Контракт во имя колдовского искусства

Глава 16. Академия Мираколь Меранц

Лучший способ защитить тайну —

относиться к ней так, как будто ее не существует.

Их отношения в последние дни похожи на холодную войну, но это не отменяет факта того, что им надо продолжать работать. Дейс чувствует флер легкого напряжения, витающий между ней и Айзеком, словно сотни нераскрытых секретов в требовательном жесте склонились над ними двумя. Им нельзя разобщаться. Они — единственное, что осталось друг у друга, верно? И даже наличие тайн, важных или не очень, не должно отдалять их друг от друга.

Они продолжали работать, усердно, тщательно, вырисовывать узор будущих чар, тренироваться, что-то изменять, исправлять, дорабатывать — но даже гениальности Дейс не хватало для того, чтобы уложиться в столь короткие сроки. Айз старался изо всех сил, создавая теоретическую часть, и Фаррелл, видя это, дико сожалела, что ничем не могла ему в этом помочь.

Колдунья пыталась включиться обратно в учебный процесс; в последнии дни это давалось все лучше, благо, большая часть занятий состояла из лекционных материалов, призванных расширить понимание адептов магии и мироздания, и семинаров, на которых вспоминали и разбирали уже готовые чары. Сам по себе процесс обучения уже не имеет особого смысла, учитывая, что многие выпускные группы готовы сдать свои проекты, но это часть традиции, которую тоже нельзя менять. Даже создавая что-то свое, ты должен продолжать учиться, до последнего момента.

Места группы “Ди” снова пусты. Дейс уже почти привыкла к этому, но каждый раз оглядывается через плечо, чего-то ожидая. По сравнению со всеми остальными рядами здесь так пустынно.

— Мисс Фаррелл, — раздраженно обращается к ней голос профессора. — Прекратите отвлекаться. Даже с вашими способностями можно допустить ошибку, если не отдавать чарам достаточного количества концентрации.

Дейс закрывает глаза и выдыхает, поворачиваясь обратно. Не станет же она разводить спор о том, что она уже облажалась. Сейчас легче смиренно пожать плечами и кивнуть головой, признавая правоту другого.

Профессор продолжает семинар, а девушка почти сразу же улетает мыслями в свои воспоминания, не замечая этого.

Какой именно момент послужил тому, что она приняла неправильное решение?

Камилла ходила по комнате из стороны в сторону уже которую минуту. Она ничего не говорила, но ее глаза горели огнем, который Дейс прежде не видела, и движения были полны энергии. Кэм зажглась чем-то, как только услышала рассказ о происходящем с Дейс, и теперь это смущало девушку. Возможно, даже пугало. Она ожидала иной реакции.

Они проводили много времени вместе, но нельзя было сказать, что хорошо знали друг друга; однако была черта, о которой Дейс была прекрасно осведомлена — это импульсивность и некое безумство в отношении идеи, посещающих голову Камиллы. Эван как-то назвал это беспринципностью, хотя Дейс больше склонялась к безрассудству. В этом и была нынешняя опасность — если Кэм каким-то образом восприняла рассказ не только как историю, это… могло вылиться во что-то опасное.

Наконец мельтешение по комнате закончилось. Стало тихо, и Фаррелл подняла глаза на подругу. Та стояла очень близко, выжидающе смотря, и, когда заметила на себе взгляд, села на стул напротив.

— Дейси, — неожиданно мягко сказала она, а в глазах все еще играл тот огонь — распыляющийся и грозящий разрушением пожар. Именно из-за него колдунья и боялась Камиллу, хотя никогда и не признавалась никому в этом.

Она тут же отвела взгляд, тяжело набрав в легкие воздух. Если Ками начала разговор именно так, значит, какого-то неадекватного по меркам многих предложения не избежать.

— Просто послушай, ладно? — Вновь попыталась привлечь к себе девушка внимания, чуть наклоняясь вперед. — Я и правда с трудом представляю, что ты переживаешь сейчас, но…

Отчего она так не хотела слушать ее в тот вечер? Неужели чувствовала что-то, чему еще сама не могла дать объяснений?

— Ты — первый человек, с которым подобное случилось! Путешествие по другим мирам, открытие того, что мы не единственные, и что магия вездесуща, и что… — Хотя голос становился тише с каждым предложением, будто Кэм боялась, что их кто-то услышит, чувства наполняли каждое слово все сильнее. Под конец она обратила внимание на то, какой отрешенной пыталась быть Дейс, и умерила пыл. — Это шанс один на несколько миллиардов, и он достался тебе. Ты хочешь просто делать вид, что ничего не случилось? Сама магия тебя провела. В глубине души все мы знали, что никто, кроме тебя, чего-то подобного никогда не был бы достоин. Понимаешь? Какой это дар…

— Что ты предлагаешь мне делать с этим? — Дейс стащила с кровати плед и закуталась в него, хотя и не ощущала холода. — Я… Я совершенно там бессильна. Это сродни тому, что выкидывать рыбу на берег и ждать, что она научится жить на суше.

— Все бывает в первый раз, и, Дейс… Мы ведь здесь для этого и собрались. Для того, чтобы изучать магию и ее возможности. Представь, насколько значимым будет дипломный проект, написанный на эту тему? И нам открылось такое, что просто перевернет представление о…

— Не “нам”, Кэми. — Обрубила колдунья весьма грубо. — Мне. Но не “нам”.

Эта фраза резко поменяла настроение в комнате; от прежнего азарта и увлеченности Камиллы в миг почти ничего не осталось. Она пару раз открыла рот, чтобы что-то сказать, но потом откинулась назад, чуть пожала плечами и поднялась.