Контракт на любовь

Счастье.

Это были одни из самых долгих тридцати минут в моей жизни. И каждую из этих минут я малодушно хотела развернуться и убежать. Я даже не стала выходить на улицу, чтобы не провоцировать себя на Бегство лишний раз. Помогало оставаться на месте только осознание того, что побег уже испробован, и он не принес облегчения не только мне, а вообще никому.

Марк жил на третьем этаже. Не знаю как, но когда спустя полчаса дверь подъезда открылась, и раздались торопливые шаги, я сразу поняла, что это он. Марк поднимался по лестнице. Точнее бежал. Звуки его шагов совпадали с биением моего сердца. Шаг-стук, шаг-стук, шаг-стук.

— Ты пришла! — застыл слегка запыхавшийся Марк в пару миллиметрах, касаясь меня только своим дыханием.

Он смотрел на меня так, словно боялся, что я исчезну или растаю.

— Я не должна была убегать тогда, — тихо произнесла я.

— Ты не ушла!

— Мне столько нужно тебе рассказать!

Мы произносили свои реплики одновременно, а затем также вместе замолчали.

— Потом! Все потом! — начал покрывать мое лицо поцелуями Марк.

— Но нам нужно поговорить! — практически в губы проговорила я ему.

— К черту! Даже если ты кого-то убила и закопала, это неважно. Просто скажи мне «да». Я так долго ждал.

— Марк! Так нельзя. Сначала мы должны... — попыталась я его остудить.

— Да скажи ты ему уже «да». Парень он работящий, пьянки не устраивает, здоровается всегда. Соглашайся уже, и идите в квартиру. Совсем совесть потеряли, а нам тут ходи и завидуй, — раздался ворчливый голос позади нас, когда я была уже готова сдаться.

Я отпрянула от Марка. Ну как отпрянула. Его руки также сжимали мою талию, но хоть целовать перестал на глазах у пожилой женщины.

— Спасибо за поддержку, Валентина Ивановна, и доброй ночи! — подмигнул ей Марк.

— Валентина Ивановна? — удивилась я, когда она скрылась в двери напротив квартиры Марка. — В твоем окружении все-таки есть люди с простыми человеческими именами?

— Ну не всем же быть Маяковскими, — подколол он меня.

Мы зашли в квартиру.

— Марк, нам правда нужно поговорить, — твердо произнесла я, пресекая его возобновившиеся поползновения в мою сторону.

— К черту разговоры!

— Тогда мне лучше поехать домой! — сделала я движение в сторону выхода.

— Ведьма! — сдался Марк с надрывом в голосе. — Чай, кофе? Я в отличие от тебя на любом свидании угощаю свою половинку чаем.

От слова «половинка» я снова слегка поплыла, но внешне осталась серьезной.

Марк молча выслушал мой рассказ о тесных отношениях Александра Игоревича и Марины.

— Теперь понятно, почему он с ней так возится. Впрочем, его нынешняя не сильно старше Марины, так что даже не удивительно, — вынес он свой итоговый вердикт.

— Я не понимаю. Если у них вот это все, зачем твой отец так упорно пытается вас сосватать?

— Я думаю Мирон Сергеевич – отец Марины, будет против ее замужества с его ровесником. А это тот человек, расположение и деньги которого очень нужны моему дорогому папаше.

— Что-то ты не очень жалуешь своего отца?

— Он свел мою маму в могилу, за что я должен его любить? — почти выплюнул Марк.

— Прости! — поникла я.

— Мы договорили? Или тебе всю мою родословную нужно разобрать?

— У меня остался только один вопрос!

— Я умру, так и не став счастливым с тобой, — закатил глаза Марк.

— Виолетта!

— Она-то тут причем? Было и прошло, что вспоминать-то? Или хочешь сказать, что у тебя никого не было до меня, и я буду первым? — перешел на многозначительный шепот Марк.

— Хочу сказать, точнее напомнить, что сегодня вы пришли вместе на день рождения твоей бабули.

— Мы приехали в одно время, а потом она прицепилась ко мне, — невозмутимо произнес он. — Ну ладно. Я признаюсь. Она не прицепилась, я ей разрешил меня сопровождать.

— Все понятно, — вскочила я.

— Потому что так хотелось посмотреть, насколько тебе безразлично, где я и с кем я. Вижу, что совершенно нет.

— Это ужасный метод проверки, ты так не считаешь? — скрестила я возмущенно руки на груди.

— А что мне оставалось делать, если моя любимая бросила меня по смс? — трагическим тоном сообщил Марк.

— Ты переигрываешь! Мы обсуждаем серьезные вопросы.

— Я серьезен как никогда. Я первый раз в жизни встретил ту, которая отчаянно борется за мои идеи, но при этом постоянно убегает от меня. Только мне кажется, что ты начинаешь доверяться и открываться мне, как ты тут же даешь деру, поджав свой упрямый хвостик. Я схожу по тебе с ума, но не готов до окончания веков бегать за тобой. Дай нам шанс стать счастливыми, — снова притянул меня к себе Марк. — «Кроме любви твоей, мне нету моря, а у любви твоей и плачем не вымолишь отдых».

— «Кроме любви твоей, мне нету солнца, а я и не знаю, где ты и с кем», — вторила я ему строчками своего известного однофамильца.

— Дарина, согласны ли вы стать моей девушкой с этой минуты и пока смерть любви не разлучит нас? — без тени юмора произнес Марк.

— Да! — почти пропела я в ответ и услышала, как мне показалось, вздох облегчения, прежде чем любовный омут окончательно проглотил нас в свои сети забвения.

— Обещай мне. «Если ты меня любишь, значит ты со мной, за меня, всегда, везде и при всяких обстоятельствах», — прошептала я Марку, крепко обнимая его перед тем, как провалиться в сон.

— С тобой. За тебя. Всегда. Везде. И при всяких обстоятельствах, — услышала я уже сквозь дрему.

Следующая неделя была абсолютно счастливой в моей жизни. Мы с детства мечтаем о большой и красивой любви, но только когда она приходит, понимаем, что наши мечты были слишком малы, чтобы объять это чувство.

Ленка слегка дулась, что я уделяю ей мало времени, но в то же время тихо, а иногда и очень громко радовалась за меня. Мне даже становилось немного неловко от того, что мне так хорошо в то время, как ей дважды сказали «нет».

Все происходящее было настолько чудесным, что казалось ненастоящим. Да и поверить в то, что Александр Игоревич откажется от своих целей и намерений было бы глупо.