Контракт для привидения

Глава 55

Арина

— Переключи на что угодно. Пожалуйста. Только не шахматы, — я устроилась на диване в сантиметрах от Германа.

Имя ему не шло. Герман — это крутой пловец, а не домосед, часами смотрящий шахматы и обзванивающий людей, впаривая финансовую пирамиду.

Каждый день он носил грязно-коричневые брюки со складкой и менял жилеты: бежевый с зелёными ромбами или оранжево-коричневый в полоску, пугающе похожий на обои гостиной.

Ел готовую еду — не мясо, не яркую корейскую смесь, не салат, хоть притворяющийся полезным. Всё — кашицеобразное, коричневое. Я попробовала суп: послевкусие тухлых яиц и песка держалось два дня.

— Ну, давай, — я растянулась на диване. — Теннис? Рассмотрим? — подняла голову.

Герман смотрел шахматы без энтузиазма, ожидаемого от такого фаната.

— Тогда даже не прошу боевик.

Молчание.

Он ложился рано, вставал на рассвете. Чистил зубы минуту в день, мылся раз — не то чтобы я следила.

В итоге: я ненавидела Германа.

Но не по-настоящему. Гнев, что привязывал меня к миру, заставлял замораживать окна и выдирать гвозди, ушёл. Может, из-за второго медальона. Или из-за Максима — его слов, заверений, помощи.

Так что я не ненавидела Германа. Жалела его. И себя, застрявшую с ним.

Он выключил телевизор — редкость — и подошёл к книжной полке.

Я вскочила.

— Книги? Хочешь читать?

Он проверил названия, вернул их на место.

— Нормально. Большинство скучные, иначе их бы не оставили. Но возьми новые! — я кружила вокруг. — В городе библиотека. Или электронные книги… хотя ты не фанат технологий.

Он буркнул, вышел и вернулся с сумкой.

— Верно! В библиотеку! — я потрясла кулаками. — Принеси что-нибудь хорошее, ладно? Без романтики.

Он не романтик.

Но вместо библиотеки Герман начал сбрасывать книги в сумку, будто они ничего не значили, будто… собирался их выбросить.

— Да ладно! Только шахматы, а теперь забираешь мои книги?

Я замерла, заметив на полке тонкую книгу в фиолетовой коже, торчащую из жёлтой папки.

Призрачная книга. И первый контракт.

Максим забыл их.

Или не хотел брать.

Неважно. Герман собирался выбросить их!

— Нет, нет, нет! Остановись! — я провела рукой сквозь его тело.

Он вздрогнул, потёр грудь, размазав горчицу по жилету, и невозмутимо продолжил.

— Нет! — я бросилась в коридор и постучала.

— Мм? — он посмотрел, затем лениво пошёл ко мне.

Чем отвлечь? Я взлетела по лестнице, стукнула. Как неряшливый щенок, он последовал. В ванной я собрала энергию и прорвала трубу под раковиной. Учитывая, как редко он мылся, это не беда, но отвлечёт.

Дождавшись, пока он заметит, я скользнула вниз. Осторожно подняла книгу и контракт, унесла наверх. Из ванной доносилось ворчание и лязг — Герман чинил трубу.

Спасибо, приятель. Ленивый, но не подвёл.

Я толкнула дверь своей спальни — Герман туда не заходил — и спрятала книгу с контрактом у камина. Наугад открыла контракт.

Не знала, что хочу увидеть. Если бы Максим выполнил последнее условие, я бы почувствовала. Меня бы здесь не было. Пальцы скользнули по единственному слову на странице.

Прощение.

Я фыркнула. Не скоро исполнится. Не в мире Максима, где прощение — слабость, ущерб для карьеры.

Мы с Германом будем «друзьями» ещё долго.