Королева для Ледяного Дракона

Глава 45.

Элиана лежала в постели, прижавшись к Аррену, и чувствовала, как сквозь нить разливается его усталость, смешанная с глубоким удовлетворением от возвращения домой. Она уже проваливалась в сон, когда что-то изменилось.

Сначала это был просто дискомфорт — легкое покалывание в кончиках пальцев, будто они затекли. Элиана пошевелила рукой, пытаясь стряхнуть ощущение, но оно не проходило. Наоборот — усиливалось, поднималось выше по рукам, достигало груди.

— Аррен, — позвала она шепотом, но он уже проснулся — через нить почувствовал ее тревогу.

— Что случилось? — его голос был низким, встревоженным.

— Я не знаю… мне… мне странно.

Боль пришла внезапно — острая, жгучая, словно кто-то вонзил ледяной клинок ей в солнечное сплетение. Элиана вскрикнула и согнулась, прижимая руки к животу. Ее магия, всегда послушная, вдруг взбесилась — заметалась внутри, забилась, как птица в клетке, истаяла и снова вспыхнула, истаяла и вспыхнула.

— Элиана! — Аррен сел, зажег свет одним движением руки, и его глаза, ледниково-синие, расширились от ужаса, когда он увидел ее лицо — бледное, покрытое испариной, с закушенной до крови губой. — Что с тобой?

— Не знаю, — выдохнула она, скручиваясь в позу эмбриона. — Мой свет… он сходит с ума. Внутри все болит.

Он прижал ее к себе, пытаясь согреть, успокоить, но через нить она чувствовала его отчаяние — он не знал, что делать. Его магия, такая мощная, была бессильна против того, что происходило внутри нее.

— Я здесь, — шептал он, гладя ее по спине. — Я с тобой. Дыши.

Но боль не уходила. Она накатывала волнами, то ослабевая, то усиливаясь, и каждый раз, когда Элиана думала, что хуже уже быть не может, приходила новая волна и сметала эту уверенность. Она потеряла счет времени, потеряла связь с реальностью — осталась только боль и руки Аррена, сжимающие ее, и его голос, зовущий по имени.

Под утро приступ отпустил так же внезапно, как и начался. Элиана обессиленно рухнула на подушки, чувствуя себя выжатой до дна. Аррен лежал рядом, все еще обнимая ее, и через нить она чувствовала его изнеможение — он не спал ни минуты, боролся с ее болью как мог, хотя и понимал, что бессилен.

— Что это было? — прошептала она, когда смогла говорить.

— Не знаю, — ответил он глухо. — Но я чувствовал это через нить. Каждую твою вспышку боли. И не мог помочь.

— Ты был рядом, — она коснулась его щеки дрожащей рукой.

— Этого мало, — он прижался губами к ее ладони.

Она хотела ответить, но сон сморил ее — тяжелый, глубокий сон без сновидений.

____

Весь следующий день Элиана провела в постели. Аррен не отходил от нее ни на шаг — отменил все встречи, все доклады, все дела. Торвин приносил еду, которую Элиана едва касалась, и воду, которую она пила жадно, потому что после приступа ее мучила жажда.

— Может, позвать целителя? — предложил Аррен в очередной раз.

— Нет, — отказалась она. — Целитель здесь ни при чем. Это не болезнь. Это… это моя магия. Она будто проверяет меня. Или растет.

— Растет?

— После ритуала, после нашей связи… она стала сильнее. Я чувствую это. Но, кажется, мое тело не успевает за ней.

Он смотрел на нее с такой тревогой, что у нее сжималось сердце.

— Не смотри на меня так, — попросила она. — Я справлюсь.

— Я знаю, что справишься, — ответил он. — Но мне все равно страшно.

— Ты? Боишься? — она попыталась улыбнуться. — Ледяной дракон?

— Ледяной дракон, у которого есть что терять, — серьезно сказал он. — Это самый страшный вид драконов.

Она рассмеялась — слабо, но искренне, и он улыбнулся в ответ.

____

К вечеру второго дня Элиана почувствовала себя лучше. Силы понемногу возвращались, магия успокоилась, перестав метаться и жечь изнутри. Она сидела в кровати, опираясь на подушки, и смотрела, как за окнами сгущаются сумерки.

— Сегодня полнолуние, — заметил Аррен, подходя к окну. — Как ты себя чувствуешь?

— Сносно.

— Хочешь проверить?

— Что проверить?

— Нашу связь, — он протянул ей руку. — Настоящую связь, не ритуал. Посмотрим, на что мы способны вдвоем.

Элиана колебалась лишь секунду. Ей было страшно — вдруг приступ повторится? Но любопытство и желание узнать, что они могут, победили.

— Хорошо, — сказала она, принимая его руку. — Пойдем.

____

Площадка, на которую они поднялись, находилась выше всех башен цитадели — узкая, опасная, куда вели вырубленные прямо во льду ступени. Ветер здесь был сильным, пронизывающим, но небо — невероятно чистым. Луна висела прямо над головой, заливая все вокруг призрачным серебристым светом. Лед под ногами мерцал тысячами искр.

— Красиво, — выдохнула Элиана, оглядываясь.

— Ты красивее, — сказал Аррен, и она фыркнула.

— Льстец.

— Ну что, готова?

— Что мы будем делать?

— Попробуем создать что-то вместе, — ответил он. — Барьер.

— Барьер?

— Помнишь, в древних текстах говорилось, что Искра Весны может создавать защиту невиданной силы? — он посмотрел на нее. — Давай попробуем.

Они встали лицом друг к другу, соединив ладони. Холод его кожи, тепло ее — контраст, который всегда зажигал между ними искру. Элиана закрыла глаза, сосредотачиваясь на своем свете, позволяя ему течь наружу, к нему. Аррен сделал то же самое — его ледяная магия потекла навстречу, и они встретились, сплелись, как делали это уже много раз.

Но сейчас было иначе. В тишине полнолуния, на этой ледяной вершине, их магии не просто соединились — они запели. Золото и серебро закружились в танце, сначала медленном, потом все быстрее, быстрее, и вдруг — вспышка.

Элиана открыла глаза и ахнула.

Вокруг них возник кокон — прозрачный, мерцающий, сотканный из золотых и серебряных нитей, переплетенных так плотно, что сквозь них почти не было видно окружающего мира. Он пульсировал в такт их сердцам, излучая тепло и силу. Элиана протянула руку, коснулась его поверхности — она была упругой, живой, отзывалась на прикосновение рябью света.