Королева Карибского моря

Глава 5

Мария

Голова страшно болела.

И всё тело – тоже...

Я лежала на чем-то твердом, которое вдобавок еще и тряслось...

Тошнота, плескавшаяся где-то в районе живота, подкатила к горлу, но усилием воли я сдержалась, так как пришло осознание: мои плечи упираются во что-то твердое, я лежу на спине, и если сейчас блевану, то всё содержимое моего желудка окажется на мне...

Проглотив комок вязкой слюны, я попыталась приподняться...

Мне это удалось. Я кое-как села – и при этом поняла: мои руки связаны. Что происходит? Где я нахожусь? И как сюда попала?

Пришло воспоминание: обрубленный клинок шпаги входит в мое тело почти по самую гарду... В район сердца... И мой старенький, неоднократно битый уколами кевларовый костюм не выдержал точечного удара - просто разошлись нити... От такого вряд ли получится выжить... В истории фехтования известен случай, когда спортсмен получил схожую травму, и лишь чудом остался в живых. И погибший на дорожке фехтовальщик тоже известен миру...

Но я-то после случившегося определенно жива, и, кажется, меня куда-то везут... Мое тело подпрыгивало так, словно я лежала в повозке без рессор, которая едет по разбитой дороге явно лишенной асфальтового покрытия. Это посттравматический глюк такой что ли?

Воображение немедленно нарисовало меня лежащей на больничной койке в позе спящей красавицы, и рядом – кучу врачей, которые разводят руками: кома, мол, остается только ждать и надеяться...

Такая версия выглядела довольно паршиво, но хоть была более-менее логичной. Вдобавок темнота перед моими глазами стала понемногу рассеиваться, и я разглядела, что действительно еду среди каких-то мешков и ящиков в грязной повозке, крытой драной тканью, через дыры в которой просачивается скудный солнечный свет. А впереди маячили две широкие спины – видимо, возницы и пассажира, сидящего рядом с ним на ко̀злах.

А потом я увидела, как возница взмахнул плетью. Раздался звонкий шлепок, после которого хриплый голос проорал:

- Шевели копытами, старая кляча! Так мы до ночи не приедем в Кампече!

Странно...

Орал здоровяк, похоже, на испанском, из которого я знала лишь «ола», «грасиас», «адьос» - и, пожалуй, всё. Тем не менее, я поняла всё до последнего слова.

Интересная у меня кома.

Познавательная.

А может это мой мозг выдает бред, который сам же и идентифицирует как испанский язык?

«Что такое «кома»? – прозвучало в моей голове так, будто кто-то проговорил это в самом центре моего черепа, и эти слова заставили мои барабанные перепонки завибрировать изнутри...

Это было настолько жутко и неожиданно, что я чуть не взвизгнула – но вовремя прикусила язык, ибо очень не хотела обращать на себя внимание тех двух амбалов, что сидели впереди... Зато от нервного потрясения меня и тошнить перестало, и голова почти сразу прошла...

Но чужой голос в ней остался.

«Кома - это твоё имя, демон?»

Фиг знает, как на такое отвечать... Мысленно попробовать?

«Какой нафиг демон? Что ты несешь? И кто ты вообще?» - несколько истерично подумала я.

«Мне не совсем понятен твой язык, демон, вселившийся в меня. Что такое «нафиг»? И что я могу нести, если связана? На последний же твой вопрос я отвечу. Моё имя Анна. Я дочь рыбака, который решил попытать счастья в столице Мексики, а вместо этого потерял и жену, и дочь. А как твое имя, нечистый?»

Голос в голове не врал: платье, которое было на меня надето, скорее походило на грязную тряпку, чем на одежду, так что о чистоте говорить не приходилось...

«Ну?! Я жду ответа!»

«Не «нукай», не запрягла», - мысленно огрызнулась я. И зачем-то ответила: «Меня зовут Мария».

«Странное имя для демона», - с сомнением произнесла Анна. «Может ты и не нечистый вовсе, если так легко произносишь его, пусть даже мысленно?»

«Слушай, Аня, не выноси мне мозг, - уже не на шутку разозлившись, подумала я. – С именами разобрались, дальше что делать будем? Так-то я связана, и валяюсь в вонючей телеге если ты не заметила. А впереди сидят два амбала, спины которых мне определенно не нравятся».

«Это я связана, если ты не заметила, - в ответ огрызнулась Анна. – А ты влезла в мое тело и пытаешься захватить над ним власть. Не выйдет, демон, каким бы не было твое имя!»

Я хотела было ответить что-нибудь язвительное, но в этот момент пассажир, сидевший рядом с возницей, обернулся – и его довольно мерзкая харя растянулась в улыбке.

- Клянусь небесами, наш товар ожил! Я уж боялся, что она сдохнет – ан нет, крепкая девка оказалась! Ну что, Хосе, попробуем насколько сладок этот юный персик? А то не люблю я сношать девок в отключке, будто труп имеешь. Никакого удовольствия.

- Это можно, - прогудел Хосе, натягивая поводья. – Несправедливо будет, если этот юный сладкий плод попробует первым какой-нибудь торгаш из Кампече.

- Отлично сказано! – воскликнул пассажир, соскакивая с деревянной сидушки. – У толстосумов полно денег, которых им не жаль потратить на юную портовую шлюху. А мы люди не богатые, удовольствий в нашей жизни мало, потому глупо будет упустить такой замечательный шанс!