Корчма Разбитых Надежд

Сцена 11 — Купля-продажа

И без того небольшая приёмная городской управы стала тесной, когда в неё ввалились сразу несколько человек. Коротышка-служащий слегка опешил, но быстро взял себя в руки:

— Здравствуй, Фенрик! — тепло поприветствовал он клерка, — с чем пожаловал сегодня?

— Приветствую тебя, мой друг! — ответил Фенрик, указывая на футляры, притороченные к его камзолу, — запиши: Фенрик, покупка домов и имений. Сегодня у нас большое дело!

— Поздравляю! — служащий сделал запись и кивнул Фенрику на дверь, — готово, проходите.

Фенрик толкнул дверь и зашёл в зал ожидания. Здесь он развернулся и сказал:

— Нас вызовут, а пока будем ждать здесь.

Сегодня здесь было больше людей, чем в прошлый раз, все свободные скамьи были заняты, так что Фенрик просто подошёл к окну и начал смотреть в него, заткнув руки за пояс и переваливаясь с пятки на носок. Серас опёрся спиной о стену, скрестил руки на груди и замер, словно погружаясь в ожидательную спячку.

— А как они узнают, что нас надо вызвать? — спросил Дроган, озираясь вокруг.

— Магия! — загадочно улыбаясь, ответил Лисандр. Но затем, видя обескураженное лицо Мары, добавил:

— То, что пишет клерк в приёмной, магически связано с тем, что видят в кабинете городского совета. Фенрик добавлен в их список.

Прошло несколько долгих минут, в течение которых дверь в кабинет городского совета несколько раз открывалась вместе со звонком колокольчика и закрывалась, впуская клиентов. Наконец служка выкрикнул имя юриста:

— Фенрик, покупка домов и имений!

Фенрик оживился и пошагал в сторону кабинета:

— Ждите меня здесь, дорогие друзья!

Он прошёл мимо стражника и скрылся за дверью.

— А как же мы? — спросила Мара.

— Ну, вызывали же только Фенрика, — пожал плечами Каверн, — стоим ждём.

Каверн сложил руки на груди и принял скучающий, немного рассеянный вид, даже слегка оттопырив нижнюю губу, погружаясь в роль бывалого посетителя бюрократических заведений. Лисандр промолчал, скрывая улыбку, дав ему насладиться мгновениями славы в роли единственного проводника в этой непонятной реальности.

Но Серас, которому и не нужно было входить ни в какую роль, шевельнулся и сухо добавил:

— Они сейчас только готовят бумаги, ищут записи в учётной книге и набирают свидетелей, которые должны присутствовать при передаче денег. Нас позовут позже, — он кивнул в сторону кабинета бургомистра, — туда.

Через несколько минут вышел Фенрик, а с ним ещё трое. Фенрик объявил:

— Следуйте за нами в кабинет бургомистра на оформление сделки, друзья!

В итоге в кабинет бургомистра зашло уже девять человек. Просторный, хорошо освещённый кабинет вместил всех без особых проблем. Сам бургомистр сидел у окна за большим широким столом и что-то читал, не принимая никакого участия в совершающейся сделке. Писари уселись за второй стол, а на третий стол опёрся сам Фенрик, оставаясь на ногах, наблюдая за действиями бюрократов. Остальные разместились в креслах.

— Жаль, вином здесь не угощают, — вполголоса посетовал Каверн.

Писари начали передавать друг другу какие-то бумаги, делать в них заметки и тихо переговариваться.

— Писари отметили, что имение меняет владельца и теперь вписывают в учётную книгу всех новых владельцев. — повернув голову, объяснил Фенрик, — тем временем, давайте совершим передачу денег. Тысяча двести золотых монет имперской чеканки.

Дроган поднялся и достал из заплечной сумки мешок с заранее посчитанными монетами и аккуратно высыпал их на стол перед Фенриком.

— Здесь тысяча двести, — сказал он.

— Мы всё пересчитаем, — улыбнулся Фенрик, — это вопрос не доверия, а необходимость соблюдения всех процедур и исключения любых ошибок. Прошу вашего подтверждения, что всем всё видно.

Серас подошёл поближе, и Фенрик, немного уступив ему место у стола, начал пересчитывать монеты, складывая стопку из каждой сотни, пока перед ним на столе не оказалось двенадцать стопок монет. Фенрик кивнул, и Серас начал складывать монеты обратно в мешок. Один из писарей, выполняющий роль секретаря, схватился за перо и макнул его в чернила.

— Запишите, — объявил Фенрик, — покупатель передаёт продавцу необходимое количество денег.

— Теперь нужно оплатить пошлину — сто крон, от обеих сторон сделки, — сказал Фенрик и указал на стол, — прошу сюда.

Лисандр отстегнул от своего пояса кошель и отсчитал сотню крон, то же самое сделал и Серас. Старший писарь вынул откуда-то большой ржавый ключ и протянул его своему помощнику. Тот открыл шкаф, стоящий у стены рядом со столом бургомистра, и стал возиться с ним. Со стороны шкафа начало раздаваться лязганье и клацанье. Фенрик, тем временем, пересчитал все деньги и объявил:

— Обе стороны выплатили пошлину в сотню крон.

— Ещё нет, погодите — раздался голос со стороны шкафа, — сундук не отворяется!

Старший писарь шумно вздохнул и изобразил на лице недовольство, но ничего не сказал. Лязганье продолжалось ещё несколько мгновений, прежде чем до них донёсся панический возглас:
— Ключ застрял!

— Да чтоб тебя! — старший писарь хлопнул ладонью по столу.

Мара подозвала к себе Фенрика и тихо спросила его:

— А нас это как-то касается? Мы можем идти?

— К сожалению, касается, — виновато улыбнулся Фенрик, — городской совет не может закрыть сделку, пока пошлина не уплачена и не зарегистрирована секретарём. Они просто не отдадут нам документы.

— А как же пошлина, которую можно оплачивать в другом кабинете, «Хранилище»? — вполголоса спросил подошедший к ним Лисандр.

— О, это другая казна и там совсем другие пошлины, — улыбнулся Фенрик, — это долго объяснять, но здесь в Светлом Луге две казны: одна тратится на оплату труда чиновников и разную благотворительность, другая — на нужды города, и к ней все относятся с большой ответственностью.

Бургомистр за своим столом отложил книгу и укоризненно посмотрел в сторону шкафа. Оттуда вышел пунцовый, как спелый персик, помощник писаря.