Король и его хищницы

Глава 1.

Трон ещё хранил запах крови.

Я стоял перед ним, чувствуя, как последние капли отцовской жизни впитываются в камень. Боевая броня ещё не опала — рубиновые пластины плотно облегали грудь, плечи, бёдра. Кожа под ними горела, но не от ран. От силы. От власти, которая теперь текла по моим венам гуще, чем пламя.

Хвост медленно качнулся за спиной, шипы — крупные, боевые — ещё не втянулись. Я провёл кончиком по полу, оставляя тонкую царапину на камне. Пусть видят. Пусть все видят, кто теперь сидит здесь.

Зал молчал.

Сотни глаз — инферны знати, военачальники, жрецы — смотрели на меня. И сотни тел одновременно склонились в поклоне. Крылья, хвосты, рога — всё опустилось ниже моих ног. Даже воздух, казалось, прижался к полу.

Я не спешил садиться.

Стоял и смотрел на них. На трон. На свои руки, ещё покрытые тонкой коркой рубиновой чешуи.

Отец.

Четыреста восемьдесят лет. Почти пять веков он правил Варденом. Я помнил его руки — твёрже камня, горячее лавы. Помнил, как он учил меня бить хвостом, как смеялся, когда я впервые сломал ему шип на мизинце. Я был щенком тогда. Сто лет назад.

Сегодня утром я воткнул ему меч под рёбра.

Он смотрел на меня. Глаза — красное пламя, выцветшее от времени — встретились с моими. Синее. Редкое. Проклятое. Благословлённое.

— Хорошо, — сказал он. И умер.

Я не закрывал ему глаза. Пусть смотрит в небо, пока слуги не унесут тело. Традиция есть традиция. Старый король не должен мешать новому. Даже мёртвый.

Где-то в груди кольнуло. Потеря? Боль? Я отбросил это чувство, даже не разглядев. Не сейчас. Не здесь.

Брат.

Три дня назад я стоял над ним. Раненым, злым, с оранжевым пламенем, которое едва теплилось в глазах. Валиант. Старший. Двести лет гордости и ненависти. Он должен был стать королём. Он готовился к этому всю жизнь.

Я помнил его лицо. Красивое даже в ярости. Широкие плечи, витые рога, как у древних королей. Он походил на отца. На того, каким отец был двести лет назад.

Я пошёл в мать. Тоньше костью, злее нравом, с синим огнём, который в нашем роду не появлялся уже тысячу лет. Выродок. Мутант. Избранный.

Валиант ненавидел меня с первого моего вздоха. Я помнил это — инферны помнят себя с рождения. Не картинками, чувствами. Холод. Свет. И два глаза надо мной — оранжевые, злые. Ему тогда было сто лет, он сам ещё был ребёнком, но уже понимал: я пришёл, чтобы отнять у него всё.

Он не ошибся.

— Ты слабее, — сказал я тогда на арене, наступив ему на грудь.

Он попытался ударить хвостом. Я перехватил его рукой — шипы впились в ладонь, пробили чешую, но боли я почти не почувствовал. Адреналин. Ярость. Победа.

— Заткнись, — прохрипел он. — Ты просто везучий щенок.

Я наклонился ближе. Синее пламя встретилось с оранжевым. Его дёрнулось, отпрянуло. Мой огонь горел ровно, холодно, уверенно.

— Везучий? Я сто лет тренировался, пока ты пил вино и трахал наложниц. Я каждый день выходил на арену, пока ты заседал в совете. Ты думал, трон достанется тебе по праву старшинства? В нашем роду нет такого права. Есть только сила.

Он дёрнулся. Я надавил коленом сильнее — хрустнуло ещё одно ребро.

— Отец не позволит тебе убить меня, — выплюнул он.

Я усмехнулся.

— Я и не собираюсь. Ты мне нужен живой. Чтобы смотреть, как я правлю. И знать, что ты слабее. Каждый день. Каждую минуту. Это больнее смерти.

Я поднялся и ушёл, не оглядываясь.

Тогда я ещё не знал, что через три дня мне придётся убить отца.

Мысль о Валианте дёрнулась в груди, и я поймал себя на том, что сжимаю кулак так, что ногти впиваются в ладонь. Где он сейчас? Зализывает раны в своих покоях? Плетёт интриги с недовольной знатью? Или просто сидит в темноте и проклинает день, когда мать родила меня?

Я отбросил эти мысли. Потом. Сначала — трон. Сначала — власть.

Я сделал шаг вперёд и сел.

Камень подо мной был горячим. Ещё хранил тепло отцовского тела. Я откинулся на спинку, расправил крылья — широкие, чёрные, — и позволил им накрыть подлокотники. Словно я сам стал частью трона.

Хвост лениво скользнул по полу, шипы тихо звякнули.

Взгляд скользнул по залу.

Склонившиеся головы. Рога. Хвосты, прижатые к полу. Крылья, сложенные в покорности.

Я, Рейвен Кор'Варр, король Вардена.

Синее пламя в глазах полыхнуло ярче.

— Встаньте, — сказал я.

Голос прокатился по залу, как первый удар грома.

Зал ожил.

Не сразу — сначала шелест, шорох расправляемых крыльев, тихий звон хвостов, поднимающихся с каменного пола. Инферны выпрямлялись медленно, будто боялись, что резкое движение заставит меня передумать.

Я смотрел на них сверху. Синее пламя в глазах отражалось в полированном камне стен, в блестящих рогах знати, в сотнях зрачков, которые теперь смотрели на меня снизу вверх.

Первый раз. Первый как король.

Среди них была она.

Моя младшая сестра.

Лиана вышла из толпы первой — я сразу узнал её походку. Лёгкую, скользящую, будто она плывёт над полом. Высокая, стройная, с длинными чёрными волосами, которые падали на плечи, как поток смолы. На ней было платье цвета моего пламени — глубокого синего, почти ночного, с рубиновой вышивкой по подолу. Она выбрала этот цвет нарочно. Чтобы все видели: она — моя сестра. И она гордится мной.

Хвост Лианы изящно обвивал её бедро, длинный, гибкий, с одним-единственным шипом на конце. Все во дворце знали этот шип. Она научилась владеть им раньше, чем мечом. И попадала с трёх шагов в глаз мухи.

Мы росли вместе. Она была единственной, кто не боялся моего синего пламени. Единственной, кто подходил ко мне после тренировок, когда кровь ещё капала с кончиков пальцев. Она была маленькой, когда я стал учить её драться. Теперь она сама могла бы учить других.

— Брат, — она остановилась перед троном и склонилась в глубоком, но плавном поклоне, — мой король.

Она выпрямилась и посмотрела мне прямо в глаза. У неё не было огня в глазах — только у избранных инфернов есть пламя, Лиана родилась без дара. Но её взгляд был острее любого лезвия.