Корделия. Часть 1. Фаворитка

Глава 57

О том, что он ненадолго прибыл в Ассурию, я узнала случайно, и лишь встретив его лично во дворце.

Увидела и глазам не поверила. Это точно он? Этьен де Верн? Тут? Но почему я не знала? Никто об этом не говорил…

Увидев его, я встала как вкопанная, с восторгом на лице.

- Ваша Светлость… Профессор Этьен! – не смогла я сдержать эмоций. – Вы тут?

За это время он мало изменился. Передо мной стоял таким, каким я его запомнила. Лишь южный загар въелся в кожу.

Этьен де Верн грустно улыбнулся.

- Надо же, во дворце кто-то зовет меня профессором.

- Я читала все ваши лекции! – воскликнула я с восторгом. – К сожалению, не удалось на них побывать. Только на одной, во дворце искусств перед коронацией.

- Последней…

- Да, – печально опустила я голову.

- Я вас помню, – вдруг сказал он. – Вы с отцом приходили провожать меня, когда я отбывал в Халифат. Стояли в отдалении.

Мое сердце затрепетало от восторга. Он нас запомнил! Увидел и запомнил!

- Да, мы не могли не прийти. Мы с папой… были вашими поклонниками, – нашлась я как выразить то, что было до того… до того как…

- Кто ваш отец? Я с удовольствием бы с ним встретился, поболтал за ужином, – с мягкой улыбкой спросил Его Светлость.

- К сожалению, он умер. Сразу после…

- Мне жаль. А вы…

- Так я оказалась во дворце. И стала любимой фавориткой Его Величества Карла Второго, – вызывающе сказала я.

Ждала осуждения. Но в глазах Этьена промелькнуло сочувствие и сожаление. Но он не унизил меня им. Сказал приветливо:

- Тогда могу я пригласить вас к нам с супругой на ужин? Например, сегодня?

В моих глазах зажегся восторг. Я буду ужинать с самим Этьеном?! Господь всемогущий…

Сегодня во дворце давали бал в честь победы Ассурии над Цензинией. Но по такому случаю я бал пропущу, даже не задумываясь, хоть Карл и будет недоволен.

Но прежде чем я выпалила трижды «да», за спиной раздалось холодное:

- Нет. Она не может. Корделия сегодня ужинает со мной.

Я обернулась. Карл стоял за спиной и смотрел на нас холодно, без улыбки.

А ничего что сегодня бал? В честь его победы? Или в пылу гнева Карл забыл об этом.

- Тогда, может быть, завтра? – с мягкой улыбкой спросил Этьен.

- Нет. И завтра она тоже ужинает со мной. И все дни.

Это был категоричный отказ.

Я поникла. Грудь сдавили боль и обида. Этьен задержал взгляд на Карле, потом на мне.

- Что ж, тогда спешу откланяться. Мистрис Корделия, было приятно познакомиться. У Его Величества отменный вкус – вы украшение этого двора.

Этьен учтиво кивнул и ушел.

Я повернулась к Карлу и смерила его взглядом, в котором сказала все, что я о нем думаю.

Хотела уйти, но Карл мне не дал. Подскочил, прижал к стене, нависая и придавливая своим сильным телом.

- Ты так восторженно смотришь на него… Как никогда не смотрела на меня. Словно твой возлюбленный он, а не я… Почему я не заслужил хоть каплю того восторга, что вызывает у тебя он?

Он стал покрывать меня жадными злыми поцелуями-укусами, словно ставя метки. Руками залез под юбку, до боли сжимая бедра сильными руками. Которые сейчас хотели причинить мне не удовольствие, а боль.

- Мне больно, – прошипела я.

- Будь осторожна, Корделия. Я прощу тебе многое. Кроме измены… – предупредил он.

Он еще помял меня, оставив укус на видном месте в декольте, и отпустил.

Я даже не стала спрашивать, почему Карл не сказал мне о визите в Ассурию Этьена, которого я боготворила, и Карл знал об этом. Причина стала очевидна. Именно поэтому.

На бал собиралась с тяжелым сердцем. Не хотелось.

От мысли, что этот вечер я могла бы провести в компании своего кумира… у него дома… познакомиться поближе… Хотелось рыдать, как я не рыдала, наверное, после смерти отца.

Эта встреча разбередила старые раны. Вернула меня на годы назад. В прошлое, где был жив папа, была жива надежда. Когда я смотрела в будущее с предвкушением и улыбкой, а не со страхом.

Но увы. Этьен де Верн отказался от трона, тем самым перечеркнув мое будущее.

Но я все равно не могла винить его в этом. Ведь он не мог знать, какие последствия будут нести его действия для какой-то неизвестной ему Корделии Фавриль.

Наверное, у него были свои причины для такого решения. И мне хотелось бы узнать о них. От него самого, из первых рук. Но, судя по всему, такая возможность мне в ближайшее время не предвидится.

На балу моей отдушиной послужил Таймин де Коммон. В последнее время мы очень сблизились. У Таймина был спокойный веселый нрав, и мне так этого не хватало в жизни, как солнца в холодную долгую зиму.

Меня согревали его улыбки и веселые замечания. Мы не так часто виделись, но каждая встреча оставляла согревающую искру в душе, словно пойманный солнечный лучик в осенней листве.

Сегодня на балу благодаря его ухаживаниям и веселым шуткам, я отогрелась, и боль, вызванная поведением Карла при встрече с Этьеном, стала растворяться. На душе еще бултыхался мутный осадок, но тупая ноющая боль отступала.

Внезапно по затылку прошелся мороз. Я оглянулась и встретилась со стеклянным взглядом Клеврона д'Арманьяка. Вздрогнула непроизвольно.

Таймин заметил:

- Корделия, что случилось? Ты изменилась в лице.

- Д'Арманьяк… – прошипела я. – Как Карл додумался пригласить его на бал? У меня от него мороз по коже.

Таймин поджал губы. Он тоже его недолюбливал. Хотя кто его не недолюбливал? Думаю, его ненавидели и боялись все здесь находящиеся. Я заметила, что все избегают встречаться с ним взглядом.

- Сегодня он также следит за порядком со своими ястребами, – сказал Таймин. – На балу много послов. Карл хочет, чтобы все прошло безупречно.

Да, бал в честь победы над Цензинией должен пройти безупречно. Карл одержал победу. А за ней следуют и другие. Ассурия доказывает всему миру свою военную мощь и величие. И всё благодаря твердой руке управления нашего короля. Поэтому Карлу есть что праздновать.