Король Артур. Другой сборник

23

 Когда Лея вывела под руки дрожащую слабеющую и разбитую душою Моргану после разговора с Артуром, сердце Мерлина зашлось в кровавой жалости к фее. Она не заслуживала такого обращения, такой жизни и такой бесконечной боли, но жизнь, словно бы издеваясь, отводила душу на этой женщине.

Мерлин, не говоря ни слова, подхватил Моргану с другой стороны и повёл через залу. На выходе столкнулся с Ланселотом и заколебался – достаточно ли рыцарь ответственен для того, чтобы проводить эту хрупкую жизнь до её покоев? Мерлин решил, что достаточно, и, передав Моргану ему и Лее, захлопнул дверь перед какой-то придворной дамочкой.

Друид был против насилия, в любой его форме, но и у него бывали моменты, когда желание ударить кого-нибудь было сильнее положенного чувства справедливости и мудрости.

Мерлин прошёл через залу, вошёл к Артуру и увидел выворачивающуюся из хватки короля Гвиневру.

-Артур! – громогласно позвал друид и король оглянулся:

-А, это ты! Как Кармелид?

Гвиневра, воспользовавшись отвлечением Артура, всё-таки выскользнула из его объятий и прошелестела юбками возле друида, уносясь в двери. Лицо королевы было пунцовым от стыда, слёз и ярости.

Мерлин проводил её взглядом и, когда она исчезла, сурово обратился к своему воспитаннику:

-Ты что творишь? Ты как смеешь обращаться так с Морганой и Гвиневрой?

Артур нахмурился, и во взгляде его скользнуло опасное пламя злости.

-А как смеешь ты, друид, так говорить с королём? – спросил он, и у Мерлина в глазах потемнело от ненависти. – Ступай и займись Леодоганом, если не хочешь, чтобы я подумал, что и ты в заговоре с предателем-Уриеном!

Мерлин взял себя в руки и холодно спросил:

-Ваше величество сомневается во мне?

-Моё величество сомневается в каждом! – рявкнул Артур. – В этом замке много предателей! У трона много вредителей! Я не уверен, что не входишь в их число!

-Можешь пытать меня, казнить и делать, что вздумается, - клокоча от ярости, ответил Мерлин, - если всего, что я сделал для тебя, для Камелота и твоего отца не идёт в счёт, ты волен поступать, как считаешь нужным. Но никогда…

Артур хмуро взглянул на него, поражённый неожиданно грозным тоном друида.

-Никогда, слышишь? Не смей поднимать руку на тех, кто слабее тебя! Ты должен быть защитником королевства, отцом и хранителем Камелота, ты должен заботиться о народе, а свою сестру, что носит наследника трона и жену беречь в особенности.

-Я забочусь обо всех! – сообщил Артур спокойно, - я забочусь, Мерлин. Я погорячился немного с Морганой, признаю! Но я забочусь о ней, не позволяя ей обманываться на счёт Уриена Мори!

-Какие благородные порывы, - рассмеялся Мерлин, опираясь на свой посох. – Артур, да каждая из твоих певичек, служанок твоих, королевы, и половина придворных дам знает, чьё имя ты повторяешь по утрам в полусне. Я говорил тебе, что это чужая любовь, не твоя, не нужная тебе! Но ты не только не слушаешь меня, так как пошёл в отца, но и губишь любые шансы на спасение собственной души.

-Мерлин, не доводи меня до греха! – Артур стиснул руки в кулаки, сжал зубы. – Мерлин, иди отсюда.

-Услышь меня, сын Утера! – Мерлин стукнул посохом об пол, и голос его прогремел, словно гроза, - услышь меня, Артур Пендрагон! Ты должен оставить Моргану жить своей жизнью и подчиниться воле рока! Ты должен вернуться к обязанностям короля!

В комнате словно бы потемнело, а может быть, это было лишь видение уставшего от бесконечных препирательств и требований короля? Не мог же воздух сгуститься в комнате и приобрести очертания знакомые, но ускользающие, размытые, но памятные? Или мог?

-Это ты послушай, - устало обронил Артур, - ты послушай, друид! Ты обещал покоряться мне. Ты приносил присягу…мне! И ты должен делать то, что я скажу. Я разберусь со своей сестрой и женой. И я разберусь со своими врагами. Если ты, Мерлин, не хочешь стать одним из них, из моих врагов, ступай к Леодогану! Я уже нахожусь на грани того, чтобы выслать тебя, честное слово!

-Вышлите, ваше величество! – поклонился Мерлин, разгоняя посохом тяжкий воздух. – Пожалуйста, вышлите! Я все дела передам…кому передать?

-Моргане, - отозвался Артур и смутился.

-Вы хотите, чтобы я перевёл на беременную женщину все дела королевства? – уточнил Мерлин, изгибая бровь в неповторимом движении. – Так?

-Нет! – испугался Артур, - нет, что ты! Я…в Совет передай! Там распределят.

-Между рыцарями? – хмыкнул друид и Артур сник. Он понурил голову и тихо сказал:

-Мерлин, я знаю, что я могу ошибиться. Останься со мной, я нуждаюсь в твоей помощи…

Мерлин благодушно улыбнулся, радуясь, что здравомыслие в короле осталось и побеждало.

-Но никогда…- свистящим шёпотом продолжил Артур, - никогда, слышишь? Не смей лезть в дела моего королевства! А теперь ступай к Леодогану, друид!

Моргана практически выставила Лею из своих покоев. Служанка беспокоилась, но фея настаивала, что Гвиневре сейчас её соседство нужнее, чем Моргане, и Лея подчинилась.

Этой ночью Моргана не спала. Она призывала магический зелёный огонь в своей комнате, помешивая что-то в чёрном котле и добавляя различные порошки и снадобья. Она шептала заклинания, резала коренья и перетирала сушёные травы для того, чтобы в котле образовалась прозрачная пузырящаяся жидкость, от которой исходил еловый аромат.

Моргана взяла котёл в руки с помощью ухвата и выплеснула его содержимое в тлеющий камин. Огонь вспыхнул изумрудным, бешеным, вьющимся пламенем и призвал тьму. Тьма закружилась в центре пламени и обрела медленно, затем взвилась до самого верха камина, обрушилась столбом вниз и вылилась в комнату.

Моргана подобрала подол платья, чтобы не обжечься и не испачкаться в тьме, из которой медленно поднимался пар, в котором возникала фигура…

Тьма приняла черты Мелеаганта и Моргана склонилась в приветствии.

***

Моргана выставила Мелеаганта только с рассветными лучами, проникшими в её комнату. До этого момента два новообретённых союзника беседовали об Уриене.