Контракт на невинность. Чужая невеста императора драконов

7

- Святая Всематерь! – воскликнула нянюшка, когда я грязная, мокрая, с зареванным лицом, перелезла через подоконник в комнату. Вскочила с кровати, где сидела, в беспокойстве дожидаясь меня, кинулась навстречу: - Деточка моя, да что же с вами приключилось?! Неужто лиходей какой обидел?!

- Все в порядке, никто меня не тронул, — просипела я.

Засунула сумку с семицветами под кровать – потом в мастерскую свою отнесу. Стянула с себя противно липнущее к телу платье, затем сапожки. Кинула все на пол и велела нянюшке:

- Унеси это, чтобы никто не увидел, и сожги!

- Лучше пока спрячу одежу вашу в комнате, позже унесу. А вы бегите быстро в купальню и в воду ныряйте - я уже ванну налила и нагрела. Да живее, не ровен час, матушка ваша пожалует и увидит вас в таком виде!

- Давайте, голубушка моя, помогу помыться, — предложила нянюшка, когда я уже сидела в горячей, исходящей паром ванне.

Взяла ковшик и принялась поливать меня.

- А вы пока рассказывайте, какая беда приключилась, что вы пичужкой встрепанной домой прибежали? – потребовала взволнованно.

- Ох, нянюшка, такое приключилось, что не знаю, как и сказать, — начала я, закрыв ладонями лицо.

- Уж как-нибудь да скажете, — проворчала старушка, намыливая мне голову. – Только поспешайте с рассказом, пока никто сюда не явился.

- Нянюшка, в Зеркальном лесу тварь появилась! Чуть не сожрала меня! – прошептала я и принялась выкладывать своей верной старушке все-все, что со мной приключилось. И про тварь, и про всадника, сначала догнавшего меня на дороге, а потом спасшего в лесу от чудовища. И даже про поцелуи его бесстыжие рассказала. Ничего не утаила, зная, что нянюшка скорее язык себе откусит, чем расскажет кому-то мои секреты.

- Ох, Святая Всематерь! – покачала головой старушка, когда я закончила. – Тварь эта поганая уже и в волшебный лес пробралась! Знать, растет ее сила…

- Растет… - я вздохнула. – Слышала, девушки, которых она прикончила, магичками были, не слишком мощными, но все пятеро силой обладали.

Подняла глаза на хмурое нянюшкино лицо.

- Ты тоже думаешь, что тварь их силу выпивала?

- Что тут думать, так и есть. Потому и в Зеркальный лес тварь сумела пробраться, что магии набралась.

Няня еще больше помрачнела. Отошла к лавке, где лежали полотенца, взяла самое широкое и вернулась ко мне.

- Вставайте, деточка, оботру вас.

Я поднялась из воды, а старушка принялась, как в детстве, вытирать меня мягкой тканью, бормоча:

- Боязно мне. Чует мое старое сердце, неспроста тварь в волшебном лесу появилась.

- Ты хочешь сказать, за какой-то магичкой пришла охотится? – ахнула я.

- Да много ли у нас магичек, которые в Зеркальный лес ходят? – старушка отбросила мокрое полотенце и подала мне платье. – За вами тварь приходила, госпожа Марианна, как есть за вами!

- Да ты что?! У меня же и магии почти нет, крохи какие-то! Я травница, да и то не настоящая, – прошептала я, помертвев от страха.

Нянюшка бросила на меня взгляд исподлобья. Покосилась на закрытую дверь в комнату, пожевала бледными губами и вдруг еле слышно прошептала:

- Есть у вас магия, деточка, есть. Только маменька ваша не велела… Приказала еще в младенчестве закупорить ее.

- Да ты шутишь? Какая у меня магия, и зачем ее закупоривать?! - оторопела я.

Ответить старушка не успела: дверь отворилась, и в комнату вошла матушка. Остановилась посередине, а я, как всегда, принялась с восхищением ее разглядывать. Даже про слова нянюшки о магии забыла!

Высокая, изящная, с идеальной осанкой и строгим лицом, она всегда казалась мне эталоном женщины. Синие глаза, шелковые волосы цвета ночи, нежная кожа - в ней все было прекрасно. Недаром графиня Розея Дархил считалась первой красавицей не только в наших краях, но, пожалуй, и во всем королевстве. Во всяком случае, батюшка именно так и говорил: «Моя жена - самая красивая женщина нашего королевства».

«Почему Лаура похожа на матушку, а я нет?» - мелькнула у меня завистливая мысль. Я тут же прогнала ее - не всем дано, нечего и завидовать! Сделала книксен:

- Доброй зари, матушка.

- Доброй зари, Марианна, — графиня неодобрительно оглядела мои мокрые волосы и раскрасневшиеся от горячей воды щеки. Чуть поморщилась – сама она никогда не краснела и считала румянец признаком крестьянской крови. – У меня для тебя сюрприз: с минуты на минуту прибудет твой жених, граф Ферсей.

- Я рада, — ответила я по привычке, хотя никакой радости не испытывала. Наоборот, стоило услышать имя жениха, как по телу пробежал неприятный холодок, а в памяти снова всплыли жгучие черные глаза, настойчивые губы и обнимающие меня крепкие руки. Еще голос, что-то жарко шепчущий…

- Не вздумай это сказать в присутствии посторонних, Марианна! – одернула меня матушка. – Когда речь заходит о мужчинах, даже о женихе, ты должна вести себя отстраненно, с достоинством, не проявляя никаких низменных эмоций. Ты не дворовая девка, радующаяся заигрываниям конюха или лакея. Ты дочь графа и будущая графиня, так что веди себя соответственно. Говорить, что ты рада можешь только лично жениху, и так, чтобы никто больше не услышал. Поняла меня?

- Да, матушка, — я снова присела, опустив глаза на кончики домашних туфель.

- Тогда поспеши привести себя в порядок и спускайся в гостиную – мы должны встретить графа подобающим образом.

Матушка бросила внимательный взгляд на прибирающую мою кровать нянюшку и вышла, а я повернулась к старушке, шепотом спросила:

- Что ты сказала про мою магию?

Нянюшка, продолжая взбивать подушки, показала глазами на неплотно прикрытую дверь. Проговорила одними губами:

- Долгий это рассказ. Не время и не место, — и уже во весь голос велела: - Садитесь-ка к зеркалу, волосы вам высушу да причешу, госпожа Марианна.

Я послушно села, а нянюшка тихо, словно для самой себя, добавила:

- Причешу, и пойдете встречать жениха своего. Куда теперь деваться? Может, оно и к лучшему, что увезет он вас на север свой, подальше от твари жуткой, - наклонилась и шепнула мне на ухо. - А про мужчину этого и поцелуи его забудьте, словно и не было их.