Корчма Разбитых Надежд

Сцена 13 — Первая ночь

Элара могла хорошо видеть в темноте, а свет луны и звёзд, проникающий сквозь незакрытые окна комнат второго этажа, давал возможность видеть ещё лучше.

— Расскажи мне о том, чего я не знаю об этом поместье. Я здесь та, кто обеспечивает защиту и безопасность, и я не хочу сюрпризов.

— Начнём с того, что тебе нужна позиция для наблюдения. Поднимись на чердак, — ответил Греснур с выражением человека, знающего что нужно его собеседнику.

С коридора второго этажа можно было попасть на чердак через люк в потолке. Эларе подставила под ноги старое кресло, позволившее ей достать до люка и открыть его наверх, затем подтянуться на руках и оказаться на чердаке. Здесь было не так тесно, как можно было подумать — через дыры на крыше попадал лунный свет, поэтому Элара смогла увидеть и кучи старых вещей, всевозможных тряпок и корзин, и дыры в полу.

— Отсюда можно выйти на балкон, — прошелестел призрак, указывая куда-то в угол чердака.

Элара, осторожно ступая по скрипящему полу чердака, прогибающимся под её шагами, подошла к тому месту, на которое указывал призрак. В верхней части стены чердака Элара нашла ещё один люк, почти дверь, высотой в половину человеческого роста. Элара ухватилась за кольцо люка, навстречу потянуло сквозняком, а темнота чердака уступила место тусклому свету луны и звёздного неба. Оказавшись на крыше, Элара почувствовала под ногами укреплённый пол. Твёрдый и надёжный, он не издал ни малейшего скрипа, когда она перенесла на него вес своего тела. И всё же её ступни ощутили небольшой уклон, немного увлекающий её вперёд: бросив взгляд перед собой, она сразу поняла, что уклон позволял дождевой воде не скапливаться здесь, а стекать вниз и падать на землю сквозь через металлическую решётку в полу на самом краю крыши.

—Ты — первая живая душа здесь, за все эти годы, — призрак устремился вперёд, в сторону небольшой беседки, где под деревянным навесом, покрытым черепицей, стояли топчан и стол, потемневшие от времени.

Войлок на топчане перестал сохранять форму тела, а стол давно смирился с тем, что него уже долгое время ничего не кладут. Они встретили Элару с тем безразличием, которое может быть только у мебели, простоявшей на открытом воздухе несколько лет. Ветер не позволял пыли скапливаться здесь, а навес защищал их от влаги, что позволяло столу и топчану оставаться сравнительно чистыми и не начать гнить. И всё же, открытый воздух и время сделали их дряхлыми — лишь немного сухими и обветренными снаружи, но где-то глубоко внутри связь между волокнами уже не такая крепкая, как раньше, и способность выдерживать большие нагрузки утеряна навсегда.

Перед топчаном лежал коврик, вернее, ветошь, которая когда-то была им: время не пощадило его ещё более прочих, а ветер пренебрежительно задувал на него осенние листья и разный мусор, которые несчастный коврик, в силу своего строения, был вынужден удерживать на себе.

Элара подошла к столу, наклонилась над ним и поскребла ногтем поверхность: на столе ещё сохранились остатки свечного воска.

— Любил посиживать тут вечерами?

Греснур усмехнулся:

— Сидел бы тут всё время, может быть, и не умер бы вовсе.

Кирпичный парапет опоясывал крышу на высоте уровня груди. Элара прошлась по крыше вдоль всего парапета. Пространство вокруг просматривалось во все стороны: отсюда была видна каждая дорога, ведущая к особняку, крыши соседних домов, огороды всех ближайших дворов, а чуть подальше — русло реки и тёмный лес на противоположном берегу.

— Внешняя часть облицована черепицей, — с гордостью произнёс Греснур, — выглядит как обычная крыша, и с земли ничего не видно.

— Есть ли ещё способы спуститься отсюда или подняться сюда?

— Если я скажу, что есть, сможешь найти сама?

Элара посмотрела по сторонам. Центр крыши — это чердак, парапет недостаточно широк, чтобы внутри него была шахта, вмещающая человека, значит альтернативный ход нужно искать где-то под ногами. Она указала в сторону беседки.

— Коврик же.

Призрак усмехнулся.

— Верно.

Элара убрала коврик и обнаружила под ним ещё один люк. Потянув за кольцо, она обнаружила за ним узкую шахту и лестницу, уходящую вниз.

— Куда ведёт эта лестница?

— Одна из стен моей комнаты полая. Спустившись по этой шахте, ты попадёшь туда. Там скрытая дверь в стене.

Элара кивнула.

— Многие ли обитатели поместья знали об этих ходах?

— Многие ли? — Греснур усмехнулся, — да все знали, включая прислугу. Сама же видишь, ничего секретного тут нет. Тем не менее, никто, кроме меня, сюда не выходил, потому что простых способов сюда попасть не было. Да и зачем?

— Незачем, полагаю, — Элара пожала плечами, — посидеть в одиночестве, отдохнуть от других людей, выпить вина, посмотреть на звёзды, всё это — хозяйское дело. Но для меня это, прежде всего — хороший наблюдательный пункт.

— Потому я и привел тебя сюда, — сказал призрак, — обрати внимание на стол, в нём есть выдвижной ящик, я надеюсь, он не сгнил.

В столе оказалась фляга, огниво, небольшая подзорная труба

— Один из моих старых друзей-моряков подарил мне её, — указал на трубу призрак.

— А ты не промах. Много врагов было при жизни?

— Да, — призрак пожал плечом, второго плеча Элара не смогла ухватить зрением, — немало. Но вам они вряд ли угрожают. Вам, наверное, и своих хватает.

Элара посмотрела в подзорную трубу в разные стороны. Со стороны реки в сторону особняка быстрым шагом двигались двое. Дойдя до кованой ограды, они перелезли через неё. Оказавшись внутри участка, они, пригнувшись, прошли по участку и скрылись в одном из подсобных помещений.

— Хм… — Элара перемахнула через парапет, мягко приземлившись на землю, и начала двигаться в сторону подсобки. Оттуда не раздавалось ни звука и ничего не было видно, и лишь подойдя вплотную, Элара смогла увидеть сквозь щели в полупрогнившей дощатой стене два силуэта: мужской и женский. Молодая пара, возможно возлюбленные, возможно брат и сестра.