансов на случайности.

— Отлично! — глаза Арины загорелись, но тут же потухли. — Звучит мило.

— Э, это просто… — я осёкся, увидев её лицо. — Может, не лучшая идея. Я останусь, выберешь фильмы. У меня работа по делу Веры Васильевны.

— Максим, — её рука дёрнулась, будто она хотела коснуться. — Пожалуйста, иди. Не ради контракта, а чтобы повеселиться. Сделай всё, что можешь, и расскажи, как прошло.

Шёпот в сознании подсказывал: я не так уж занят. Могу сходить на ярмарку, сделать работу и ещё останется время. Испытаю ли я снова это чувство — удовлетворение от выполненного, не связанного с работой?

— Ты просила то же после ужина, — я посмотрел на неё. — Почему так хочешь, чтобы я развлекался?

Она провела пальцем по дивану — влево, вправо, назад.

— Больше всего мне не хватает мелочей. Боли от укола шипом розы. Первого кусочка лимонного пирога, что пекла мама. Снежинок, тающих на коже.

Она тихо усмехнулась.

— Не поверишь, как важны мелочи, пока не можешь их чувствовать. Они делают тебя человеком.

Даже фильм или «Моя прекрасная няня» не помогут. Арина хотела видеть жизнь. Может, в последний раз.

И не могла.

— Погоди. Если выполним последнее условие, ты исчезнешь? — грудь сдавило. — Не лучшая идея. Я должен быть здесь, когда ты…

— Не думаю, что это так работает. В контракте сказано, что он откроет проход в Великое Запределье, а не что я исчезну сразу.

Её улыбка была бледной, но искренней.

— Ты хорошо меня научил. Важно, что не сказано в контракте. Там нет, что я уйду мгновенно.

Я рассмеялся. Она была хороша.

— Так что иди, — она кивнула нам обоим. — И не только ради шанса. Наслаждайся. Я подожду, чтобы попрощаться.

— Ладно. Но знай, ярмарки — не моё, — я не знал, убеждаю себя или хочу её подбодрить.

Но как это поможет? Она останется здесь одна, с фильмом вместо компании. А потом уйдёт навсегда, больше не подкрадётся, не заставит гудеть телевизор и ноутбук…

Электронные устройства. Когда Арина их «преследует», она видит, что внутри.

Я резко повернулся.

— Тебе не придётся быть одной. У меня идея.