Контракт на любовь

Глава 1

— Мы нашли миссис Ламберт. Правда сейчас она называет себя мисс Гилмор. Она живет в получасе езды от города, в деревне. Будет совсем не трудно привести ее в город. Когда вы хотите, чтобы мы отправились за ней?
Люк хмуро посмотрел на папку, в которой содержалась вся информация об Эмме. Что ж, он всегда знал что этот день настанет. Догадывалась ли об этом Эмма? Судя по тому, что она так скоро взяла фамилию своей бабушки, она не стремился к встрече с прошлым. Будто его это волновало. Ей придётся очень сильно расстроиться, потому что он намеревался вернуть ее под семейное крыло. Год назад он позволил ей уйти, но теперь дела обстояли иначе. Ему необходима пока еще не бывшая жена и ребёнок, которого она тогда так настойчиво пыталась выдать за его. Люк даже не поморщился, вспоминая тот день, когда все случилось. Эмма плакала так искренне и так отчаянно молила его о том, чтобы он одумался. И если бы он не знал о том, какая гнилая была ее натура на самом деле, то она смогла бы обвести его вокруг пальца. К счастью, он оказался гораздо умнее.
— Её? Только Эмму? А ребёнок? Уверен, в нашу последнюю встречу она была беременна, — спросил Люк, даже не потрудившись открыть документы, тщательно собранные его службой безопасности. Сейчас его не волновало где жила Эмма и как существовала всё это время. Через полгода она вернётся обратно, а он станет богаче на целое наследство. Он всегда брал то, что принадлежало ему и сейчас сделает это, даже если придётся силой нацепить обручальное кольцо на палец женщины, которая когда-то предала его.
Мэйсон дернулся к столу, словно хотел забрать папку, чтобы поскорее отыскать ответ на вопрос мистера Ламберта. Но наткнувшись на недовольный взгляд Люда, сделал шаг назад.
— В той квартирке, которую снимает миссис Ламберт, нет никакого ребенка, — быстро сказал Мэйсон. — Она живет одна. И за все то время пока мы наблюдали за нее, так же не видели ребенка.
Люк мысленно чертыхнулся, сгорая от жестокой ненависти. Неужели, не сумев навязать ему ребенка, она вот так запросто избавилась от него? Отвращение к женщине, которая когда смела называть себя его женой, стало только сильнее. Поднявшись из-за стола, он посмотрел на Мейсона. Нет, между ним и Эммой, не должно быть никого третьего. Только он и она. Поэтому, он сказал:
— Возвращайся к работе, Мэйсон. Я сам привезу Эмму. Нам с ней есть о чем поговорить.

Эмма проснулась в поту. Вздрагивая от страха, она быстро отбросила прочь одеяло и вскочила с кровати. Бросившись в узкую ванную комнату, она поспешно склонилась над унитазом, привычно переживая изводящие желудок спазмы. Когда все закончилось, она на дрожащих ногах, подошла к раковине, благо не нужно было далеко иди. Выкрутив кран с холодной водой, она подставила руки, после чего плеснула себе на лицо. Умом, она понимала что скоро ей станет гораздо легче, но эти безумные приступы накатывающей тошноты отбрасывали ее на целый год назад.
Дрожа от холода и безумного волнения, Эмма вернулась в спальню. Обессиленно упав в кровать, она натянула тонкое одеяло, кутаясь в него с головой, надеясь немного согреться. Но разве она не знала что все это бессмысленно? Ни одно даже самое теплое одеяло не согреет ее холодную душу и пустое тело.
Вздрогнув как от боли, Эмма зажмурилась и провела рукой по плоскому животу. Слезы, которые она сдерживала в течение дня, нашли свой выход. Но разве не так все было каждую ночь и почему она все еще не привыкла к этому?

— Ты выглядишь очень плохо. Уверена, что сможешь помочь сегодня вечером? Миссис Меретон дает прием для своих знакомых и хочет чтобы все было превосходно. А ты будто прямо сейчас упадешь мне под ноги. Ты хоть представляешь как это будет выглядеть со стороны?
Эмма выпрямилась и с улыбкой посмотрела на миссис Гарнтвуд.
— Я в порядке, просто выдалась не самая спокойная ночь, миссис Гарнтвуд, — сказала она, хотя и понимала что солгала. Миссис Гарнтвуд была права. Она не только выглядела плохо, но и чувствовала себя так же. Будто по ней безжалостно проехался автомобиль. — Уверена, я справлюсь со своей работой и миссис Меретон будет всем довольна, как и всегда.
Миссис Гарнтвуд посмотрела на нее тем самым взглядом, в котором читалось еще больше недовольства. Собственно Эмму это нисколько не удивляло. Все клиенты смотрели на нее вот так, когда она появлялась на пороге их дома, с заявлением, что сегодня будет помогать им на предстоящем празднестве. Ее хрупкая фигурка не внушала им доверия. Но позже, когда она безукоризненно отрабатывала вечер, получала от них слова восхищения и отзывы, которые помогали ей в поиске других клиентов. Так она смогла оставаться на плаву.
— Я вернусь на кухню и проверю, чтобы все блюда были готовы к подаче, — сказала Эмма, еще раз улыбнувшись миссис Гарнтвуд. Она уже несколько раз работала в этом доме и до ужаса церемонная экономка постоянно опускала замечания, и все они были, к сожалению, не в ее пользу.
Вернувшись на кухню, где трудилась уже с самого утра, Эмма внимательно оглядела закуски, которые сегодня ей предстояло выносить гостям. В совершенстве зная все правила этикета, Эмма легко ориентировалась в представительных гостях и хорошо запоминала вкусы каждого. Кто-то предпочитал только виски, а кто-то шампанское. Она еще ни разу не допустила ошибки, чем особенно сильно гордилась.
Еще раз оглядев искусно нарезанные закуски, Эмма вошла в комнату для прислуги и переоделась в форму с логотипом фирмы, в которой работала. Туго затянув узел на поясе, она причесалась и собрала пышную гриву своих волоса с крепкую косу. Она совсем не пользовалась косметикой и это ее полностью устраивало, потому что времени на подготовку требовалось еще меньше. Вот и сейчас, убедившись в том, что выглядит прилично, Эмма расправила плечи. Удивительно, но никто из прошлых знакомых не признал бы в ней красавицу Эмму Даглас, дочь прославленного банкира и жену не менее известного бизнесмена, Люка Ламберта. В те времена ее фигура отличалась соблазнительными изгибами, от которых теперь не осталась и следа. Эмма знала что очень сильно похудела, а ее тело все еще не оправилось после полученных травм.
Задрожав, Эмма на мгновение зажмурилась. О нет, сейчас совсем не время думать об этом или вспоминать прошлое. Люка больше нет рядом с ней, а отец не желает ничего знать о том, как живет его паршивая дочь. Эмму это нисколько не огорчало. Люк и ее отец, Майкл, оказались жестокими предателями. И если бы сейчас хоть один из них появился бы перед ней, она бы прошла мимо. Они разрушили ее жизни и она была уверенна, что они об этом совсем не сожалели. Для них она всегда была лишь разменной монетой.
Но она сама больше не хотела думать о прошлом, в котором не осталось ничего хорошего. Она уехала и начала новую жизнь, в которой не было места отцу или мужу. У нее даже не было сил подать на развод, так невыносимо плохо ей становилось от одной только мысли о возможной встречи с Люком. Тошнота, жестким кулаком, охватила желудок. Покачнувшись, Эмма схватилась рукой за стол, удерживая себя на ногах. Она ведь знала к чему приводят эти воспоминания и снова поддалась собственной слабости. Когда-нибудь она научит себя жить иначе.
Переждав удушающий приступ тошноты, Эмма выпрямилась и покачала головой. Ей нужно немедленно привести себя в порядок, иначе этот вечер совершенно точно превратится в сплошное мучение.
Подойдя к зеркалу, Эмма вымученно улыбнулась собственному отражению. Все будет в порядке. Она еще несколько раз повторила эти слова, а потом похлопала себя по впалым бледным щекам. Она в порядке и иначе быть не может.
Часы пробили восемь вечера и этот звук оказался очень кстати. Эмма расправила плечи и теперь уже точно взяла себя в руки. Выйдя из комнаты, она услышала громкие звуки музыки, доносящиеся из холла. Значит, праздник начался, а ей лучше поторопиться и приступить в своей работе.
Взяв один из подносов с самыми первыми закусками, которые всегда выносила в начале вечера, Эмма глубоко вздохнула и улыбнулась.
Как и всегда на подобных приемах, в богато украшенном холле было привычно шумно. Эмма и не помнила сколько раз ей самой приходилось посещать подобные мероприятия. Только вот в отличие от тех, кто собрался здесь, для нее это скорее являлось вынужденной необходимостью. А сейчас сменила роскошное платье на униформу официантки. И это устраивало ее куда больше, чем лицемерное прошлое.
Не забывая улыбаться, Эмма ходила по залу, от одного гостя к другому. Уже несколько раз она возвращалась на кухню, чтобы сменить подносы. Закуски, которые готовила хозяйка местного ресторана, всегда пользовались успехом.
— Кажется, ты справляешься.
Эмма едва не выронила поднос, когда услышала миссис Гарнтвуд. Экономка поймала ее на кухне и посмотрела оценивающим взглядом, от которого Эмме стало не по себе.
— Да, миссис Гарнтвуд, — сказала Эмма, поправляя фруктовое канапе, чтобы все выглядело идеально, — Кажется, никто не жалуется на меня.
Миссис Гарнтвуд презрительно фыркнула, но Эмма нисколько не поддалась на эту провокацию. Она уже привыкла к этому. Официанток редко удостаивали вежливым отношением.
— Я хочу чтобы ты задержалась после вечера и навела порядок в доме, — сказала миссис Гарнтвуд, вставая у Эммы на пути, когда она пыталась выйти из кухни.
Эмма сильнее сжала пальцы на серебряных ручках подноса. Что ж, для нее и это было ожидаемо. Обычно все вечера заканчивались чем-то подобным. Но разве она могла отказаться? За это платили хорошие деньги, в которых она, конечно же, нуждалась. Утром, она сможет поспать подольше перед вечерней сменой в ресторане.
— Конечно, миссис Гарнтвуд. После приема я наведу порядок в доме.
Эмма и не помнила сколько раз за вечер проделала этот путь из кухни в холл. Ближе к полуночи, ее ноги заныли от усталости и ей все чаще хотелось куда-нибудь присесть. Но она не могла себе этого позволить, поэтому с неизменной улыбкой на губах, предлагала гостям еду и напитки.
— Виски.
По телу Эммы пробежала дрожь холодна. С трудном удержавшись на ногах, она медленно развернулась и уставилась на мужа. Жаль, что за время их расставания, она так и не смогла обрести иммунитет против его красоты и мужественности.
— Пожалуйста, — сдавленно проговорила Эмма, подойдя к нему ближе, чтобы передать стакан с виски. Да, он всегда предпочитал именно этот напиток. Значит, его вкусы не изменились. И что он вообще делаете здесь, в доме у миссис Меретон? Эмма хорошо знала его знакомых, поэтому с полной уверенностью могла сказать, что ни о один из присутствующих на приеме, не был вхож в узкий круг Люка Ламберта. Так почему же он приехал сюда? — Ваш виски, мистер Ламберт.
Люк не торопился принимать стакан. Вместо этого, он нарочито медленно обвел ее пристальным взглядом. Эмма сжалась. Ей уже и забыла, что это такое, находиться под пристальным наблюдением Люка Ламберта. За полгода их брака, она ни дня не чувствовала себя хоть сколько бы значимой для него.
— Ты умеешь удивлять, Эмма. Только вот эта форма тебе совсем не идет.
От холода, с которым была произнесена эта фраза, Эмма заледенела. Столько презрения смогло бы повергнуть даже самого стойкого человека, а она была обычной, ничем не примечательной женщиной.
— Если вы больше ничего не желаете, я вернусь к своей работе, — спокойно сказала Эмма, чудом вспоминая, где находится. Она больше не его жена и уж точно не живет с ним в одном доме.
Развернувшись, Эмма едва не столкнулась с миссис Меретон. С яркой улыбкой, женщина обошла ее, будто и не заметив, что она стояла у нее на пути. Эмма нисколько этому не удивилась. Любая женщина, заприметившая великолепного Люка, стремилась познакомиться с ним. Эмма и сама когда-то была той дурочкой, которая слишком легко угодила в его сети. Все закончилось совсем не той сказкой, о которой она мечтала. Она потеряла мужа, а потом и и ребенка, которого хотела и ждала.
Капли холодного пота скатились по спине Эмму. Покачнувшись, она устояла на ногах, но поняла, что не сможет остаться в зале. Ей срочно нужно где-нибудь спрятаться, чтобы прийти в себя. Прошептав быстрые извинения, Эмма торопливо вышла из зала. Добравшись до кухни, она бросила поднос на стол и забежала в ту комнату, где переодевалась. Заперев за собой дверь, она обессиленно села на кровать и спрятала лицо в ладонях. Ее затрясло от безумного напряжения, прокатившегося по всему телу.
В дверь громко постучали. Эмма вскинула голову и замерла, как испуганный зверек. Стараясь даже не дышать, она отошла к стене, старясь держаться подальше от двери. Ей казалось что там, по другую сторону стоял кто-то полный опасности.
— Открой дверь.
Эмма зажмурилась, сдерживая горькое чертыхание. Разве она забыла, что Люк всегда отличался настойчивостью? Она и в прошлом пыталась прятаться от него в комнатах, но он все равно находил ее. Он открывал дверь и ссора заканчивалась жарким сексом. Только вот ей от этого лучше не становилось.
— Вам здесь не место, мистер Ламберт, — громко выдавила Эмма, отбрасывая прочь воспоминания о своей прошлой жизни. Она уже год справлялась в одиночку и ее это полностью устраивало. Она ничего не хотела возвращать назад. — Это комнаты для прислуги.
Она замолчала, прислушиваясь. Ей хотелось услышать только одно: звук удаляющихся шагов. Но, вместо этого, она поняла что Люк поворачивает ключ в дверном замке.
Люк вошел в комнату с таким видом, словно имел на это право. Эмма застыла в напряженном ожидание и следила за мужем пристальным взглядом. Он же остановился у кровати и облокотившись на дешевое изголовье кровати, усмехнулся.
— Успокой меня и скажи что ты не живешь здесь, — сказал он, вздергивая бровь.
Эмма сжала кулаки.
— Я здесь не для того, чтобы вести с тобой светскую беседу, Люк, — сказала она, решив больше не играть с мужем в незнакомцев. — И тебе здесь делать нечего. Из-за тебя у меня будут неприятности.
Глубоко вздохнув, Эмма направилась к двери, но не успела открыть ее, как чужая сила грубо развернув ее, прижала спиной к гладкой деревянной поверхности. Вскрикнув, Эмма дернулась в сторону, но Люк оказался готовым к этому. Схватив ее за руки, он не позволил ей ударить его, чтобы высвободиться. Дернувшись еще несколько раз, Эмма обессиленно выдохнула. Уставшая после тяжелого рабочего дня, борьба с мужем полностью лишила ее сил.
— Теперь ты готова поговорить? — со льдом в голосе поинтересовался Люк, еще сильнее прижимая ее к двери.
Эмма быстро моргнула. У нее никак не получалось прийти в себя. Воспоминания накатились на нее, едва не выбивая прочь дыхание. Еще утром, она с болью думала о муже, а теперь он стоял перед ней так близко, словно года разлуки вовсе не было.
— Значит ты хочешь поговорить, — прошептала Эмма, едва не рассмеявшись от этой невообразимой жестокости. Когда-то и она хотела поговорить с ним, но ей было безжалостно отказано даже в этой мелочи. — Ты не думаешь что слишком поздно для разговоров?
Люк пожал плечами снова показывая свое абсолютное безразличие с которым Эмма уже успела познакомиться и не единожды.
— Смотря кому они нужны, — сказал он. Легко удерживая Эмму одной рукой, он погладил ее по щеке и усмехнулся, когда она попыталась увернуться от него.
Эмма согласно кивнула.
— Конечно, твои нужды всегда были превыше всего остального, — горько сказала она, с трудом выдерживая надменный взгляд мужа, — но я больше не твоя жена и слушаться тебя не стану.
Люк хрипло рассмеялся, отчего Эмма поморщилась.
— Не помню чтобы наш брак прекратил свое существование, — сказал он, — вот об этом мы с тобой и поговорим.
Внезапно, он отпустил Эмму и отошел в сторону.
— Я должна вернуться к работе, — сказала Эмма, потерев ноющие запястья. Где-то в глубине сердца кольнула подлая тоска. Теперь то она поняла, чего на самом деле хотел от нее муж. — Чтобы поговорить о разводе, можно было подыскать более подходящее место.
Люк хмыкнул.
— О нет, детка, я здесь не для того, чтобы поговорить с тобой о разводе, Эмма, — сухо сказал он. С его лица испарилась улыбка и он холодно посмотрел на жену, — Мне нужно кое-что другое.
Эмма обхватила себя руками за плечи. Люк продолжал смотреть на нее, отчего ей стало неуютно. Но она не собиралась уступать. В прошлом она и так слишком часто опускала голову в борьбе с ним. И поэтому она нисколько не сомневалась, что сейчас он ожидал от нее именно этого.
— Ты удивляешь меня, Люк, — сказала она, качнув головой, потому что у нее никак не получилось избавиться от воспоминаний, который сейчас стали только ярче. — Что же случилось с твоей ненавистью ко мне? С той, которая заставила тебя выгнать меня из дома и прекратить любую связь со мной. Ты выбросил меня, как ненужную вещь и нисколько не жалел об этом. Ребенок…
Люк в одно мгновение оказался рядом. Безжалостно схватив Эмму за плечи, он дернул ее к себе.
— Вот именно, детка. Ребенок, — прорычал он, заглядывая Эмме в глаза, — Ты родишь мне ребенка, а потом можешь проваливать куда захочешь. Только учти, на сей раз, это должен быть мой ребенок. Не сомневайся, я позабочусь чтобы у тебя не было ни единого шанса на измену.