Корчма Разбитых Надежд

Сцена 9 — Введение в магию

В мужской комнате было более тесно и намного шумнее. Здесь лежало всё их золото и большая часть вещей. Каверн устроился под окном, Фарен лёг у стены напротив двери, Лисандр разместился у третьей стороны стены и быстро уснул, а Дроган, будучи на страже в эту ночь, прислонился спиной к дверному косяку.

— Как думаете, парни, сегодня нас будут грабить? — спросил Каверн, — наверное, уже все в округе знают что у нас тут мешки с золотом: купец же точно растряс языком, я уверен в этом.

— Скучаешь по дракам, Каверн? — усмехнулся Дроган, — давно не чесал кулаки?

— Да не особо. А вот поговорить я бы не прочь… скучно же просто так лежать и слушать, как ты дышишь, Дроган.

— Это называется медитация, Каверн. Мы, паладины, делаем это иногда, чтобы связь с божественным светом не ослабевала. В твоём случае, наверное, это будет способ умереть со скуки.

— Ладно, что-то ты слишком серьёзный, Дроган, — Каверн махнул на него рукой и покрутил головой, — Лисандр, Фарен, вы спите?

— Я не сплю, — послышался голос мага.

— Вот и отлично, — оживился Каверн, — как это у вас, магов, устроено? Паладины и жрецы — это понятно, они не слишком гордые — связываются с божественными сущностями и те дают им силу. А вы?

— Ну, — начал Фарен, — я, вроде бы тебе уже рассказывал когда-то. Мы руководствуемся несколькими принципами…

— Подожди, — перебил его Каверн, — можно ли как-то попроще?

Фарен призадумался на пару мгновений, вздохнул, обдумывая формулировку:

— Каждая вещь имеет свой идеальный образ, — начал он, — а маг, обращаясь к этому образу, может сотворить предмет. Например, есть идеальный образ скамьи, и все скамьи в этом мире созданы по его подобию. Мы называем это простым словом — идеал. Когда плотник создаёт скамью, он, по сути, создаёт образец этого идеала. Пока понятно?

— Да, есть некие предметы-идеалы, а все прочие предметы в мире — образцы этих идеалов, — повторил Каверн, — а где они находятся, это идеалы?

— Они нигде не находятся, они просто есть. Существует некий магический источник, который как бы подразумевает все возможные идеалы вещей. Маги могут обращаться к этому источнику и создавать новые образы на основе имеющихся.

— То есть ты можешь создать скамью на основе идеала скамьи, и лишить всех столяров работы?

— Да, но обычными средствами сделать скамью проще, чем с помощью магии.

— Почему? Вжух и скамья готова.

— Потому что приходится обращаться к образу скамьи, затем к образу дерева… — Фарен сделал паузу, задумавшись, — конечно, будет проще, если у меня будет само дерево. Затем приходится вызывать много приёмов и действий для обработки дерева. Я если честно, не очень хорошо знаю, как плотник делает скамью, поэтому это усложняет задачу ещё больше. К тому же моя скамья может получиться совсем не такой, какой её создаёт плотник. Давай я объясню проще. Помнишь мой трюк с кружкой, скользящей мне в руку?

— Ну. Ты расплескал немного пива, но выглядело красиво, — сказал Каверн, зевая.

— Мне намного проще самому протянуть руку и достать кружку, чем притягивать его к себе с помощью магии.

Дроган хмыкнул и подал голос со своей стороны комнаты:

— Магия — могущественная сила, но порой простые вещи лучше сделать самому.

— Именно, — подтвердил Фарен, — нет смысла делать простое сложным. Наша задача сделать сложное — простым.

— Я видел, как ты ведёшь записи. Это делает магию проще, верно? — спросил Каверн.

— Ну, сама магия не становится проще от этого, но мне легче управляться с заклинанием, которое записано, так что, можно сказать, что да. Причём, что немаловажно, — Фарен поднял палец так высоко, что он стал виден в лунном свете, пробивавшимся сквозь щели в ставнях, — я могу в своих записях обращаться к другим, ранее записанным заклинаниям и включать их в моё новое заклинание. Например, в моём гримуаре множество записей, которые ссылаются друг на друга. И если нам надо будет, чтобы в нашей корчме кружки сами подлетали к посетителям, мне нужно продумать все возможные условия их приземления в руки посетителей — а это будет означать, что мне нужно будет подготовить несколько различных заклинаний, которые станут частью одного сложного магического... кхм… механизма. Каверн, тебе стало понятно?

Каверн не ответил. Вместо этого Фарен услышал его храп.