Контракт с пустотой

Контракт с пустотой

Глава 1. Запретная дверь

Дождь сегодня был особенным. Он не просто лил — он будто пытался прижать город к земле, вымыть из него остатки жизни, превратить всё в серую кашу из асфальта и мусора. Селена шла по пустынной улице уже второй час. Подошвы её туфель давно превратились в губки, впитавшие всю грязь этого проклятого места, но она не останавливалась. Она не могла остановиться.

В голове, как заезженная пластинка, крутился один и тот же голос: «Всё будет нормально, Селена». Итан. Она помнила, как он проверял свет на кухне. Она помнила, как он смеялся над её попытками приготовить ужин. А теперь в памяти осталась только пустота, заполненная серым туманом его исчезновения.

Она остановилась перед старым, покосившимся зданием. Оно выглядело так, будто его вырезали из другой эпохи и втолкнули сюда силой. Окна — чёрные глазницы, выбитые стёкла, облупившаяся краска. Над входом висела вывеска, буквы на которой дрожали, будто были написаны не краской, а жидким светом:
«Контракты. Исполнение желаний. Цена известна не сразу».

Селена потянула за ручку двери. Та поддалась с неохотным стоном, будто не видела посетителей десятилетиями.

Внутри было тихо. И эта тишина была физически ощутимой — она давила на перепонки, как глубина океана. Воздух пах озоном, старой пылью и чем-то неуловимо сладковатым, напоминающим разложение. В центре огромной комнаты, лишённой мебели, стоял стол из тёмного дерева. Его поверхность была такой полированной, что в ней, как в чёрном зеркале, отражалось потолочное перекрытие.

И за этим столом сидел он.

Ксар не пошевелился, когда она вошла. Он словно был частью интерьера, архитектурной ошибкой этого места. Чёрная одежда, воротник которой скрывал шею, безупречно прямая спина. Он не смотрел на неё сразу — он изучал какой-то документ, лежащий перед ним, с такой концентрацией, будто от этого зависело равновесие миров.

— Ты опоздала, Селена, — произнёс он, не поднимая головы. Голос был сухим, лишённым всякого эха, будто он произносил слова прямо у неё в сознании.

Селена сглотнула, чувствуя, как внутри всё сжимается от первобытного страха. Она сделала шаг вперёд, подошвы хлюпнули по грязному полу.

— Я вообще не должна была приходить, — выдохнула она, стараясь придать голосу уверенности, которой у неё не было. — И я не звала тебя по имени.

Ксар медленно поднял взгляд. Его глаза… это было самое страшное. В них не было зрачков, только бесконечная, переливающаяся рябь. Он смотрел не на её лицо, а куда-то глубже — туда, где ещё теплились остатки её памяти об Итане.

— Ты пришла, — просто сказал он. — А значит, ты всё решила. Тебе нужен контракт.

Селена почувствовала, как по спине пробежал холодок. Она знала, что этот разговор — ловушка. Что каждое слово, которое она сейчас произнесёт, может стать капканом. Но иного выхода не существовало.

— Я хочу спасти брата, — чётко произнесла она. — Я знаю, что ты можешь вернуть его. Назови свою цену.

Ксар медленно переплёл пальцы. Его движения были неестественно плавными, лишёнными суетливости, присущей людям.

— Цену? — он едва заметно усмехнулся, и эта гримаса не коснулась его глаз. — Люди всегда думают о золоте, о времени, о годах жизни. Но это всё — мелочи. Система не питается таким мусором. Я беру эмоции. Страх, привязанность, боль… всё то, что делает тебя человеком. Ты станешь пустой. Ты будешь существовать, ходить, дышать, но внутри тебя будет холодный космос.

Селена замерла. Она представила свою жизнь без возможности злиться, без радости от хорошего фильма, без той боли, которая сейчас жгла её изнутри, как раскалённая игла.

— И ты просто заберёшь это?

— Я это потреблю, — поправил он. — Как топливо. Соглашайся, или уходи в свой серый город и жди, пока твои воспоминания об Итане не сотрутся сами собой, как пыль с этой вывески.

Селена посмотрела на свои руки. Они дрожали. Если она согласится — она умрёт как личность, даже если тело останется здесь. Но если она откажется — брат исчезнет навсегда, превратившись в безликий статистический ноль Системы.

Она глубоко вздохнула, чувствуя вкус мокрого воздуха, смешанного с пылью.

— Я согласна, — сказала она.

Ксар поднялся. Пространство вокруг него будто искривилось, предметы в комнате на секунду потеряли очертания. Он обошёл стол и остановился перед ней, сокращая дистанцию до неприличного минимума. От него пахло тишиной и льдом.

— Ты не знаешь, на что подписываешься, — прошептал он, и в его голосе, впервые за весь диалог, проскользнула нотка жалости. Или предупреждения.

— Мне всё равно, — ответила Селена, глядя прямо в его бездонные глаза. — Просто сделай это.

Он протянул руку. Его ладонь была ледяной, и когда его пальцы коснулись её кожи, Селена почувствовала, как реальность вокруг них дала трещину. Гул в ушах стал невыносимым, мир поплыл, а последнее, что она успела осознать — это тихий звук рвущейся нити у неё внутри.

Глава 2. Пустота, которая имеет вкус

Селена проснулась от того, что в лицо бил яркий, немилосердный свет. Будильник на тумбочке настойчиво звенел, и этот звук, казалось, просачивался прямо в кости, не давая ни единого шанса на покой. Она просто лежала, глядя в потолок, и ждала, когда этот навязчивый ритм стихнет сам собой — у неё не было ни сил, ни желания тянуть руку, чтобы его выключить. В комнате было неестественно тихо. Не как бывает в пустом доме, а как-то иначе — будто из самой ткани мироздания кто-то аккуратно вынул привычный фоновый шум.

Она села на край кровати, опустив ноги на холодный пол. Пол был пыльным. Она знала, что должна бы почувствовать раздражение — она всегда ненавидела беспорядок, — но внутри не шевельнулось ничего. Вообще ничего. Только сухой факт, как строчка в отчёте: «пол грязный, нужно протереть».

Она встала, пошатнувшись от непривычной лёгкости в теле. Голова была ясной, кристально ясной, но эта чистота сознания пугала сильнее, чем вчерашний ужас. Она подошла к зеркалу. Из отражения на неё смотрела женщина с бледной кожей и глазами, в которых больше не было лихорадочного блеска отчаяния. Взгляд был пуст, как отражение неба в глубоком колодце.