Королева для Ледяного Дракона

Глава 25.

После Совета в Элиану вдруг вернулся голод по новым знаниям. Последняя книга из ее сундука была прочитана, а взгляд начал скользить по ледяным стенам в поисках хоть какой-то новой мысли. Заседание, несмотря на холод и враждебность, всколыхнуло в ней старый, острый аппетит — аппетит к информации, к анализу, к сложным пазлам стратегии и управления. Она вспомнила, как ловила себя на том, что мысленно сравнивала систему логистики Глациума со своей, отмечала слабые места, искала причинно-следственные связи в докладах о нападениях. Ее ум наконец-то получил пищу, и теперь он требовал большего.

Во время одной из их мучительных совместных прогулок по внутреннему двору она решилась. Они шли молча, как обычно, под низким свинцовым небом, и Элиана, вместо того чтобы копить ярость на его молчание или на пронизывающий холод, собрала всю свою волю и нарушила ритуал.

— Мне нужен доступ в библиотеку, — сказала она, глядя прямо перед собой на заснеженную грядку каких-то приземистых, серых растений, умудрявшихся выживать здесь.

Аррен, шедший рядом, не замедлил шаг. Не было ни паузы, ни удивления.

— Зачем? — спросил он, и его голос звучал так же ровно, как если бы она поинтересовалась погодой.

— Потому что мой разум начинает ржаветь от бездействия, — ответила она, и в ее тоне прозвучала не просьба, а констатация факта. — А ржавый инструмент бесполезен. Если я должна здесь находиться, я буду использовать время с пользой.

Она ждала отказа. Ждала холодного напоминания о ее статусе, о барьерах, о запретах. Но он лишь слегка повернул голову в ее сторону, и его ледниково-синий взгляд скользнул по ее профилю, будто оценивая искренность ее заявления.

— Библиотека находится в западном крыле. Торвин проведет тебя завтра утром, — произнес он после короткой, но не тягостной паузы. — Будешь иметь доступ к открытым собраниям. Архивы и военные отчеты — вне твоего допуска.

Согласие было настолько неожиданным и простым, что она на миг потеряла дар речи. Просто кивнула, не в силах подобрать слова для чего-то, кроме скупого:

— Мне достаточно.

На следующее утро Торвин, бесстрастный как всегда, действительно проводил ее по лабиринту коридоров в западное крыло. Библиотека Ледяного Пика не походила на светлые, воздушные залы ее родного замка. Это было просторное, но мрачное помещение со стеллажами из темного, почти черного дерева, уходящими в полутьму под высоким сводчатым потолком.

Воздух пах старым пергаментом, кожей переплетов и вечным холодом. Здесь тоже горели синие светильники, но в некоторых нишах стояли жаровни с теми же теплыми, вулканическими камнями, создавая островки сносного тепла.

Элиана, едва переступив порог, сделала глубокий вдох, и ее грудь сжалась от странного, горького умиротворения. Здесь был порядок. Здесь она могла дышать.

Она провела там несколько часов, просто блуждая между стеллажами, касаясь корешков, читая названия. Многое было на незнакомых языках или на древних наречиях Севера, но было и множество трудов на общем языке — по истории, географии, естественной философии, магической теории.

Ничего, что прямо касалось бы современных военных тайн, но достаточно, чтобы начать составлять картину этого мира, его законов, его прошлого. Она выбрала несколько томов — трактат о формировании ледников, историю пограничных кланов, исследование магических аномалий в высокогорьях — и устроилась за одним из читальных столов у теплой жаровни.

Именно там ее нашел Лансел.

Он появился бесшумно, как тень, и только легкий скрип половины под его ногой заставил ее поднять голову от страницы. Он стоял в нескольких шагах, в своем обычном темно-сером камзоле, с легкой, почти извиняющейся улыбкой на губах.

— Надеюсь, я не помешал, ваше величество, — сказал он, и его голос, мягкий и лишенный ледяной жесткости брата, звучал естественно в этой тишине.

— Вы не помешали, — ответила Элиана, откладывая книгу. Ее настороженность не исчезла, но с Ланселом она всегда чувствовала себя менее скованной, чем с другими. Он не смотрел на нее как на трофей или угрозу.

— Библиотека — хорошее место, — заметил он, подходя ближе и взглянув на корешок ее книги. — Здесь можно найти ответы. Или, по крайней мере, задать правильные вопросы.

— Пока что у меня больше вопросов, чем ответов, — призналась она, и это была редкая для нее уступка в откровенности.

Лансел кивнул, как будто это было именно то, что он ожидал услышать. Он облокотился о соседний стеллаж, его поза была расслабленной, но в его светлых, умных глазах читалась напряженная работа мысли.

— Аррен редко разрешает кому-либо доступ сюда, — сказал он после паузы. — Особенно… гостям. Он должен видеть в вас что-то большее, чем просто необходимый компонент договора.

Элиана фыркнула, звук был сухим и лишенным веселья.

— Возможно, он просто считает, что так я создам меньше проблем, — она ткнула пальцем в книгу об аномалиях.

— Возможно, — согласился Лансел, но в его тоне было что-то, заставившее ее насторожиться. — Но Аррен… он не лишен эмоций, как многие думают. Он просто… запер их очень давно. И ключ потерял.

Он говорил тихо, почти доверительно, и его слова повисли в тихом воздухе библиотеки, нарушая негласное табу на обсуждение короля.

— Он кажется вполне себе хозяином положения, — возразила Элиана, но без прежней едкости. — Его слово — закон. Его воля формирует реальность вокруг.

— О, да, — Лансел кивнул, и в его глазах мелькнула тень чего-то тяжелого. — Он формирует реальность. Потому что должен. Потому что если он ослабит хватку, даже на миг… реальность развалится на куски. И это будет нечто хуже просто падение королевства.

Он посмотрел на нее, и в его взгляде теперь не было ни намека на легкомыслие.

— Вы считаете себя пленницей обстоятельств, королева. И вы правы. Но Аррен… он пленник своих. И его клетка, возможно, намного страшнее вашей. Потому что стены его клетки — это не лед и камень. Это долг. И отсутствие права на ошибку.