Корделия. Часть 1. Фаворитка

Глава 45

Утром, несмотря на ранний час на рассвете, все высыпали смотреть на отъезд Амелии де Веймер. Слухи разносятся быстро, ведь именно я их и пустила.

Зачем? Чтобы показать, что бывает с теми, кто пойдет против любимой фаворитки короля. В качестве предупреждения. Что король может охарактеризовать их как действия против него.

С одной стороны, мне больше не хотелось наблюдать таких сцен и делать выбор между казнью и чем-то еще, с другой – лишним обезопасить себя на следующий раз тоже не будет. Ведь может случиться такой момент, что я не смогу справиться с опасностью. Невозможно быть настороже каждую минуту, и лимит везения тоже не бесконечен.

Я тоже явилась на проводы. Подошла к Амелии, в ее глазах сейчас горела лишь ненависть.

- Пришла позлорадствовать? Я должна тебя поблагодарить, но не буду, – буркнула она.

- Нет, я пришла, чтобы поблагодарить тебя.

Она непонимающе подозрительно посмотрела на меня.

- Отойдите, мне надо сказать графине де Веймер пару слов, – сказала я слугам.

Но дала знак своим стражникам быть наготове.

Потому что прекрасно понимала, что последует за моими словами.

Когда слуги, повинуясь, отошли, я сказала:

- Я пришла поблагодарить тебя за то, что ты сделала за меня – я не знала, как мне влезть в политику, чтобы влиять на Карла еще и в политических вопросах. Не придешь же на Совет просто так, – я издала смешок. – Ты все сделала за меня, спасибо. Теперь я знаю свое влияние на Карла во всех вопросах. Вернее, узнала, что предела этому влиянию нет. Так что теперь я политическая фигура на шахматной доске Ассурии. Благодаря тебе. Спасибо.

Я улыбнулась Амелии, а она не смогла сдержать себя в руках. Ненависть, зависть затопили ее с головой, она бросилась на меня, выставив вперед ногти, желая разорвать меня ими на части. Лицо ее было перекошено, изо рта брызгала слюна.

Стражи тут же перехватили ее, она бесновалась в их руках, как демон, которого изгоняют из тела. Ее корежило, изо рта неслись проклятья.

Я развернулась и с улыбкой победителя отправилась во дворец, одаривая взглядом тех, кто с любопытством наблюдал за этой сценой. В восточном крыле королевы в окне дернулась штора. Что ж, надеюсь, на какое-то время мои враги затаятся, и меня ждет передышка.

Вчера Карл, сразу после Совета, прежде чем отпустить от себя, сказал, что мое присутствие украсило совет и было приятно отвлечься.

Я кокетливо посмеялась:

- Если позволите, Мое Величество, я буду иногда отвлекать вас и суровых мужей от ваших серьезных дел. Не часто, но приятным сюрпризом.

Тогда Карл посмеялся и согласился.

Что ж. Переждав бурю, и исполняя данное обещание, какое-то время не взывать к Карлу Великодушному и не лезть в политику, я дождалась подходящего момента, когда на политической арене царил штиль, и предприняла уже свою первую самостоятельную вылазку.

Заранее отдала приказы в кухне, чтобы приготовили то, что я прошу. И, одевшись довольно легкомысленно, и прихватив официантов, ворвалась в зал Совещания.

- Уважаемые мистры, и Ваше Величество, – объявила я, ставя тяжелую корзину на стол, пока официанты разносили и ставили перед мужчинами бокалы с освежающим лимонадом. – Властью, данной мне богиней милосердия, в своем лице я объявляю перерыв, чтобы перекусить и освежиться. А то ваш пар из ушей уже видно из окон с улицы.

Я раскрыла корзинку и доставала оттуда блюда с приготовленной закуской, которая вызывала слюноотделение своим видом. Конечно же я заранее узнала о пищевых пристрастиях членов Совета и аллергии на продукты, чтобы выбрать то, что придется по вкусу всем. Настоящая разведка!

И сейчас перед мужами на тарелочке лежали закуски всех вкусов: сливочный, мясной, сладковато-соленый, кисло-сладкий. Все закуски рассчитаны на один-два укуса, не крошатся, не капают, не оставляют жира на пальцах или губах. Надеты на шпажки для удобства.

Тончайшие ломтики запеченной грудки индейки, аккуратно свернутые в рулетики. Внутри – воздушный сливочный сыр, смешанный с мелко порезанной вяленой клюквой и крошечной щепоткой апельсиновой цедры для свежести.

Выложенные на поджаренных хлебцах небольшие кружочки груши. На них – ломтик изысканного бри, сверху – крошечная капля густого бальзамического крема и тонкий срез ломтика инжира.

Тонкие ломтики вяленых томатов и нежного мягкого козьего сыра с добавлением трав, аккуратно свернутые вместе в маленькие розочки, наколотые на зубочистки.

Крошечные, идеально круглые запеченные фрикадельки из телятины на шпажках, с каплей прохладного сливочно-сметанного соуса с ноткой имбиря и укропа.

И крупные, сладкие виноградины без косточек, обернутые в очень тонкий и хрустящий ломтик бекона. Запеченные до хруста и слегка смазанные перед запеканием кленовым сиропом для карамельной нотки.

Не придраться!

А кто придерется, будет иметь дело с королевским поваром, который самолично подобрал меню, мстительно подумала я.

Посмотрела на реакцию Карла. Он взирал на мое самоуправство благосклонно. Пока его всё забавляло.

- Соблазнительно, – кивнул Карл, беря шпажок с рулетиками. – Мистры, последовать примеру! Пять минут – и снова в бой, – он жестом разрешил присутствующим подкрепиться.

Карл не стал прерывать Совет, дав пять минут на первое насыщение, а потом все остальные перекусывали во время дебатов. Меня не прогоняли, и я под видом ухаживания за Карлом и уборкой посуды, слушала что говорят.

Министр финансов, граф де Линьи, сухой и непреклонный, как счетная книга, отстаивал каждую монету, предлагая урезать «несущественные расходы».

- ...и особенно расточительна Королевская Библиотека! – провозгласил де Линьи, тыча пером в развернутый свиток. – Переплетные мастерские поглощают золото, как бездонная бочка! Новая кожа, золотое тиснение, шелковые закладки... Для чего? Чтобы сдувать пыль с фолиантов, которые никто не читает! Предлагаю сократить их содержание вдвое. Экономия – пятьсот велиров* в год!