Контракт по ошибке

5

Дорога в столицу шла через узкий каменный перевал, где ехать могли только по одному ряду. Эльфийский отряд держался впереди, лесная свита — сзади, словно оба хотели показать, кто именно «контролирует» путь.

Поначалу всё шло гладко, пока на повороте не появился старый караванщик с повозкой, нагруженной мешками сушёных трав. Он не стал уступать дорогу, а наоборот, встал поперёк и принялся громко спорить с эльфийским разведчиком о «праве первого пути».

Шайдер, не желая уступать первенство, выдвинулся вперёд и начал объяснять, что по законам Лесных троп старший каравана обязан пропустить дипломатический кортеж. Эльфы при этом стояли с каменными лицами, явно намекая, что караванщик «случайно» мог оказаться тут не просто так.

Внутри дилижанса Лиана, глядя в окно, вдруг заметила, что караванщик слишком часто поглядывает на их транспорт — и особенно на дверь, за которой сидит она.

— Он что-то ищет, — тихо сказала она Кайдену.
Маг скользнул взглядом к повозке, и угол его рта дёрнулся.
— Либо ищет, либо отвлекает, — ответил он и поднялся, чтобы выйти.

Пока Кайден шёл улаживать спор, Лиана заметила ещё одну деталь: один из мешков караванщика был помечен знаком, который она видела в маминой старой сказке — символом Лесных стражей.

Это был первый момент, когда обе делегации едва не сцепились всерьёз: эльфы настаивали, что караванщика нужно задержать, Шайдер — что его нужно проводить до границы троп. Кайден, вернувшись, урезал спор одной фразой:
— Мы едем дальше. И если этот человек нужен кому-то — догоните нас в столице.

Но по лицам участников было видно — дело этим не кончилось.

Дилижанс снова тронулся, но воздух внутри стал гуще, чем до остановки. За окнами медленно проплывали тёмные силуэты леса, и Лиана всё время ловила себя на том, что ищет взглядом тот самый символ.

— Ты видел знак на мешке караванщика? — нарушила она тишину.

Кайден не сразу ответил. Он сидел в углу, лениво покручивая в пальцах перо, будто случайно взятое из-за уха, и смотрел в пол, а не на неё.
— Видел, — коротко сказал он, не поднимая глаз.

— И? — Лиана чуть подалась вперёд, упершись локтями в колени. — Это что-то значит?

— Это значит… что караванщик любит украшать мешки старыми рисунками, — произнёс он тоном, который слишком уж явно просил «не копать глубже».

— Ты издеваешься, — фыркнула она. — Я этот знак помню с детства. Мама…

Он поднял взгляд, и в его глазах мелькнуло то странное, от чего Лиана сама осеклась. Не холод — а сосредоточенность, с намёком на тревогу.

— Лиана, — произнёс он медленно, — в дороге лучше не задавать вопросы, на которые ты пока не готова услышать ответ.

Она откинулась на спинку сиденья, сжав губы, но внутри уже знала: он утаивает не просто деталь, а что-то, что напрямую связано с ней самой.

Кучер тем временем подгонял лошадей, и казалось, что дилижанс едет быстрее, чем должен. Но напряжение внутри было таким, что каждый новый стук колёс только усиливал ощущение, что разговор ещё далеко не закончен.

Это была последняя остановка перед прибытием в столицу.

Трактир стоял на перекрёстке трёх дорог, так и назывался "На перекрестке". Здание стояло словно сторож, встречающий всех усталых путников. Лампасы над входом горели мягким янтарным светом, а изнутри тянуло хлебом, тушёной говядиной и дымом от камина.

Кайден первым шагнул внутрь, проверил взглядом зал — привычно, как человек, который всегда ждёт сюрпризов от жизни. Лиана последовала за ним, но её внимание тут же приковали витиеватые резные балки под потолком и расшитые гобелены с охотничьими сценами.

— Мы здесь ненадолго, — тихо сказал Кайден, заказывая комнаты у хозяина. — Утром рано выезжаем.

— Значит, у нас целых пару часов, чтобы поговорить, — невинно заметила Лиана.

Он скосил на неё взгляд, в котором было что-то между усталой улыбкой и скрытой настороженностью.
— Ты умеешь выбирать время.

Позже, когда они встретились в общем зале за ужином, она решила действовать прямо:
— Кайден, что за знак был на мешке караванщика?

Он спокойно отломил кусок хлеба, обмакнул в подливу и, не торопясь, ответил:
— Знак мастеров из западных земель. Торгуют, воруют, поют — иногда всё сразу.

— Ты недоговариваешь, — уверенно сказала Лиана, и он едва заметно усмехнулся.

— Может быть, — кивнул он, — но тебе ли не знать, что иногда правда звучит опаснее любой лжи?

Разговор прервали: к их столу подошёл трактирщик с запиской. Печать была чужая, не городская. Кайден развернул её, взгляд его на секунду потемнел, но он тут же спрятал листок.

— Что там? — спросила Лиана.

— Приглашение на завтрак, — легко сказал он. — Но не для тебя.

— А для кого?

— Для меня и для моей миссии, — уклончиво ответил он, поднимаясь. — А ты, Лиана, не забудь выспаться.

Она осталась сидеть, глядя ему вслед, и поняла, что он только что провернул маленький дипломатический трюк: ответил так, что она узнала меньше, чем до вопроса.

Дилижанс мягко покачивался на колёсах, за окнами мелькали темнеющие поля, переливы закатного света ложились на лица пассажиров. Лиана сидела, устроившись ближе к окну, и делала вид, что любуется пейзажем. На самом деле она ждала момента, когда Кайден займётся беседой с эльфийским послом, а Шайдер останется свободен.

— Вам не кажется, что ваш друг слишком много держит при себе? — почти не глядя на него, тихо сказала она.

Шайдер едва заметно улыбнулся, словно ждал этого вопроса.
— Кайден? Он такой с рождения. Или с того момента, как перестал быть мальчишкой.

— Но ведь вы оба знаете, что происходит, а я — нет. И при этом… это как-то связано со мной, верно?

Он не стал отвечать сразу, глядя вперёд, где кучер лениво подталкивал возницу разговором о погоде. Наконец, Шайдер повернулся, его голос стал ниже:
— Иногда мы встречаем людей, которые сами не понимают, какую ценность несут. И иногда… слишком рано раскрыть им это — опасно.