Король вампиров и Сатана

Убьешь

Священник воскликнул:

- За грехи вы и не такую еще заслужили суровую кару!

По ряду воинов прошла испуганная рябь. Послышались ставшие тонкими от страха голоса сконфузившихся бойцов:

- Упаси! На что надеяться нам?

Служитель церкви, стараясь придать своему тенору басовитость, произнес:

- На то, что сумеем дослужиться до высоких чинов и тогда купим себе место в райских кущах.

- Стоит слишком дорого, жрец, может даже всего состояния эмира не хватить. - Пробормотал глава стражей.

В туже секунду тонко зазвенел воздух, и каленная стрела пробила нагрудную пластину командира. Тот зашатался и стал оседать, заваливаясь на бок. В него вонзилось еще три стрелы, причиняя сильную боль. Прочие стражники успели поднять щиты, и как раз вовремя, по ним застучал стальной дождь.

Затем раздался раздирающий уши звук атакующей трубы. На лужайку выскочили пестро одетые коронавирусы, они размахивали кривыми саблями, примерно десяток имели в руках луки. Петухов-Соколовский, логично отметил, что довольно глупо, имея подобное оружие, не сидеть в засаде, а мчаться, словно вьюн, ныряя в гущу битвы. Атакующих бойцов довольно много, не меньше сотни. Поэтому жрец завопил:

- Добрые люди, не трогайте нас, пожалуйста. Я благословлю вас!

- Да заткни в задницу свои благословения! - Закричали разъяренные разбойники.- Если хотите жить, ложитесь брюхом на землю!

Стражники колебались, они хотели жить и, вместе с тем, опасались, что если они упустят добычу, эмир спустит с них шкуру. Правда, последняя угроза отдаленная, а первая довольно реальная, слишком уж их мало, а командир погиб. Полковник-попаданец Петухов-Соколовский, видя их колебания, не стал медлить, а подпрыгнув повыше, выскочил из засады.

- За султана Фелима! Да святится имя его во веки веков!

Небольшой, но очень мускулистый Петухов-Соколовский смотрелся весьма эффектно, его бронзовая, загорелая кожа отливала фиолетовым оттенком, мышцы играли, а светлые волосы напоминали пламя костра.

Ближайший разбойник атаковал его, но юноша даже не стал парировать, а чуть ушел в сторону, пропустив удар, а ответным выпадом снеся голову. К стражникам сразу вернулся боевой дух. Они выстроились ежом, ударили копьями, заколов сразу двоих противников. Девушка-альбинос крикнула подругам:

- Защитим свою честь.

Самая рослая из них ответила:

- А что толку! Рабство не станет слаще от перемены хозяина.

- Почему? Бьет не кнут, а тот, кто держит его! – Возразила светлокожая.

Часть разбойников, видимо соскучилась по женской плоти, ринулась на рабынь. Мужчина и в битве остается мужчиной.

Это отвлекло их силы, и позволило страже устоять от первого натиска. Петухов-Соколовский ринулся в гущу бандитов. Он действовал, руководствуясь не логикой, а эмоцией - защити девушек! Первым побуждением мужчины, заступись за женщину, получи затрещину! И лишь затем приходят нелегкие размышления: ради чего полез - попутал бес!

В своей прежней жизни Петухов-Трамп не был таким отчаянным рубакой-парнем, во всяком случае, когда дело касалось действия, а не бравой риторики. Но сейчас на него влияла физиология нового, богатырского тела. Оно делало юношу-полковника дерзким и смелым. Может даже до отчаяния, что ранее ему было несвойственно. Однако, ведь недаром мудрые говорят: бытие определяет сознание.

В руках у юноши, вернее, у уже довольно опытного воина, было два меча. Это позволяло эффективно рубить, совершать обманные выпады. Кроме того, довольно эффективной тактикой были удары в пах. Прием банальный, но действенный, особенно если атаковать еще сверху мечами, внимание распыляется и удары вовсе разящие. Юрий Соколовский-Петухов провел несколько подобных выпадов, потом прием веер дамы. Вышиб глаз, острие вышло через затылок. Следующий выпад срезает голову, она далеко отлетела. Сразу трое один за другим завалилось разбойников, они споткнулись о срубленную голову.

- Под ноги смотрите, косматые!

Бой теперь стал чуть веселее. Девушки отбивались от наседавших парней, закрутив цепи. А светлокожая рабыня использовала оброненный меч. Полунагая красотка действовала им весьма ловко. Вот точным выпадом разрезала нападавшему ироду сухожилие, из того обильно полилась кровь. Другому подонку девушке удалось распороть живот. Петухов-Соколовский двигался, как ураган. Что не выпад, то сильнейший удар. Вот он сцепился с очень крупным главарем. Большущий низколобый тип для своих размеров оказался довольно быстр. Воплощенный полковник спецназа даже чуть-чуть попятился назад. Затем подразнил своего противника, показав свой раздвоенный язык:

- Что, маленький засранец? Хочешь быть натянутым на шишку?

- Да я тебя растерзаю! - Завыл противник. Он прыгнул вперед, дико замахав секирой. Здоровенный замах, это большая ошибка, распространенная среди новичков. А ему мастеру спорта по фехтованию и гольфу это на руку. Резкий выпад в бычью шею, и сонная артерия пробита. Фонтанчик крови оросил рубаху из грубого холста, бандит выругался, слова можно было разобрать с трудом:

- Ты, с какой банды?!

Воин-попаданец честно ответил:

- Я сам по себе!

- Кровавый слуга эмира… - Громила задохнулся и рухнул на траву. Петухов-Соколовский точным выпадом поразил еще одного нападающего, тот зашел с тыла и не ожидал подобной ловкости.

Теперь уверенности у бандитов стало намного меньше. Они, впрочем, пока не обратились в бегство, слишком велик перевес в силах, кроме того, несколько стражников уже были убито. Воплощенный полковник спецназа крикнул им:

- Прижмитесь плотнее друг к другу, спина к спине, не дайте им использовать большее количество сабель.

Солдаты повиновались. Жрец, тем временем, по-прежнему стоял на коленях. Он что-то бурчал, затем вскрикивал:

- Остановите насилие!

Петухов-Соколовский возразил:

- Насилие – это брыкливый скакун, который приносит богатство и счастье!

Жрец оспорил:

-Счастье могут дать только боги.