Корделия. Часть 1. Фаворитка

Глава 54

Прошло несколько месяцев после предательства де Вольфа.

Карл стал замкнутым и неулыбчивым. Теперь он был мало похож на того короля-Солнце, который взошел на престол. Его свет не согревал и не освещал своим сиянием всё вокруг как раньше. Он скорее ослеплял и грозил обжечь. Стал больше похож на огонь.

Злая ирония заключалась в том, что именно своим предательством и смертью, Вольф добился своего и сделал из Карла того, каким хотел его видеть.

Лишь еще наедине со мной Карл позволял себе расслабиться и улыбнуться. Тогда его лицо смягчалось и в нем проявлялись ранние черты.

И моей задачей теперь стало взывать к старому Карлу, вытаскивать его на свет божий и напоминать самому королю, что он может быть и таким. Заставлять его улыбаться и поднимать ему настроение.

Но Карл менялся, и отношение ко мне тоже не могло не измениться. Впервые я это почувствовала, когда новая фрейлина королевы, баронесса Флавия де Шрейден, бросила в мою сторону нелепые, но опасные обвинения.

Она появилась во дворе четыре месяца назад. Красивая, бойкая, громкая и острая на язычок, она быстро завоевала расположение двора. Королева и король тоже благосклонно к ней относились. Да, даже Карл ни разу не осадил ее, одаривая своими знаками благосклонности.

Не то чтобы Карл проявлял мужской интерес, но к ней он относился снисходительно. Не как к остальным.

И, видимо, она посчитала это поводом для того, чтобы открыть военные действия против меня. Эта змея вывернула все мои начинания, переводя их из безопасных в опасные.

Защита библиотеки? Возможно, там прячут крамольные тексты! Школы для девочек? Рассадник вольнодумства! А моя деятельность истолковывалась как скрытая критика решений Карла или даже саботаж.

Я решила не защищаться. Иначе я придам ее обвинениям статус чего-то серьезного. Я ждала, что Карл осадит ее как обычно, когда она высказала что-то подобное на обеде, заступившись за меня. Но он перевел на меня взгляд и посмотрел, ожидая ответа.

- Что вы на это скажете, Корделия? – задал он вопрос, поскольку я молча выразительно на него посмотрела.

- А я должна на это что-то отвечать? – задрала я удивленно брови. – Никогда не комментирую глупости, чтобы не придавать им значение. Но раз вы, Ваше Величество, спрашиваете, то отвечу так. Пусть эта мистрис идет поработать переплетчиком. На месяц… Нет, три. Лишившись содержания и возможности обращаться к своему имуществу и помощи родственникам. Живет чисто на жалование.

Я окинула взглядом королевский стол:

- И не кормить ее во дворце. Пусть сама себе еду покупает. Ну или милостыню просит, может, подадут за красивые глазки. А потом следующие три месяца поработает в школе для девочек. И учит их чему пожелает нужным. Ну, если у нашей мистрис Флавии есть какие-то знания. Потому что без них ее там держать никто не будет. И можно даже бесплатно. Раз ей кажется, что им так много платят. Пусть потрудится на благо государства бесплатно?

Слушая мой злой спич, у Карла брови поднимались всё выше и выше, пока не достигли предела возможностей.

- Корделия, вы всегда славились своим милосердием, – удивленно заметил он. – А сейчас… За что мистрис Флавии такое жестокое наказание?

- Наказание? Жестокое?

Если до этого я почувствовала лишь раздражение, то сейчас во мне вскипел гнев.

- В чем жестокость? В чем наказание? Переплетчики и учителя такие же люди королевства, как и все. Напомню, мой отец был работником канцелярии. Судя вашей логике, он был наказан? Знаете, что-то у меня пропал аппетит. Прошу прощения, я вас покину.

Я встала и направилась к выходу.

- Сядьте! Я не отпускал вас, мистрис Корделия, – приказал Карл.

А я проигнорировала.

У выхода, повинуясь жесту Карла, охрана перекрыла мне выход. Хотя в их глазах я заметила плохо скрываемое восхищение.

Карл встал из-за стола и нагнал меня. Вместе мы вышли из зала. Карл завел меня за первую попавшуюся дверь. Явно для разборок.

Но я напала первой.

- Что это было, Карл?

- Это ты меня спрашиваешь, Корделия? Это я хочу у тебя спросить, что это такое было? – возмущенно спросил он.

- Что это? – переспросила я. – Что за обвинения такие?

- Люди говорят, Корделия. О том, что ты используешь мое влияние, мою благосклонность к тебе, чтобы укрепить свое влияние в государственных вопросах.

- И что? Ты когда меня изначально выделил, людям это не нравилось. Но тебе было плевать. Ты всегда игнорировал нападки в мою сторону. Что изменилось сейчас?

Карл отступил, отведя взгляд.

- Меня предали. Вот что случилось, – тихо сказал он. – Мое доверие подорвали.

- Я преданна вам, мой король, телом и душой. Говорила это, и ничего не изменилось, – сказала я.

Карл смягчился и протянул руку:

- Иди сюда. Ладно, не обижайся, моя звезда.

Я прижалась к Карлу, слушая, как неровно стучит его сердце.

- Сильно обиделась? – спросил он.

- Ну так… Да, если честно, было обидно, – призналась я. – Именно из-за твоей реакции.

- Ну, прости. Как мне заслужить твое прощение? Что пожелает королева моего сердца?

- Есть у меня одно желание. Давно зреет, – я чуть отстранилась и задрала голову, заглядывая ему в глаза. – Помнишь нашу ночь, которую мы провели на крыше и смотрели звездопад? И мы были счастливы…

- Конечно, помню, Корделия, – тепло улыбнулся Карл. – После этого твоя крепость, наконец, пала.

Он крепко прижал меня к себе, сминая за бок.

- Давай повторим? Сегодня хорошая погода, безветренная. Звезды будут яркие. Устроим пикник на крыше? Я приготовлю корзину со снедью и проведем на крыше ночь? М?

- Замечательная, идея, – похвалил меня Карл. – Готовься, я зайду за тобой, как освобожусь.

- Отлично. Я буду ждать, – радостно улыбнулась я.

- А теперь, в знак примирения, поцелуй.

Карл потянулся за поцелуем. Он был полон раскаяния и нежности. Карл не утверждал свое право на меня, как делал обычно, а выпрашивал прощения, предоставляя мне инициативу.