Корчма Разбитых Надежд

Сцена 32 — Легко запомнить

Сегодня был один из тех городских праздников, когда все выходят на площадь, открывают свои лавки, всюду играют уличные музыканты, а зажиточные горожане ищут, как со вкусом потратить свои деньги.

Посреди всей этой суеты стояла телега, в упряжи — Румяшка, невозмутимо жующая овёс из ведёрка. На телеге, на самом видном месте была размещена бочка, начищенная до блеска. К ней была прислонена табличка, на которой ножом аккуратно было выскоблено «Пивчище забытых надежд». Рядом с телегой был поставлен небольшой столик с глиняными кружками.

Каверн стоял рядом так, как, по его мнению, стояли опытные торговцы и зазывалы в одном лице: руки в боки, взгляд обозревает окрестности. В телеге, свесив ноги, сидел Фарен, листая страницы в своём гримуаре. Лисандр сидел по другую сторону, подкручивая бронзовые колки на своей лютне и что-то мурлыкая себе под нос, настраиваясь на нужный тон.

— Ну что, Фарен, ты готов? — спросил Каверн, оборачиваясь к нему.

— Готов, — ответил Фарен, — после твоей команды.

— Давай.

Фарен кивнул, поднял руку и быстро прошептал что-то. Над телегой мягко вспыхнула искра, поток света устремился наверх и лопнул над площадью, распускаясь в яркий жёлто-красный цветок. Люди повернули голову в их сторону, и в этот момент Лисандр ударил по струнам:

Кто услышит это слово,

Станет мощным и здоровым,

Кто берётся с нами пить,

Тот счастливо будет жить.

Горе тонет в свежей пене,

Счастье кроется во хмеле,

Кто заглянет в корчму нашу,

Станет крепче, станет краше!

Приходи мечту исполнить!

Где корчма, легко запомнить,

Между рынком и рекой

Большой дом стоял пустой.

Думали все, что он проклят,

А он вовсе и не проклят.

— Серьёзно, Каверн? — нахмурился Фарен, пряча лицо в ладонях, — я мало что смыслю в песнях, но я прямо чувствую, как мой разум тускнеет, когда слышу это.

— Спокойно, дружище, — ответил ему Каверн, — Лисандр своё дело знает. Он не на состязании бардов. Таков был наш замысел — рассказать о корчме и месте, где её можно найти.

Тем временем, Лисандр завершал свой куплет:

То корчма надежд забытых.

В общем, завтра мы открыты!

Люди начали подходить, и Каверн стал быстро разливать пиво по кружкам.

— Это бесплатно? — спросил кто-то.

— Да, друзья мои, угощайтесь, иначе как вы тогда узнаете, что за пиво мы варим в нашей корчме! — громогласно ответил Каверн всем сразу, пытаясь быть громче окружающей музыки и гомона площади.

Первые кружки быстро опустели, начала выстраиваться очередь. Кто-то стал просить добавки.

— Прости, дружище, но если ты выпьешь ещё одну кружку, то следующим после тебя пива уже не достанется, — то и дело отвечал Каверн, — лучше приходи к нам завтра. «Где корчма, легко запомнить...».

Многие, в основном, женщины, подходили со своими кувшинами и просили налить им туда, их просьбы были с удовольствием выполнены. Каверн привычно отмерял всем по кружке, заполняя кувшины на четверть.

Желающих было много, и бочка быстро начала пустеть.

— Всё, друзья! — объявил Каверн, подняв пустую бочку и потрясая ею. Плеска не было слышно, — пробная бочка закончилась! Завтра приходите на открытие корчмы «Забытых надежд», там будет ещё больше пива, пир да потехи! Вход по цене кружки пива, и хоть залейся потом!

Лисандр указал рукой на Каверна, затем показал большой палец очереди и ударил по струнам завершающий аккорд. Фарен щёлкнул пальцами, и из-под телеги вырвался ещё один поток света, разлетевшийся над головами десятками мелких искорок.

Люди похлопали в ладоши и начали постепенно расходиться. К Лисандру подошли двое музыкантов: барабанщик, дударь и старый скрипач — тот самый, который в своё время бросил Лисандру первую монетку:

— Ну что, Лисандр, завтра всё в силе?

— Конечно, друзья! — ответил Лисандр, укладывая свою лютню в чехол, — приходите пораньше, ещё сыграемся перед выступлением.

Люди ещё какое-то время не расходились, переговариваясь между собой и наблюдая за тем, как Каверн с Лисандром занимались погрузкой вещей в телегу, занося в неё стол, бочку и передавая Фарену различные мелкие предметы.

Возвращаясь домой, Каверн не мог удержать эмоций.

— Вот это было здорово, столько народу сразу подошло! Завтра на открытии корчмы будет толпа!

— Жаль только, на площади в основном были женщины, да старушки, — отозвался Лисандр вполоборота со своего места возничего, — кто же ещё ходит за покупками, пока их мужья работают. Расскажут ли они своим мужьям потом о нас — это мы ещё посмотрим.

— Ну вот, одна бабка расскажет другой, и наша корчма прославится. Им же пивчище Дрогана понравилось вроде.

— Я вижу проблему в том, что всё закончилось быстро, — заметил Фарен, — солнце ещё высоко: сколько людей ещё придёт на площадь, а нас там уже нет.

— Да, у нас так всё здорово вышло, что как бы это не сыграло против нас, — согласился Лисандр.

— Всё вышло так замечательно, что я и представить не мог, — сказал Каверн, — мы рассказали о себе городу. И хоть мы быстро уехали, я уверен, что это стало главным событием дня.

Каверн улыбался. Несмотря на прагматичные замечания друзей, он оставался довольным.