Король теней и зверей. Пробуждение.

Глава 1

ОРИАНА

— Нет, Сергей, ты меня не слышишь! — почти рыкнула я в телефон.

— Мне нужен отчёт. Через. Тридцать. Минут. На. Столе.
Я шла быстро, каблуки цокали по плитке, ветер бил в лицо, пытаясь растрепать и без того уставшие от дня локоны.
— И не надо мне про дедлайны. Вы пропустили их трижды. Я не нянечка. Я начальник отдела. Хочу результат, а не жалобы!

Прохожие расступались сами по себе. В мою сторону никто и не смотрел — ну да, сейчас каждая вторая, кто хоть чего-то добилась, ходит в каблуках, красной помаде и дорогом пальто. Эталон офисной хищницы.

Прекрасная сентябрьская погода? Да чтоб её.
День вышел из ада и туда же хотел меня вернуть.

С утра начальник позвонил — накричал, что мой отдел опять приносит ему головную боль.

Потом сосед сверху залил потолок. Снова. И, конечно же, не виноват.
— Это у застройщика потолки тонкие! — уверял он. — А я вообще человек верующий, я не разливаю воду без причины.

Да, конечно. Он верующий. А я тогда кто?
И всё это после того, как я отказала ему «перепить чай» у него дома.

Как вишенка на торте — очередной подарок от собаки Елены Ивановны у моей двери.
И ладно бы просто сделала дела. Но нет.

— Я что, по-вашему, должна со шваброй ходить? Я уже своё в жизни убирала. — когда-то сказала она мне. — Собака моя как королева, я за ней не слуга!

И что вы думаете?
Я врезалась каблуком ровно в её «подарок».

Орала до первого этажа. Материла бабкину дверь.
Она делала вид, что дома нет.
Ну ладно.

Я сняла лабутен, вытерла подошву об её дверь и гордо сказала:
— Наслаждайтесь.

Вот такой у меня был настрой, когда земля под ногами вдруг… исчезла.

Я успела только выдохнуть:
— Да вы смеётесь?!

И провалилась вниз — в люк, который почему-то был открыт.

Все грехи промелькнули перед глазами.
Мне всего тридцать один.
Ни мужа, ни детей, одна работа и ипотека.

И что? Вот так, в мусорный люк?

Но вместо рая — или, ладно, чистилища…
…я очнулась в абсолютной тишине.

Что-то щекотало мой нос.

— Сплю?.. — пробормотала я и попыталась перевернуться.

«Ку-ка-ре-ку!!!»

Петух заревел так, будто ему платили за громкость.
Я подпрыгнула, стукнувшись головой о деревянную перекладину.

— Приехали, — прошептала я, схватившись за голову.

Я лежала на сеновале. На настоящем, колючем, пахнущем травой сеновале.
Я ущипнула себя.
Больно.
То есть нет, я не умерла.
Хуже — я жива.

Что-то шевельнулось над глазами. Я подняла взгляд — и увидела мышь.

Она сидела на той самой перекладине, на которую я врезалась, и длинным хвостом делала шш-шш у меня под носом.

Мы посмотрели друг на друга.
Мышь мигнула.
Я — заорала.

Я рванула вниз, даже не думая, куда бегу. Увидела две двери, выбрала левую — и, конечно же, ошиблась.

Меня унесло вперёд, ноги разъехались, и я плюхнулась в жидкую жижу, где радостно хлюпали маленькие поросята.

— Ох ты ж… свинарник…

Поросята радостно захрюкали, будто ждали меня всю жизнь. Один тут же попытался облизать мою щёку.

— Не-е-ет! — я отползла назад, скользя в липкой грязи. — Я не ваш завтрак и не ваша мама!

Раздался звон ведра и чей-то испуганный вопль:
— Авра! Ты чё творишь?!

В дверях стояла девчушка лет двенадцати, с косой до пояса и глазами «на два круга шире нормы».
— Тебя же мать отправила воду носить, а ты опять в дерьме катаешься!

Я открыла рот:
— Воду… носить?..

Девчушка закатила глаза:
— Вот же ж… всё с утра не слава богу…
Подошла, схватила меня за руку и поволокла:
— Пошли, пока она тебя не увидела! Она тебе за вчерашнее ещё припомнит.

— За что?
— Да откуда мне знать? Ты вчера тоже странная была!

Я открыла рот.

Закрыла.

Снова открыла.

А у меня внутри всё холодело.

Авра?!

Сено, свиньи, петухи?!
Никаких машин, асфальта, телефонов?!

Моя голова закружилась. Снова приказы… Снова ответственность… А я — мечтательная Ориана, которая привыкла летать мыслями куда угодно, кроме домашних обязанностей.

Я сглотнула.

Кажется… я влипла.

Девчушка ухватила меня за руку так крепко, будто боялась, что я снова сигану к поросятам, и потащила по двору. Я едва поспевала, юбка путалась в ногах, башмаки хлюпали, как будто у меня в них поселились две маленькие лягушки.

— Эй, полегче! — выдохнула я. — Куда мы вообще идём?

— К колодцу! — фыркнула девчушка, даже не оглядываясь. — Ты же воду пролила, когда кувшина уронила. Теперь неси новую.

Кувшин? Я? Мать?
У меня внутри всё холодно сжалось. Хочешь сказать, я теперь чей-то подростковый кошмар?..

Мы выскочили на солнечное пространство двора. Передо мной распахнулся новый мир: деревянные дома, резные ставни, курица, которая враждебно посмотрела на меня, как будто я её личную грядку раскопала.

— Аврора! — снова зашипела девчушка. Боже, что за ужасное имя, я не Аврора, я Ориана! — Ты чего опять рот раскрыла? Пошли быстрее!

— Подожди… — я попыталась выдернуть руку. — Ты хоть скажи, как тебя зовут!

Девчушка остановилась, выдохнула, как взрослый человек, у которого слишком много проблем на одну жизнь.

— Лада я. Соседка твоя. Аврора, ну сколько можно? Ты вчера была странная, сегодня ещё хуже… Ударилась где, что ли?

— Да! — крикнула я и чуть не подпрыгнула, обрадованная хоть какой-то правдой. — По голове. Мышью.

Лада уставилась на меня так, будто я призналась, что меня побил цветочный горшок.

— Мышью?
— Ну… там… на сеновале…
— Ох, Аврора… тебе точно плохо. — Она закатила глаза и снова потащила меня.

Мы подошли к колодцу. Лада сунула мне в руки тяжёлое деревянное ведро.

— Давай. Только не урони! В прошлый раз весь двор над нами смеялся!

Я посмотрела на ведро. Потом на колодец. Потом на собственные руки — тонкие, молодые, НЕ мои.