Король-рогоносец

Глава 1 Две короны Людовика

Эта история напоминает волшебную сказку, чаще страшную, иногда сентиментальную, редко – смешную.

Начну, пожалуй, с Людовика I (или, по-венгерски, Лайоша), которого прозвали Великим за то, что он создал огромное государство, чьи берега омывались тремя морями – Адриатическим, Балтийским и Чёрным. Умный, образованный человек, и, по свидетельствам современников, ещё и весьма красивый, этот король владел библиотекой, состоявшей из множества томов, а к его двору стекались не только выдающиеся европейские художники, но и учёные.

Основными его владениями были Венгрия и Польша. Если первое королевство Людовик унаследовал от отца, Карла I Роберта Анжу-Сицилийского, то второе получил благодаря матери – Елизавете Польской.

Что касается Венгрии, то когда в 1301 году скончался Андраш III, последний король из рода Арпадов, у которого была единственная дочь, пылкие мадьяры возмутились: «По закону мы можем короновать только мужчину!» Тогда овдовевшая королева, Агнесса Австрийская, прихватив с собой кучу сокровищ и падчерицу, вернулась в родную Вену. Сокровища пополнили казну Габсбургов, а дочери Андраша предложили на выбор любой монастырь.

В результате мадьяры короновали трёхлетнего неаполитанского принца Карла Роберта, бабка которого была венгерской принцессой. Позднее он женился на сестре польского короля, которая родила ему трёх сыновей: Людовика, Андрея и Стефана. Как представитель Анжу-Сицилийской династии, боковой ветви французских Капетингов, Карл I Роберт имел право и на корону Неаполя, но отказался от неё в пользу дяди. Правда, поставил условие, что наследница неаполитанского престола выйдет замуж за Андрея Венгерского, второго из его сыновей.

После смерти Карла Роберта Венгрией фактически управляла его вдова Елизавета Польская. Причём королева-мать держала под контролем не только своих сыновей, но и их жён. По её настоянию новый венгерский король, шестнадцатилетний Людовик I, повёл под венец семилетнюю Маргариту Люксембургскую, дочь императора.

«Эта прекрасная партия обеспечит вам поддержку Карла IV!» – уверяла старшего сына Елизавета Польская.

Однако консумировать свой брак тот смог только спустя пять лет, а ещё через два года четырнадцатилетняя Маргарита умерла бездетной.

Но полька не унывала: «Андрей станет королём Неаполя, а Стефан унаследует корону Венгрии!»

Как оказалось, её оптимизм не имел под собой почвы. Правда, прожив почти десять лет в Неаполе, Андрей, наконец, женился на кузине и получил титул герцога Калабрии. Однако их брак не был счастливым. Джованна Неаполитанская всячески третировала своего мужа: «Какой он дикий и необразованный, настоящий варвар!» Готовясь к собственной коронации, она и не думала короновать Андрея. «Чтобы сохранить свою жизнь и свободу, мне, как видно, придётся бежать из Неаполя!» – пожаловался он в письме к матери.

«Андрея нужно спасать!» – решила Елизавета Польская. Забрав из венгерской казны 21 000 золотых и 72 000 серебряных монет, чтобы обеспечить поддержку сыну со стороны папы и неаполитанских аристократов, королева-мать отправилась в Италию. Летом 1343 она встретилась с Андреем в Беневенто. А вот невестка приняла её лишь спустя несколько дней и во время их встречи была в короне, желая сразу показать, кто здесь хозяин.

Хотя открыто Джованна I не возражала против коронации мужа, Елизавета вскоре поняла, что невестка просто тянет время. Королева-мать отправилась в Рим, а когда узнала, что папа находится в Авиньоне, снарядила туда своих посланцев с просьбой санкционировать коронацию Андрея. Вероятно, убеждённый венгерским золотом, святой отец обратился к сыну Елизаветы Польской как к «прославленному королю Сицилии» и призвал его к коронации.

Примерно в то же время полька приехала в Неаполь, и придворные герцога Калабрии сообщили ей, что узнали о заговоре с целью убийства их господина. Но когда она решила забрать сына, Джованна отговорила её, возможно, опасаясь, что Андрей вернётся с венгерскими войсками. Покидая Неаполь, мать подарила ему фамильное кольцо: «Его обладатель не может погибнуть от стали или яда!»

Но этот дар лишь внушил чувство ложной безопасности Елизавете Польской и её среднему сыну. Согласно легенде, когда Джованна однажды сидела за рукоделием, супруг спросил её:

– Зачем вы мастерите этот шёлковый шнурок, моя любимая и верная супруга?

– Чтобы повесить вас, ваше высочество! – ответила королева, не скрывая неприязни.

Однако Андрей, считая себя неуязвимым под защитой семейного талисмана, лишь усмехнулся.

Узнав о желании папы короновать его, группа знатных заговорщиков в Неаполе решила помешать этому. В ночь с 18 на 19 сентября 1345 года, когда герцог Калабрии вышел из спальни жены, он подвергся внезапному нападению. Слуга-предатель запер за ним двери, чтобы Андрей не мог вернуться назад. Джованна в своей постели, конечно, всё слышала. В прихожей завязалась драка: её муж яростно защищался и звал на помощь. Но силы были не равны и, в конце концов, его одолели.

«Если кинжал и яд его не берут, пустим в дело верёвку!» – решили убийцы.

После чего задушили свою жертву и, привязав шёлковый шнурок к его гениталиям, выбросили тело из окна.

Виновники этой кровавой драмы так и не были точно установлены. Узнав о гибели Андрея, на площади перед королевским дворцом собралась толпа, требуя наказания убийц и восклицая: «Смерть королеве-блуднице!» Основные подозрения пали на кузенов Джованны: Людовика Тарентского и Карла Дураццо. Оба имели серьёзные мотивы для устранения герцога: первый через год женился на королеве, а второй уже был женат на её сестре и наследнице Марии. Сама Джованна I, вскоре родившая сына Карла Мартела, умершего в младенчестве, отрицала своё участие в убийстве мужа.

Узнав об этом, Елизавета Польская заявила:

– Если она действительно невиновна, пусть даст согласие стать женой моего младшего сына Стефана!

– Но я уже обручилась со своим кузеном из Тарента, – ответила Джованна.