Королева

1 глава

1 глава

— Не изнежилась ли ты, Айс, за три дня отдыха? — насмешливо бросил Двэйн, его меч сверкнул на свету, словно молния в сумерках.

Я не ответила, уворачиваясь от очередного выпада. Его сталь пела, рассекая воздух с убийственной точностью. Двэйн засыпал меня сарказмом, пытаясь отвлечь, но я знала этот трюк. Через двадцать минут изнурительной тренировки дыхание сбилось, мышцы горели, как раскалённые угли. Я хотела выбить меч из его руки, доказать, что могу быть лучше, но сил не хватало. План откладывался до лучших времён — если они вообще настанут.

Я отступила, тяжело дыша, поднимая руку, чтобы показать: бой окончен. Пот стекал по вискам, сердце колотилось, как барабан.

— Плохо, — Двэйн поджал губы, его взгляд был недовольным. Он считал, что я могу лучше.

Он вечно недоволен. Думая, что я способна на большее, но не хочет видеть, как я ломаюсь под тяжестью его ожиданий.

— Я хрупкая женщина, прояви снисхождение, — раздражённо огрызнулась я, утирая пот со лба.

— В бою нет милосердия. Используй всё, что у тебя есть, — отрезал он, его голос был твёрд. — В бою главное — выжить. Неважно, как. Без магии и силы мужчину тебе не одолеть. Действуй грязно, если нужно.

— Учту, — буркнула я, чувствуя, как внутри кипит раздражение.

— За два года не учла, — проворчал он, скрестив руки. — Вряд ли сейчас что-то изменится.

Два года тренировок, и он всё твердит, что я не выкладываюсь. Я помнила нашу первую встречу, как будто это было вчера. Вернувшись домой после хаоса в Ренуме, я мечтала о покое, о днях, где нет ни магии, ни интриг, ни Дерека. Но через неделю в дверь постучал незнакомец. Двэйн — не старше двадцати семи, с проницательными глазами, что видели больше, чем должны, — знал обо мне всё: мои страхи, мою силу. Это насторожило, как тень хищника в ночи. Но он приходил снова и снова, его присутствие стало привычным, словно дыхание. Я даже не заметила, как начала ждать его визитов.

А потом он предложил то, от чего я не могла отказаться: научиться контролировать мою силу. У него была такая же — редкая, необузданная, как буря, запертая в клетке. Он понимал, каково мне, когда магия рвётся наружу, а ты не знаешь, как её удержать. Предложение было заманчивым, но опасным, как шаг в пропасть. Два месяца я колебалась. Жизнь была спокойной, как я хотела, но что-то внутри не давало покоя — сила, которой я мечтала овладеть, была так близко, стоило лишь протянуть руку. Я боялась, что она ускользнёт, если не рискну. Ехать с незнакомцем чёрт знает куда было безумием. Он мог оказаться лжецом, предателем, убийцей. Но я бросила вызов судьбе — и, кажется, не прогадала.

— Сегодня полнолуние, — улыбнулся Двэйн, шагнув ближе, его глаза искрились, как звёзды в ночном небе. — А это значит…

Очередное письмо из дома, которое удалось перехватить. Он протянул белоснежный конверт, и тяжесть на сердце, знакомая и холодная, сжала грудь как тиски. Я взяла письмо, чувствуя, как пальцы дрожат, словно предчувствуя беду. Конверт был тяжёлым, пахнущим воском. Я бережно засунула его в карман.

— Вот вы где! — радостно крикнула Илинн, спеша к нам через пыльный двор, её шаги поднимали лёгкие облачка пыли, искрящиеся в лучах закатного солнца. — Тренировка вне расписания?

— Он просто хочет моей смерти, — хмыкнула я, пожала плечами, стараясь скрыть усталость, что сковывала мышцы после трёх часов выпадов и блоков.

— Три дня свободы избаловали тебя, Лина, — Двэйн приподнял бровь, его голос был мягче, чем на тренировочном поле. За его пределами он из сурового наставника превращался в друга, почти брата, хотя его колкости всё равно находили цель.

Я закатила глаза. Стоило мне пропустить один день, и он вёл себя так, будто я месяц валялась в перинах, окружённая шелками и сладостями. Три часа изнурительных выпадов, по его мнению, должны были выжечь из меня лень и вернуть к жизни воина. Как будто я когда-нибудь была воином.

— Мама ждёт вас к ужину, — улыбнулась Илинн, и её лучезарная улыбка, как всегда, согрела, будто солнечный луч в зимний день, пробивающийся сквозь морозное стекло.

Я почувствовала, как Двэйн напрягся рядом, его пальцы сжали рукоять меча чуть сильнее, чем нужно. Его чувства к Илинн можно было ощутить за версту, как жар костра в холодной ночи. Но она, светлая и чистая, как утренний свет, ничего не замечала. Её взгляд скользил по нему с той же невинной добротой, что и по мне. Я подавила смешок, бросив на Двэйна быстрый взгляд. Его глаза, устремлённые на Илинн, выдавали всё — тоску, надежду, страх быть отвергнутым. Бедняга. Влюблённость делала его уязвимым, и это было почти забавно, если бы не письмо в моём кармане, тяжёлое, напоминающее, что мой собственный мир вот-вот может рухнуть.

— Но сначала мне нужна твоя помощь, — Илинн схватила меня за руку и потащила к замку, её шаги были лёгкими, словно танец, а голос звенел как колокольчик. — Пойдём, это срочно!

Я бросила взгляд на Двэйна, который остался позади, его фигура застыла в пыльном дворе, как статуя, вырезанная из тёмного камня. Его глаза всё ещё следили за Илинн, и в них была такая смесь чувств, что я почти пожалела его. Почти.

— Твоё предложение…

Илинн смотрела на меня с надеждой, её глаза блестели, как у ребёнка, ждущего чуда, в свете факелов, что отбрасывали дрожащие тени на каменные стены.

Я замялась, не зная, что ответить. Она тянула меня за руку, уводя всё дальше от пыльного тренировочного двора, эхо наших шагов отражалось от холодного камня. Её движения были лёгкими, почти танцующими, но в голосе чувствовалась решимость.

— Ну, пожалуйста, поддержи меня вечером перед матерью, — взмолилась она, её пальцы сжали мою ладонь чуть сильнее.

Поддержать? Я знала, что её мать не согласится. Эйрин любила свою единственную дочь, как солнце любит рассвет, и скорее запрёт её в самой высокой башне, чем отпустит в опасный мир, где магия и интриги сплетаются, словно змеиное гнездо. Я бросила взгляд на Илинн, её лицо светилось надеждой.