Корделия. Часть 1. Фаворитка

Глава 6

Королевский дворец в ночи бала был ослепляющим чудовищем. Тысячи свечей отражались в хрустальных люстрах и золоченых рамах, заливая залы морем живого света.

Музыканты на хорах извлекали сладкие, головокружительные звуки. Воздух был густ от дорогих духов, пудры и возбуждения.

Войдя под руку с отцом в огромный бальный зал, я почувствовала себя крошечной щепкой, брошенной в бурлящий океан роскоши и чужих взглядов.

Скромное платье мгновенно затерялось среди фантастических тюрнюров, парчи и бриллиантов.

Знакомства сливались в калейдоскоп лиц: старые графини с оценивающими взглядами, юные дебютантки с перепуганными глазами, молодые кавалеры, чьи комплименты казались заученными и плоскими.

Я отвечала вежливо, сдержанно, но внутренний барьер был непреодолим. Этот лейтенант говорил только о скачках и был явно пьян. Тот юный барон пялился на мое декольте так, что хотелось прикрыться руками.

Я стала искать девочек. Но глазами я все время искала герцога Этьена де Верна. Среди этой мишуры его спокойная, мудрая фигура должна была быть маяком.

Но вместо этого ловила обрывки разговоров, витающих в воздухе, как ядовитые испарения.

Два пожилых сановника у статуи:

- ...говорят, Совет колеблется! Граф де Вольф настаивает на скорейшем решении в пользу Карла...

Знатная мистрис, томно обмахиваясь веером, говорила соседке. В ее глазах читалось не политическое предпочтение, а чисто женское восхищение:

- ...Этьен? Ну что ж, умный старик. Но разве может он сравниться с ним? С его энергией, его... харизмой?

Юная дебютантка с пылающими щеками восхищенно шептала подруге:

- Карл де Монфор... он здесь? О, я сгораю от желания его увидеть! Мама говорит, он опасен, но... он же так прекрасен! И храбр! Говорят, он вызвал на дуэль трех человек за один вечер на балу у герцогини!

Подруга ахнула:

- И победил всех? Он же бог войны! И взгляд у него... такой пронзительный! Говорят, он может покорить любую!

- Глупышки, – фыркнула проходящая мимо зрелая мистрис в изумрудах, но в ее голосе послышалась нотка... досады? Зависти? – Он покоряет, да. И бросает. Как игрушки. Но какая женщина устоит, когда он смотрит на нее? Этот взгляд... этот голос... Он знает свою силу, змей.

И она снова погрузилась в толпу, оставив после себя шлейф дорогих духов и горечи.

Эти разговоры, полные восхищения, страха и вожделения, кружились вокруг имени Карла де Монфора, как мотыльки вокруг огня.

Он был не просто политиком – он был легендой, соблазнителем, опасной стихией. И эта атмосфера всеобщего помешательства на нем угнетала. Где же Этьен? Его трезвый разум был так нужен здесь!

Наконец я его заметила. Когда уже нашла Изабель, Жюли и Одри. Они щебетали, делясь своими восторгами и сплетнями, а я нашла глазами его.

В окружении приближенных, со своей женой, которая держала его под руку и улыбалась тому, кто как раз что-то им говорил. Я с любопытством ее рассматривала. Именно такой я ее и представляла. Пожилая мистрис, полная достоинства и стати, но глаза такие же добрые и мудрые, как у Этьена. В них светилась мягкость и уверенность счастливой женщины.

И я ей позавидовала. Конечно, замужем-то за таким человеком! Я бы тоже светилась счастьем.

Ах, почему у нас с герцогом такая разница в возрасте? Вот бы мы оба были свободными! Единственный человек, мысль о браке с которым не пугала, а заставляла сердце сладко сжиматься.

Даже в его нынешнем возрасте я бы не отказалась от брака с ним. Если бы… если бы… И тут я пришла в себя и одернула. Он женат, давно и прочно. Нашла о чем мечтать! Если бы он изменял жене и засматривался на юных профурсеток, я бы первая перестала его уважать.

Подойти и выразить свое восхищение, а пуще – задать профессору вопросы и поговорить с ним о некоторых постулатах, тут не представлялось возможности. Герцог был окружен людьми в несколько кругов. Каждый подходил к нему, чтобы что-то сказать.

Но я все же решила подобраться к своему кумиру как можно ближе. Возможно, услышу обрывки разговоров, его магнетический голос.

Но пока я до них добиралась, чета де Верн исчезла. Покинули бал, с разочарованием услышала я от других.

Сразу стало скучно, и, несмотря на обилие красок и драгоценных камней, блекло.

Самого интересного человека Ассурии на балу нет, так чего тут тогда делать?

И вдруг – будто сама энергия бала сфокусировалась в одной точке. Шум в дальнем конце зала стих, сменился возбужденным гулом. Толпа расступилась, как море перед форштевнем могучего корабля.

Появился он. Карл де Монфор.

Не просто вошел – он ворвался в зал на волне собственной необузданной энергии. Высокий, плечистый, в генеральском мундире, который сидел на нем как влитой, подчеркивая атлетическую стать.

Каштановые волосы были слегка растрепаны, будто он только что соскочил с коня. Лицо – резкое, с высокими скулами и упрямым подбородком. Но главное – глаза.

Карие, яркого оттенка, с красноватым отливом как вишня на солнце. Острые, насмешливые, невероятно живые. Они скользили по залу, мгновенно оценивая, классифицируя, владея.

И улыбка. Хищная, уверенная в себе до дерзости, обещающая и предупреждающая одновременно.

Я внутренне охнула. Это же тот офицер на речке! То есть, выходит, что генерал. Вот мне неуд по атрибутике военных чинов. И лицо… мне тогда показалось смутно знакомым. Как я могла не узнать Карла де Монфора, чьи портреты периодически печатал вестник?

Да, стоило признать, внешность у него была волнующей. Это было понятно и по литографиям. Но они не передавали той ауры и харизмы, которая расходилась от него как круги по воде на несколько закров*, при личной встрече. Он действительно выделялся… даже среди всех.

Вокруг него мгновенно сформировалась свита – молодые офицеры, щеголи, несколько ослепительных мистрис, смотревших на него с обожанием. Он что-то сказал, громко рассмеялся – его смех был низким, грудным, заразительным, заставляя смеяться и других.