Корделия. Часть 1. Фаворитка

Глава 24

После обеда Карл вывел меня из зала и передал двум стражникам, ожидающих его приказа.

- Я думаю, на сегодня тебе хватит. Отдыхай, дружочек. Я ужинать буду поздно, в своих покоях. Буду рад, если составишь мне компанию.

Я вздрогнула от мысли, что последует за ужином, но поспешно сказала, склонив голову:

- Конечно, Ваше Величество, я с удовольствием к вам присоединюсь.

- Не надо бояться, Корделия. Я не буду торопить тебя, как и обещал. Мне нужна твоя страсть, а не страх, – не укрылась от него моя реакция. – Но позволь дать тебе совет.

- Конечно, Ваше Величество, – я подняла на него вопросительный взгляд. – Совет от короля я не могу оставить без внимания.

Я улыбнулась, и Карл ответил улыбкой.

- То, что сказала Изабель… Ее слова не забудут и всегда будут помнить.

Я помрачнела, но Карл не ждал от меня оправданий. Продолжил:

- Поэтому лучше для тебя будет прилюдно показывать свою благосклонность ко мне. Чтобы ее слова не имели подтверждения.

Он поцеловал мою руку, задержав в своей.

- А теперь мне пора откланяться, дела, – он кивнул в сторону стражников. – Это твои стражники. Всегда ходи с ними. Вечером за тобой придет тот же слуга, что и вчера. Больше пока никому не доверяй, Корделия. Отдохни сегодня. Завтра я покажу тебе сад.

- Спасибо, Ваше Величество, я так и сделаю, – присела я в реверансе.

- Не забудь, что наедине я для тебя Карл. Когда придешь на ужин, я не хочу слышать обращение Ваше Величество.

Ответа не требовалось. Он протянул руку к моему лицу, погладил за подбородок и ушел, оставив стражникам.

Они проводили меня до покоев. Прежде чем мне дали пройти, один зашел и проверил комнаты. Потом меня впустили.

- Мы будем за дверью, – сказали мне.

Я кивнула и, наконец, осталась одна. Сейчас мне моя комната казалась не клеткой, а убежищем. Я устала за эти несколько часов так, как никогда не уставала. Мне никогда раньше не приходилось отбивать удары с такой интенсивностью и держать лицо, излучая спокойствие и уверенность, совершенно их не чувствуя.

Мысли вернулись к ужину с Карлом. Что меня ждет? Как мне себя с ним вести? Выбора у меня особо нет – надо с ним налаживать мосты.

Я сегодня ясно поняла, что хоть он и является той причиной, по которой я тут оказалась, также он является и моим единственным и главным защитником. Против которого никто не пойдет.

И моя задача – если я хочу выжить в заданных условиях (на которые я пока не могу повлиять, не накопив ресурсов и не имея преданных людей), – чтобы Карл хотел бросаться на мою защиту как можно дольше и также рьяно, как сегодня.

Мои мысли прервал стук – пришли служанки, чтобы помочь переодеться и принять ванну. Когда все было готово, последовал вопрос:

- Будут еще пожелания, мистрис Корделия?

Я же в это время приглядывалась к девушкам. Это были те же две девушки, что утром. Из слов Карла я сделала вывод, что слуги пока окружать меня будут одни и те же, которых выбрал и приставил Карл.

Девушки были невыразительны и хорошо вышколены. Не поднимали глаз, не выдавали эмоций, послушно и ловко выполняли то, что от них требовалось. Одна была чуть постарше, и поэтому лучше владела собой – не позволила ни одной эмоции проявиться на лице. Вторая была совсем юной, а потому изредка я ловила на себе взгляды дружелюбного любопытства.

- Нет, спасибо… не знаю ваших имен… – вопросительно обратилась я к ним.

- Лаура, – сделала книксен старшая.

- Томми, – повторила за старшей младшая.

А я с грустью вспомнила Марту. Как она там? Переживает, наверное.

- Лаура, Томми, вы свободны. Впрочем… скажите, а с кем я могу передать записку? В дом, своим слугам. Хочу успокоить, что у меня все в порядке. У нас теплые отношения, слуги у нас живут с моего детства. И знаю, что волнуются за меня.

- Можете передать мне, – с улыбкой вызвалась младшая. – Я знаю, кого послать. Всё будет сделано в лучшем виде, мистрис Корделия.

- Хорошо, спасибо, Томми. Тогда зайди через час.

- Да, мистрис, – просияла младшенькая.

- Если вам что-то понадобится, подергайте за шнур, – указала взглядом Лаура на яркий красный шнур, висевший в углу.

Я кивнула, и девушки убежали.

Через час, когда я после ванны ждала Томми, написав записку, я сидела перед разложенными передо мной безделушками, что взяла из дома.

Когда девушка пришла, я передала ей записку с указанием, кому и куда передать. Не запечатывала, конечно. Я не настолько наивная, чтобы не понимать, что вся корреспонденция во дворце проходит через тайную службу безопасности. А слуги должны доносить им сведения о почтовых отправлениях.

- Томми, посмотри, - указала я девушке на разложенные побрякушки. – Мои украшения, что я из ностальгии взяла из дома. Но во дворце их уже не поносишь, слишком бледно для дворца, - я усмехнулась. И с мечтательной улыбкой добавила: – к тому же Карл… то есть Его Величество надарил мне уже столько дорогих украшений… – я глупо хихикнула, как хихикнула бы влюбленная дурочка. – Если хочешь, выбери себе что-нибудь из этого. Мне будет приятно, если кому-то они подарят радость…

Я с грустью посмотрела на милые когда-то сердцу безделицы. Конечно, тут не было самых любимых и памятных, вроде маминого жемчуга и того, что папа подарил мне на бал. Но для Томми и это были сокровища.

Глаза ее азартно заблестели. Но она все же робко сказала:

- Это дорогие подарки. Нам нельзя. Да и я еще ничего для вас не сделала…

- Но тебе еще долго мне прислуживать. Надеюсь, ты не из тех, кто считает, что я завтра исчезну отсюда? – усмехнулась я.

- Нет, конечно же нет, мистрис Корделия, – заверила меня Томми. – Его Величество еще никем так не увлекался… ой, я наверное, не то говорю…

- Ну почему же. Мне приятно это слышать, – посмеялась я. – Поэтому нам с тобой еще часто встречаться. Порадуй себя, дорогая. Мне было бы приятно видеть на тебе свои сережечки. Как тебе, вот эти нравятся? – показала я на одни, с яркими камушками. Именно на них останавливался взгляд Томми. – Или, может, эти? Или вон те…