Корабль-дракон

Фея-корабль

Когда Шеор проплывал по ночному морю, он напоминал горящий факел. Вода под ним загоралась, как будто в нее бросили талисман огня. Даже мне стало жарко на корабле, который пылает, будто несгорающий костер. Стоять на его борту то же самое, что сунуться в разожженную печь. Может, пора улетать?

Я опасался бросить Шеора лишь по одной причине. Вдруг он вскоре отыщет Розу и причинит ей вред? Конечно, за столетия Роза могла отточить свой магический дар до такой степени, что огонь не причинит ей вреда. Но точно меру ее способностей я не знал, поэтому рисковать не собирался.

Прошла ночь, затем день. Пока Шеор плавал, морские пути превращались в выжженные котловины. Морские обитатели лежали на их дне обугленными костями. Мне самому стало дурно от долгого пребывания на борту. Я поднял руку и обнаружил, что мое тело тоже пылает. Я сам, стоя на борту, становился подобен огненному факелу. Вероятно, стоит улететь и опередить Шеора в поисках Розы.

Кажется, я перегнул палку, обращая в корабль не спящего, а разгневанного и озлобленного дракона. Теперь от его ярости могут сгореть все водоемы мира. Потушить его пламя я не мог. Остается надежда, что вмешаются подводные правители. Я никогда не видел лично царя морей Сеала и морскую царицу Лилофею, но был уверен, что они всё еще существуют где-то на глубине. Им просто не хочется покоряться императору-дракону, поэтому они прячутся. До сих пор я соблюдал нейтралитет, однако сейчас попытался призвать их, чтобы они погасили огонь драконьего корабля. Однако ни Сеал, ни Лилофея не откликнулись. Зато из пылающих мачт вдруг сформировался огненный силуэт Шеора.

- Улетай! – прохрипел он. – А я поплыву проверить, не сгорит ли Роза в моем огне. Если сгорит, то ее душа навечно останется на моем корабле, а ты сможешь заняться поисками новой императрицы.

- Зачем ты сжигаешь море?

- Чтобы найти одну мелку рыбу среди такой массы воды, нужно сперва спалить всю воду. Не мой метод вылавливать русалок с помощью невода.

- Так Роза теперь русалка?

Шеор не ответил. Вместо смеха из его губ полетели искры. Огненный силуэт слился с пылающей грот-мачтой и растворился в ней.

Вероятно, бывший друг и нынешний враг дал мне намек. Сейчас Роза либо русалка, либо сирена, раз он ищет ее среди моря. Может быть, она похитила тело самой морской царицы Лилофеи, поэтому морские правители и не откликаются на мой зов. Роза снова играет со мной в прятки. Зато у нее есть бонус. Волшебное подводное царство находится так глубоко под первым дном моря, что даже Шеор его не спалит. Непосвященные в тайны водяных люди могут увидеть лишь обычное морское дно, но не тот мир, который существует под ним. В теле Лилофеи Роза была бы в безопасности.

С этими надеждами я улетел с борта корабля-дракона. Стоило мне покинуть его, как мое тело перестало пылать огнем, но если в следующий раз задержусь на борту дольше, то в течение часа стану напоминать пылающей факел. Раньше я дышал огнем, но сам никогда не становился огненным. Шеор меня изменил. По моей коже бежали оранжевые искорки. Я долго отсиживался в живописной лагуне и пытался унять внутреннее пламя.

Когда я пришел в себя, где-то пели сирены. Их пение меня не очаровывало, а раздражало. Вместо того чтобы пойти на их губительный зов, я положил голову на камень и заснул. Мне приснился величественный черный корабль, на боку которого серебристыми буквами мерцало название «Медея Шаи». Мне показалось странным, что такой громадный корабль называется женским именем, будто капитан на нем женщина. А может чья-то не упокоенная душа управляет кораблем?

- Медея Шаи, - повторил я вслух, когда проснулся. - Так звали королеву фей, ныне покойную.

- Но корабль не покойный, - какое-то жуткое существо, одетое в мокрый камзол, явно снятый с утопленника, выползло из воды. – Что если душа королевы живет в нем?

- Какая тебе разница? – удивился я. – Ты разве подчиняешься королеве фей, а не царской чете моря?

- Чета морских царей давно исчезла. А королева черных фей Медея Шаи славилась тем, что привечала у себя при дворе всех жутких волшебных существ вроде меня.

- Я тоже тебя привечу, если поможешь мне отыскать среди русалок и сирен Розу. Ты, наверняка, способен облазать всё морское дно, - я протянул руку к жуткому существу, но оно в ужасе отпрянуло.

- Ты же дракон! Не вздумай меня обжечь!

Через мгновение морского уродца и след простыл, зато вода в лагуне забурлила, будто в кипящем котле. Наверное, я неосторожно дохнул в нее огнем. Или Шеор сейчас проплывает где-то поблизости? Я не чувствовал, что он рядом, но всё равно решил пройтись по побережью и оглядеться.

Утро было пасмурным. Солнце закрыли облака. Волны накатывали на одинокий берег. Я даже не знал, куда именно я на этот раз залетел. Всё побережье было для меня одинаковым. Мимо проплыл великолепный пустой корабль. Его очертания напоминали фею со сложенными крыльями-бортами. С безлюдной палубы звучало тихое мелодичное пение. Голос, который пел, был очень красив, но мелодия была зловещей. Тех рыбаков, которые ее слышали, ужас пробирал до костей. Они кидали лодки, сети и гарпуны. Их глаза становились незрячими, руки дрожали, и вдруг всё их тело рассыпалось костями и прахом. Казалось, что волшебный голос высасывает из всех встречных жизнь. Даже сирены не бывают так смертоносны. Поскольку мне пение волшебницы вреда не причиняло, я полетел за кораблем. Вероятно, потом я прокляну свое любопытство, но сейчас мне хочется узнать, что за колдунья прячется на борту. Вдруг это моя Роза?

Я долго летал над кораблем, а затем решил опуститься на палубу. Казалось, что корабль живет и дышит. Мне было неудобно стать на нем незваным гостем. Я погладил мачту, украшенную странной резьбой.

- Прости меня, хозяйка корабля, за вторжение на твое судно!

Я не ожидал, что кто-то ответит на мои слова, но из пустоты вдруг раздался вздох. Мачта заискрилась и превратилась в стройный женский силуэт. Силуэт шагнул ко мне и обрел плотность. Теперь на палубе вместо мачты стояла дама в роскошном пурпурном платье, украшенным черными кружевами. За спиной незнакомки внезапно раскрылись два узорчатых крыла. Видимо, я попал на корабль феи. Точнее, королевы фей. Корону из золотых крылышек и вензелей я заметил не сразу. Она проступила на голове незнакомки, будто морской маг-живописец нарисовал ее золотой кистью.