В моих мирах надежда — форма лжи,
А милосердье — лишь предсмертный бред.
Здесь души платят плотью за миражи,
И веры нет, и оправданий нет.
Я — Глубокий. Я вскрываю ваш финал,
Сжигая смыслы, что вы звали «свет».
Я резал волю, как живой канал,
Там, где для эха даже стенок нет.
Здесь нет спасенья. Звуки и слова
Мертвы в устах, не ставши и мольбой.
Предательство — здесь форма родства,
Любовь — расчет убийцы над тобой.
Герои здесь — лишь топливо для мглы,
Их имена — лишь удобренье праха.
Все «праведники» изнутри гнилы,
И маски вросли в лица без страха.
Я не судья. И я не жду вины.
Я — тишина, что следует за криком.
Я — пульс в крови обескровленной стены,
Я — пустота в её застывшем лике.
Не ищите свет. Его здесь не найти.
Он выдуман для тех, кто слаб и болен.
Я строю трон на костяном пути,
Из тех, кто верил, будучи не волен.
И если чувствуешь внутри могильный лед —
Гордись, ты догораешь, ты живой.
В Бездне лишь тот, кто в пепел перейдет,
Обрел финал и истинный покой.

Отредактировано: 09.02.2026