Кораблёвские Сказки

Акт 2\28. Скорая расправа

Птицы кричали над костром — звали своего чёрного покровителя, жертвенного ворона. Тот смотрел на них звёздами–глазами, улыбался им луной, и авгуры, затаив дыхание, поначалу лишь слушали. Слепые жрецы видели будущее по останкам, по мясу на костях, читали его, как ребёнок слушает сказку: затаив дыхание, спрятавшись от всего мира, как будто иначе старческий голос сказочника исчезнет, а вместе с ним — закончится долгожданная история.

Наконец, пришло время предсказания: пропела стрела — и перебила птице глотку. Старик, замотанный в лохмотья с ног до головы, поднял тушку за голову. Отвалилось туловище, чтобы сложилось на земле кровавое предсказание. Люди вокруг авгура засуетились, принялись тыкать в землю пальцами — видеть невидимое послание, благословлённое Лесом.

Толпа, волнуясь, искала во внутренностях, а слышала в ветре шёпот: «Хищница, хищница, хищница»…

Птицы засуетились над большим деревом, рассекая кромешную темноту. Луна затянулась пышными чёрными тучами. По Лесу прокатилась новая волна смеющихся до истерики голосов: «Страшно, страшно, страшно»…

Наконец, старик положил сырую птичью голову на язык. Окружающие замерли, укрыв свои головы серыми одеждами. Они внимательно наблюдали за своим учителем, пока тот не выплюнул головешку на землю, вынося вердикт.

— Закопайте, — приказал он, — и передайте Лесному королю, что грядёт страшная гостья.

Тогда слова Леса отчётливо расслышали все — и разумные, и неразумные: «Очнись, Лесной король, да защити своих господ и слуг».

В ту ночь Козьма проснулся от злого предчувствия. Выглянув в окно, он заметил большую сову с блестящими, как блюдца, глазами. Но привлёк его внимание не только странный шорох под окнами, но и волчий стон.



Отредактировано: 07.02.2026





Понравилась книга?
Отложите ее в библиотеку, чтобы не потерять