Контракт для привидения

Глава 36

Арина

Если я думала, что Максим рьяно относится к работе, то не видела, как он планирует ремонт. За неделю он уговорил хозяйку, Зинаиду Фёдоровну, разрешить переделку дома, пообещав оплатить всё и поделиться рецептом курицы в сливочном соусе.

Тамара Петровна нашла подругу, продающую розы с открытой корневой системой — моё предложение, ведь они лучше приживаются весной, — и раскрыла секретный семейный рецепт для пышного цветения. Богдан искал мебель, а Максим притащил каталог красок.

— Нет, это безумие, — сказала я. — Тогда стены не красили в розовый, синий или зелёный. Это была яичная скорлупа.

— Я показывал яичную скорлупу. Ты сказала, что она «слишком кремовая», — парировал Максим.

— Значит, они изменили яичную скорлупу! — я обошла гостиную, раздосадованная. — И нужна ли такая точность? Краска всё равно не та.

— Сделаем всё, что можем, и сделаем как надо, — в его голосе не было места спорам.

Так он вёл себя на работе? Настоящей, а не этой временной жизни. Это игра, мимолётный проект в его длинном списке достижений. Он не останется в этом доме, не будет наслаждаться новым садом и фасадом.

Я ценила его усилия. Споры отвлекали от мыслей о дне, когда я, возможно, оживу, но останусь одна в мире, где мне нет места. Жизнь — лишь начало. Потом придётся выживать и бороться со старыми демонами.

Чтобы отвлечься, пока Максим отсутствовал, я практиковала контроль над предметами. Через две недели я научилась управлять ручкой и написала своё имя на бумаге.

Преодолев ужас от ухудшившегося почерка, я с гордостью посмотрела на результат. Пусть мелочь, но я оставила след.

Снаружи послышались шаги к двери.

— Максим! Смотри! — крикнула я.

— …обувь можешь оставить здесь, — раздался его голос.

Я нахмурилась. О чём он?

— Спасибо. О, уютно. Милое гнёздышко, — ответил незнакомый мужской голос.

В гостиную вошёл парень лет двадцати. Горожанин? Рабочий для фасада, кухни или сада? Почему Максим не предупредил?

Но он выглядел слишком модно: мешковатый пуховик с чёрно-синим узором, неоново-синие наушники на шее, светлая кожа с веснушками, короткие тёмные волосы с выбритыми линиями на висках.

Максим вошёл следом. На миг его взгляд встретился с моим, но он лишь кивнул и повернулся к парню.

— Присаживайся. Что принести? Газировку? Сок?

— Газировка подойдёт, спасибо.

Не родственник Максима.

Парень развалился на диване, широко расставив ноги. Максим принёс стул с кухни.

— Итак, Паша, — начал он, раздав напитки.

Паша. Имя есть.

— Кто он? — спросила я.

Максим бросил взгляд. Следовать его плану?

— Я мало знаю о своих стариках, — сказал Паша. — Нашёл на чердаке крутые коллекционные штуки? Может, игру «Питон»?

— Возможно. Надо разобрать вещи.

— Круто. Пойдём проверим?

— Проверить что? Максим! — я подскочила. — У нас нет чердака!

Максим многозначительно посмотрел на меня.

Паша повернулся.

— На что смотришь, чувак?

Его взгляд прошёл сквозь меня. Я знала, что он не видит и не слышит, но искра надежды вспыхнула… и погасла, когда он отвернулся.

— Ничего, — Максим запнулся, выдав очаровательную улыбку.

Паша глянул на место, где я стояла, затем на Максима и отодвинулся.

— Знаешь, чувак, я проголодался. Видел закусочную в городе, так что…

— Нет! — Максим опрокинул стул, вскочив. — Не уходи пока.

— Что происходит? — потребовала я.

— Чувак… — Паша встал, выставив руку.

— Ладно, — Максим поднял руки. — Послушай, Паша. Нет коллекционных вещей. Но я не лгал про предка. Это был дом твоей семьи давным-давно.

— Чего ты хочешь?

— Это сложно объяснить.

— Тогда объясняй быстро, потому что я сваливаю к чёрту.

Максим был бы ужасным актёром. Как сказала бы бывшая жилица Полина, он совершил дилетантскую ошибку — не мог оторвать глаз от меня.

— Что? — я развела руками. — Я не могу ему рассказать. Если бы ты предупредил…

— Извини, хотел сюрприз!

Паша медленно повернулся, следя за Максимом, будто проверяя, куда он смотрит.

— Чувак, ты обкурился?

— Речь о твоей двоюродной пра-пра-пра-пра-бабушке, — сказал Максим. — Репина Арина Александровна. Её семья жила здесь весь девятнадцатый век, пока твой пра-пра-прадед Николай не продал дом.

Он говорил о связях, но всё растворилось в шуме. Пра-пра-праправнук Николая. Моя кровь. Всё, что осталось от семьи.

Семьи, которую я преследовала, прогнала. Саша и Лиза, может, заслужили мою месть, но Николай был невиновен. Я сделала его детство несчастным, радовалась, когда он ушёл, заставив Сашу и Лизу страдать.

Паша не Николай, но я хотела обнять его, извиниться. Если бы это не ощущалось как ледяной душ…, и он бы услышал.

— Ты много знаешь о моей семье, — сказал Паша. — Допустим, это не жутко. Зачем позвал?

— Твоя пра-пра-пра-пра-бабушка не совсем ушла, — Максим перешёл к сути.

— О, да. «Вернуть к жизни» было бы слишком, — хмыкнула я.

Максим бросил саркастичный взгляд: «Думаешь, ты бы справилась лучше?»

— Скрытая камера? — Паша отступал к коридору.

— Она настоящая. И ты ей нужен.

— Нужен… моя кровь? Культ? Жертвоприношение? — его взгляд метнулся к стакану. — Наркотики? Проснусь на столе, а ты вырежешь моё сердце для богов?

Максим хлопнул себя по лицу, глянув на меня.

— Вижу, как вы связаны.

— Хватит болтать, чувак! — Паша заколебался и рванул к двери.

Мой единственный шанс. Не раздумывая, я пронеслась сквозь стену, сжала кулаки — замок щёлкнул.