Начинается с точки. С едва уловимой черты.
Один взгляд, один вдох — и ловушка захлопнулась немо.
В арифметике боли мы оба фатально пусты,
Но любовь — это корень, вонзающий в разум дилемму.
Был один — стало двое. Простой, изначальный расчет.
Но прогрессия тьмы не прощает линейного шага:
Каждый миг ожиданья теперь в сорок раз тяжелей,
И в геометрическом росте гниет под пером бумага.
Раз — это нежность.
Четыре — предчувствие зла.
Шестнадцать — в зрачках распускается черная роза.
Любовь — не тепло, это выжженная дотла
Анатомия страха в смертельных, двойных дозах.
Писатель ломается там, где масштаб не объять,
Где графики чувств улетают в бездонное «выше».
Он хотел описать, но он вынужден лишь наблюдать,
Как Бездна в прогрессии рушит и стены, и крыши.
Это множится в теле: изгиб, метастаза, квадрат.
Каждый стон возведен в неминуемую степень.
Там, где раньше был сад, — ледяной, математический ад,
И любовь — это самый надежный и множимый ценник.
Мы не делим печаль. Мы её умножаем на «ноль»,
Получая в итоге бескрайность слепого пространства.
Геометрия тьмы — это чистая, симметричная боль,
В своем бесконечном и страшном непостоянстве... зараза .

Отредактировано: 09.02.2026