Копье Мониту, системы Мосина

Глава сорок четвертая, о том как бригада «Жаворонок», отправилась в Африку

Глава сорок четвертая, о том как бригада «Жаворонок», отправилась в Африку

Танк заманиху назвали «Хатиман Черное перо», на броню нанесли профиль индейца в перьях и иероглифы японского бога войны. Перед отправкой за море-окиян, одну башню сняли, а то машина и так получилась тяжеловата, так что по периметру были митральезы в кожухах, а в единственной башне, единственная же пушка. Но по ровной местности километров двенадцать в час давала. Придуманное Владимиром название стрельнула внезапной самобилизацией всех самурае Базы в танкисты, причем вместе с побратавшимися с ними индейцами.

Надо сказать, что идеи Бусидо, которые самураи кстати некому не навязывали, пришлись индейцам весьма по душе, и самурайский поселок в окрестностях Гвардейска стал прирастать индейскими вигвамами, и индейцы которые служили вместе с японцами, сформировалось ярое желание объединиться с бывшими ронинами. Из Япронии кстати, тянулся тонкий, но непрерывный ручеек добровольцев, а учитывая, что официальными Дайме для самураев Базы были Александр и члены Совета, как Светлейшие князья, данное веяние было встречено администрацией Базы благосклонно, тем более что кавбригады имени Буденного, Махно и Мюрата, разворачивались в кавалерийский корпус из пяти дивизий (четвертую, пятую и шестую дивизии поименовали в честь Котовского, Доватора и Олеко Дундича. Дивизии представляли кадрированные части с базами обучения запаса., и были в принципе отдельными частями разбросанными по округам, и в качестве средних командиров, самураи там показали себя вельми в плепорцию.

Кирасирски-гренадерская бригада «Жаворонок» (названая так по имени фильма, который японским и индейским танкистам показывали на выпускном экзамене Кирасирской школы при Военном факультете Академии) и Учебная кавалерийская дивизия, набранная из молодых индейских воинов, прошедших «Школу молодого солдата» была сформирована и погружена на корабли присланные Максимилианом (кроме танков разумеется, их везли на специальных галеонах, с системами погрузки-разгрузки. Максимилиан обязался предоставить всем кавалеристам по три лошади, половина которых отправлялась на этих же судах в Америку на территорию Базы, плюс материальное и продовольственное содержание и отсутствие претензий на будущие трофеи и какие либо претензии на тактическое и стратегическое командование Краснознаменного Экспедиционного Корпуса. Мексиканско-французскому монарху было некуда деваться, так как и британцы и итальянцы снова начали боевые действия. Владимир, уже традиционно командовавший экспедиционным корпусом, решил нанести первый удар по британцам (тем более, что Базе, в случае успеха экспедиции, должна была отойти Кабинда (в аренду на 199 лет). Кирасирской бригадой командовал полковник Асиму, а при нем в виде атташе от Das Heer, находился молоденький фенрих, фридрих Гудериан Гейнц, в той Земной реальности, отец того самого Быстроходного Гейнца. Его отобрал лично Владимир и дело было так… Во время посадки на корабли, к Владимиру, как к командующему подошла представительная делегация германских военных дипломатов, которые предъявили письмо от Кайзера с просьбой допустить наблюдателей в экспедицию. Надо сказать, что в виду приватности акции все немцы были в штатском, кроме младшего адъютанта Гудериана. Владимир исходя из своего своеобразного чувства юмора, важно заявил тевтонам, что в армии должен быть порядок и посему он во первых может взять с собой только одного человека, так как в транспортном списке есть толькло одно свободное место, а во вторых он должен быть в военном мундире, так как это армия, а не торговый обоз швайнебублей.

И в третьих, согласно приказа командующего (Владимир опустил информацию о том, что приказ этот он только что сам и измыслил), посадка заканчивается через двадцать минут, так что он или берет с собой фенриха, или никого. Германцы щелкнули каблуками, а кайзер, которому передали этот разговор дословно, пришел в восторг и сказал, что на той пристани было только два настоящих офицера, и произвел Гудериана в гауптманы, уточнив что атташе при генерале, не может быть ниже с чином, и послал Владимиру орден Черного орла.