Королева для Ледяного Дракона

Глава 11.

Последующие часы, превратившиеся в растянутые, мучительные дни, слились для Элианы в один сплошной кошмар, происходящий наяву. Тронный зал сменился Малой советной палатой, где пахло не страхом, а холодным потом, чернилами и безысходностью. За длинным столом из черного дерева кипели не дискуссии, а словесные сражения, в которых она была одновременно главнокомандующим и главной мишенью.

Она все еще не могла принять реальность. Мысль о том, чтобы покинуть Аэтерию, оставить свой народ, свой трон, свои обязанности, казалась абсурдной, чудовищной изменой самой себе. Ее свет, откликаясь на внутренний хаос, вел себя непредсказуемо: в самый жаркий момент спора о поставках зерна на север один из серебряных подсвечников на столе внезапно оплавился, согнувшись под незримым жаром, словно восковая свеча.

Советники умолкли, уставившись на деформированный металл, а потом — на нее. Это был немой, но красноречивый упрек: ее собственная сила становилась угрозой даже здесь, в сердце ее власти.

— Я не могу просто уехать, — ее голос звучал хрипло от бессонных ночей и сдерживаемой ярости. Она вдавливала кончики пальцев в полированную столешницу, оставляя на ней едва заметные светящиеся отпечатки, которые тут же гасли. — Кто будет подписывать указы? Кто будет вершить суд? Кто будет… быть здесь? Трон не может пустовать. Это не замок на лето, это сердце королевства!

Лорд Верион, ее каменная стена и главный оппонент в этой войне на истощение, отвечал с ледяным, методичным спокойствием, от которого кровь стыла в жилах.

— На время вашего… отсутствия… будет назначен Регентский совет из числа самых доверенных членов этого собрания. Все решения будут приниматься коллегиально, все указы — скрепляться Большой печатью, доступ к которой будет разделен. Вы остаетесь законной королевой, ваше величество. Ваш статус не меняется. Меняется лишь место вашего пребывания на время, необходимое для исполнения древнего обряда.

— Обряда, который может затянуться на годы! — парировала она, чувствуя, как почва уходит из-под ног. — Вы говорите о браке как о временной мере. Какой брак, даже политический, является временным? Это клятва! Это…

— Это магический договор, — перебил Верион, и в его глазах не было ни капли сомнения. — Его цель — не рождение наследника, не объединение земель. Его цель — создание единого магического барьера. Как только угроза Стужи будет устранена, а баланс восстановлен, союз выполнит свою функцию.

Лорд Кэдел, обычно сдержанный, на этот раз добавил с каплей почти авантюрного оптимизма:

— Мы изучили исторические параллели, ваше величество. Хроники говорят, что после церемонии объединенная магия супругов способна не просто сдерживать, а отбрасывать тварей, очищать земли. Процесс может занять год. Может, два. Но как только опасность минует… брак можно будет расторгнуть. Провести Церемонию Очищения в главном храме Солнца. Она освободит вас от магических уз и… подготовит почву для нового, достойного вас союза.

Леди Илвина, чей взгляд был полон смешанной жалости и расчета, мягко добавила:

— Вы войдете в историю не как королева, выданная замуж, а как спасительница. Та, что пожертвовала личным счастьем ради спасения тысяч жизней. Ваше имя будут славить в веках.

Эти слова упали в ее сознание, как камни в болото. Она не была тщеславна. Мысли о славе, о месте в истории казались ей пустыми, почти оскорбительными в контексте того, что от нее требовали. Ее беспокойство было куда более простым и страшным: люди в приграничных деревнях, которые замерзали и гибли под когтями ледяных тварей.

Старики в Краснокаменье, дети в столице, чьи отцы не вернулись с северных дозоров. Она видела их лица в отчетах, слышала их голоса в коротких, скупых донесениях. Она была обязана перед ними. И этот долг сейчас использовали как рычаг, чтобы сломать ее волю.

— А если он, этот Аррен Арктион, откажется от "расторжения"? — спросила она, и в ее голосе прозвучала ледяная насмешка. — Если Ледяной Дракон захочет оставить свою солнечную добычу в ледяной клетке? Что тогда? Вы отправите освободительный экспедиционный корпус в Глациум?

Наступила тяжелая пауза. Именно этот вопрос, самый очевидный и самый опасный, висел в воздухе с самого начала, но никто не решался его озвучить так прямо.

— Договор… предполагает взаимность обязательств, — осторожно начал Верион, но его уверенность впервые дала трещину.

И тут в разговор вступил лорд Кельвин. Молчавший до этого, он был ее "молодым" советником — ему едва исполнилось сорок, он отвечал за торговлю и логистику, славился гибким умом и всегда предлагал неожиданные, часто рискованные решения. Он откашлялся, привлекая внимание.

— Вопрос легитимности и будущего расторжения… это, безусловно, ключевой момент. Именно поэтому уже начаты предварительные, крайне осторожные зондирования на этот счет через… доверенные каналы.

Воздух в комнате замер. Элиана медленно повернула к нему голову.

— Какие каналы, лорд Кельвин? — ее голос стал тихим, опасным.

Кельвин сделал вид, что не замечает тона, его лицо выражало деловую озабоченность.

— Через нейтральных посредников из Умбралиса. Их дозоры имеют редкие, но стабильные контакты с пограничными дозорами Глациума в районе Хребта Разлома. Мы… то есть, я, с вашего молчаливого согласия, предположив необходимость прояснить детали… отправил запрос. О сугубо теоретической возможности временного, церемониального союза с четко оговоренными условиями его прекращения.

Удар был настолько точным и неожиданным, что на миг Элиане показалось, что ее магия вырвалась наружу и выжгла все вокруг, оставив только белый, ревущий гул в ушах. Молчаливое согласие. Теоретическая возможность. Уже начаты.

Предательство. Не громкое, не с мечом в руке, а тихое, бюрократическое, завернутое в благие намерения и "заботу" о королевстве. Ее ближайший круг, люди, которым она доверяла управление, уже действовали за ее спиной. Они не просто приняли ультиматум Договора — они начали приводить его в исполнение, пока она пыталась осмыслить сам факт его существования. Они превратили ее из монарха, принимающего решение, в пешку на гигантской шахматной доске, ход которой уже был предрешен.